"Фантастика 2026-55". Компиляция. Книги 1-26 - Александра Шервинская

всё-таки, что у тебя за дело? – спросила Кристина, немного помолчав. Она вообще вела себя удивительно спокойно для женщины, попавшей в подобную переделку: не впадала в истерику, не требовала немедленно вернуть её домой, не кидалась с рыданиями мне на шею и вообще была потрясающе адекватна. Пожалуй, даже не все тёмные могли бы проявить себя столь же достойно.

– Мне нужно добраться до старого охотничьего домика, посмотреть, насколько он пригоден для того, чтобы в нём ненадолго остановиться, а потом, – тут я запнулся, сообразив, что не имею ни малейшего представления о том, что можно ей рассказывать, а о чём лучше промолчать. Рассудок, уже слегка отошедший от эйфории после встречи с неведомым, однозначно подсказывал, что промолчать лучше обо всём, пока я не пойму, в какой степени опасно лично для меня общение с пришедшей из-за Грани.

Кроме того, нужно определиться, как уберечь Кристину от ненужного внимания со стороны Совета, а в том, что это внимание будет пристальным, можно даже не сомневаться. Естественно, они захотят захапать себе столь ценную находку, и вот тут мне надо придумать, как обезопасить её от Совета и оставить в полном своём распоряжении. Иногда, если, конечно, эти старые зануды будут себя хорошо вести, я буду приглашать их в гости и угощать общением с моим изумительным приобретением. Ах, какой восхитительный козырь! Но Максимилиану придётся рассказать, причём умудриться сделать это так, чтобы Кристина осталась со мной, а не переехала на постоянное место жительства в императорские подвалы. Впрочем, у меня еще будет время обо всём подумать, всё взвесить и рассчитать.

– А потом? – напомнила мне о незаконченной фразе Кристина. – Потом ты отправишься домой? В смысле – к себе домой? Скажи, Каспер…Ты поможешь мне или вернуться в мой мир или…как-то устроиться здесь?

– Мы обсудим все варианты и непременно придумаем, как тебе помочь, – пообещал я, ни секунды не собираясь выполнять данное слово, – вот только разберусь с тем, что происходит в этом лесу – и сразу перенесёмся в мой замок. Мощи портальной колонны хватит на двоих совершенно спокойно.

Я подал Кристине руку, и мы неспешно пошли по лесной тропинке, залитой ярким летним солнцем, словно находились не в сердце самого страшного леса всего нашего континента, а в центральном императорском парке столицы. Буквально через десять минут неспешной ходьбы впереди мелькнул просвет в сплошной стене деревьев, а тропинка изящно повернула направо, приведя нас к естественному забору из не очень высоких елей.

Я отодвинул ветки, колючей стеной огораживавшие всё вокруг, и перед нами открылась совершенно идиллическая картинка: на заросшей ароматным клевером и васильками поляне стоял дом. Идеально ухоженный, сияющий свежевыкрашенными светлыми стенами и тёмно-красной черепицей, с приветливо раскрытыми окнами и дверью, он прекрасно смотрелся бы где-нибудь в небольшом уютном приморском городке, но здесь, посреди мрачной еловой чащи, он выглядел абсолютно дико.

Судя по всему, перед был нами тот самый заброшенный охотничий домик, о котором упоминал Максимилиан. Хотя бы просто потому, что никакого другого дома во всём Франгайском лесу нет и быть не может – не то место, знаете ли. Но этот дом можно было назвать каким угодно, только не заброшенным. Нет, то, что часть окон второго этажа была распахнута – это как раз совершенно не удивительно: если дом защищён качественной охранной магией, то воров – хоть двуногих, хоть четвероногих – опасаться не стоит. От сквозняка или от времени окна и дверь могли и открыться, ничего страшного – никто не залезет при всём желании. А вот то, что в этих самых открытых окнах плескались белоснежные занавески, словно только что из магической прачечной, – вот это уже было очень странно. И очень подозрительно.

К дому вела усыпанная крупным песком дорожка, которая начиналась прямо от границы леса. Интересно, для кого она проложена, если кроме диких зверей здесь никто не бывает? Или бывает? Пышные тёмно-красные цветы, которые росли вдоль дорожки, были свежи и непрозрачно намекали на то, что не страдают от нехватки влаги. И это при том, что, насколько я в курсе, в этой части империи уже вторую неделю не было дождей. Значит, кто-то их поливает? А кто? Если бы в доме жила обслуга, Максимилиан сказал бы мне, это во-первых, а во-вторых, хотел бы я посмотреть на безумца, который согласился бы жить здесь. В общем, вопросов всё больше, а ответов всё меньше – не нравится мне это. Впрочем, чего можно ожидать от дома, несколько столетий простоявшего в самом сердце Франгайской чащи?

Я снова посмотрел на дом. Ну да…ну да… – несколько столетий…это явно не про это здание, больше всего напоминающее сказочный пряничный домик. Только ведьмы да двух заблудившихся ребятишек и не хватает. Я попробовал перейти на магическое зрение, чтобы попробовать найти объяснение всему непонятному, и вот тут меня ждал большой и крайне неприятный сюрприз: магического зрения не было. Не то чтобы оно было слабым (в местах с нестабильной энергетикой это случается) – его не было вообще. Абсолютно и совершенно. Никакого. И это чрезвычайно напрягало: я как-то привык к тому, что магия рассеяна в воздухе, как мельчайшие пылевые частицы, и она есть везде. Ну так вот: везде есть, а здесь – нет.

Дом стоял перед нами и мне казалось, что он насмешливо, но внимательно рассматривает меня глазами-окнами, словно прикидывая – съедобен я или не очень. И мне это ощущение чрезвычайно не нравилось. И вообще, была в этой картинной пряничности дома какая-то жуткая неправильность, природу которой мне никак не удавалось уловить. Как слабый, но безумно раздражающий зуд – вроде бы и не страшно, но мешает сосредоточиться.

Я ещё раз внимательно осмотрел дом и, понимая, что в еловых зарослях можно стоять сколько угодно, хоть до следующего года, но проблемы от этого сами собой не решатся, сделал осторожный шаг на дорожку. Естественно, ничего не произошло, хотя я готов поклясться, что в ту секунду, когда моя нога коснулась крупного светло-жёлтого песка, что-то, чему я пока не мог подобрать названия, мгновенно оценило меня как потенциального противника, взвесило мои возможности и равнодушно сочло недостаточно опасным для того, чтобы принимать какие-то меры в отношении меня.

Сделав несколько острожных шагов по тропинке, я почувствовал, что иду один: Кристина по-прежнему стояла на траве возле еловой стены и с каким-то суеверным ужасом смотрела на дом. Хмыкнув, я вернулся к ней и слегка тронул за плечо, отчего она вздрогнула и перевела на меня полный необъяснимого, почти первобытного страха взгляд огромных голубых глаз.