Работа мечты - Салма Кальк

Она даже и представления не имела о таком сотрудничестве — где «Четыре стихии», а где куклы. Но оказалось — вполне так работает. Впрочем, она не уверена, что знает абсолютно обо всех направлениях работы компании, уж наверное, там есть и ещё какие-нибудь тайны и глубины. И все их знает только принц.

Но сейчас они собираются в гости к дочери того принца. Ей сказали, что такси нужно вызывать по адресу — площадь святого Ремигия, Пале-Вьевилль. Марина понадеялась, что приложение опознает такой адрес, и оказалось — да, вполне. И если верить тому приложению, этот самый Пале-Вьевилль — сооружение немалых размеров.

Так и оказалось, и Соня даже рот разинула — потому что это реально огромное здание, с высоченными воротами и глухой стеной на улицу. Явно что-то историческое.

Марина дала знать, когда они выехали, и их уже поджидали. Огромные ворота распахнулись, и на пороге их встречал господин Вьевилль, который с ходу сказал, что его надо звать Рыжим, а господин Вьевилль остался на работе в кабинете генерального директора. Марина обещала попробовать.

Прибежала радостная Одетт и сообщила, что они сейчас всё-всё покажут. И первым делом они вошли в огромный холл — совершенно пустой.

— Здесь наши с Одетт предки когда-то собирали своих вассалов, — говорил Вьевилль. — А это портреты самых знаменитых предков — герцога Годфруа, королевского маршала, и его супруги, принцессы Катрин де Роган.

— Их зовут так же, как маму с папой, — пояснила Одетт.

— Ещё у нас из знаменитых кардинал Лионель, мы его вам тоже покажем, — подмигнул хозяин дома.

Марина оглянуться не успела, а её уже вели куда-то вглубь этого дома.

— Скажите, но этот дом… он же огромен, — не удержалась она.

— Еще как огромен, у него кроме трёх обычных ещё есть два подземных этажа, — ухмыльнулся Вьевилль. — Если честно, мне поначалу тоже было слишком много. Но мы привыкли.

— Его ж содержать замучаешься, — Марина вертела головой и примечала магические коммуникации — как минимум, свет и тепло.

В контексте наступающей осени тепло выглядело актуальным. У неё-то обогреватели.

— Мы ж сами из тех, кто поставляет на рынок магические коммунальные услуги. И себе сделали, как самому лучшему клиенту, — продолжал ржать Вьевилль. — В доме не жили лет тридцать, когда мы с Катрин за него взялись, тут одного ремонта было на пять лет с гаком. Ничего, справились. Понимаете, это ж такое имущество, которое никуда не денешь и не избавишься, это ж наследие предков и всё такое. И нужно было из балласта превратить его в актив.

— И вам удалось? — Марине было искренне интересно.

— Конечно, сейчас расскажем!

Вьевилль привёл её в некую гостиную на каком-то там этаже, и это не было музейной экспозицией, и проектом модного дизайнера не было тоже. Это было… очень удобно и красиво. Скруглённые углы мебели, плавные переходы цвета, на стене абстрактная картина в синих тонах, синий с золотом сервиз на столе… из кресла навстречу им поднялась госпожа Катрин.

— Добрый вечер, Марина, очень рада вам, располагайтесь, — дочь принца кивнула на кресло. — Ужин сейчас подадут.

— А куда делись дети? — поинтересовалась Марина, прежде чем сесть.

— О, пойдёмте, покажу. Одетт повела вашу Софи, чтобы похвастаться ей своим последним завоеванием, — рассмеялся Вьевилль.

На этом же этаже, только через две комнаты, в просторной детской, или же просто игровой стоял… дом. Двухэтажный кирпичный дом с черепичной крышей, у которого отсутствовала одна стена. Размером выше Одетт и Сони, а они сидели на полу, и хозяйка показывала что-то внутри того дома. Дом был обставлен, как подобает — мебель, шторы, ковры, предметы интерьера, кухонная утварь — чего там только не было. Сбоку к дому пристроили гараж, и мальчик Лионель вывозил оттуда машину.

— Впечатляет, — сказала Марина.

Под такой дом реально нужно отдельную комнату, всё верно.

— Мама, ты это видишь, да? Это же невероятно! — Соня подбежала, взяла Марину за руку и подтащила к дому.

Вблизи было видно — да тут магические коммуникации, как в нормальном доме! Ничего же себе, да?

— Что, и освещение, и вода?

— Да-да-да, тут даже магический камин, — Соня показала пальцем куда-то внутрь.

— Вы специально это сделали? Как в настоящем доме? — спросила Марина у Вьевилля.

— Пойдёмте, будем ужинать, и расскажем. Это совсем свеженькая история, и нам с Катрин ещё не надоело её рассказывать, — он усмехался, Марине казалось, что этот человек просто не умеет иначе и всё, что выпадает ему в жизни, встречает с улыбкой.

— Ну как вам дом? — принцесса тоже смеётся. — Детей от него за уши не оттащить, и у нас уже перебывала вся группа Одетт из детского сада и все её подружки из школы Анриетты.

— Дом впечатляет. Где такие берут? Или делают по заказу?

— Даже не по заказу, там интереснее, — Вьевилль кивнул куда-то в дверь, им тут же понесли еду и разлили вино по бокалам. — Два месяца назад мы участвовали в большой представительной выставке строительных компаний, там все показывали себя, смотрели на других и всячески друг перед другом выделывались. И мой прекрасный дядюшка Готье, который когда-то создал наш «Волшебный дом», придумал вот эту штуку. Как наглядный образец для выставки. Его изготовили в тайне и в единственном экземпляре, и смонтировали в нашем зале той выставки. Домик сделан по чертежам наших архитекторов и дизайнеров, один из полутора десятков типовых проектов. И вся магическая обвязка — как настоящая. Только мебели не было и прочих внутренних наворотов, это уже более поздний культурный слой, — снова усмехнулся он. — И вот приходим мы накануне открытия посмотреть — всё ли в порядке, и детей тоже взяли — показать им эту штуку. Дети ожидаемо пришли в восторг, а потом наша прекрасная Одетт подходит к дядюшке Готье, берёт его за пиджак и интересуется — дедушка, а почему у меня нет такого дома? Моим куклам очень нужен такой дом!

Марина хохотала, потому что очень хорошо представила себе эту картину. Готье Треньяка она пару раз видела, потому что у него были какие-то совместные дела с принцем. Но тогда обсуждали именно что дела, а на практике господин Треньяк ещё и вовлечённый дедушка, как она поняла сейчас.