Урожайный год - Алекс Рудин

— Нечестный приём, — рассмеялся я. — Но вам удалось меня убедить. Входите. Позавтракайте с нами, а потом поговорим в моём кабинете.

С этими словами я распахнул калитку и впустил репортёра.

* * *

Как я и просил, Прасковья Ивановна подала лёгкий завтрак. Кофе, варёные яйца под соусом из сливок и грибов и хрустящий поджаренный хлеб. И ещё сыр — твёрдый, наколотый неровными кусочками и очень вкусный.

— Изумительный сыр, — кивнул я. — Где вы его раздобыли?

— Игнат привёз его с фермы Митрофана Поздеева, — ответила Прасковья Ивановна. Хороший сыр, в Столице такой не купить. Поздеев его только для своих покупателей варит.

— Я же вам говорил, ваше сиятельство, — оживился Игнат. — Теперь у меня мобиль есть, так я за продуктами на фермы езжу. Так и дешевле выходит, и вкуснее. Я Митрофану с соломой помог, а он мне на сыр хорошую скидку сделал.

— С какой соломой? — с любопытством спросил Черницын.

Репортёр почти не ел, зато с интересом прислушивался к нашему разговору.

Игнат сообразил, что сболтнул лишнее при постороннем, и сразу же замолчал, сердито сдвинув седые брови.

— Это семейные дела, — с улыбкой объяснил я Черницыну. — Вам они не интересны. Сварить вам ещё кофе?

После завтрака Игнат отвёл меня в сторону. Косясь на Черницына, он шёпотом спросил:

— Мобиль-то можно почистить, ваше сиятельство? Мне бы снова за продуктами съездить надо.

Вчера я так и не собрался осмотреть мобиль — сначала занимался магией домовых, потом меня отвлекли домашние дела. А затем стемнело, и я сел играть в шахматы с домом возле уютно горящего камина.

— Пока нельзя, — ответил я. — Поговорю с господином Черницыным, а потом вместе на него посмотрим.

Игнат огорчённо вздохнул, но спорить не стал. А мы с репортёром спустились в кабинет.

* * *

Черницын записал мой короткий рассказ о происшествии на Марсовом поле. Как я и ожидал, это репортёра не удовлетворило.

— Как вы догадались, что в соломе кто-то есть? — спросил он, нетерпеливо мусоля в пальцах карандаш.

— Предчувствие, — улыбнулся я. — Один их моих магических талантов.

— А кто был этот человек? Вы его знаете?

— Нет.

— Но вы приказали целителям отвезти его в Воронцовский госпиталь? Зачем? Будете вести расследование?

— Этим делом занимается полиция, — терпеливо ответил я. — Пока они не обращались ко мне за помощью. Возможно, там и расследовать-то нечего.

— Но ведь вы замешаны в этом деле, — не поверил мне Черницын. — Опыт подсказывает мне, что это неспроста. Вспомните, сколько ваших удивительных приключений начинались с простой случайности.

— Такое бывало, — согласился я.

— Ну, хорошо! — не сдавался репортёр. — Вас видели на Марсовом поле вместе с бароном Корбуном. Затем вы обедали в ресторане, барон ещё устроил там безобразную сцену. У вас какие-то дела с бароном?

— Какую сцену? — изумился я, внутренне негодуя на Корбуна. — Просто одному из официантов стало нехорошо, и я посоветовал ему выйти на воздух.

— Мне сказали, что барон применил ментальное воздействие, — прищурился Черницын.

Я покачал головой:

— Не стоит писать об этом, господин Черницын. Игорю Владимировичу это не понравится.

— Я понимаю, — кивнул Черницын. — Но дайте мне хоть что-то! Мне нужен материал, который заинтересует читателей.

Он внимательно посмотрел на меня, словно выбирая подходящий момент.

— У вас ко мне какая-то просьба? — напрямик спросил я. — Именно поэтому вы приехали?

По моему тону репортёр понял, что хитрить дальше не стоит.

— Я почти уверен, что вы захотите встретиться с пострадавшим и расспросить его, — сказал он. — Вам же интересно узнать, как он попал внутрь масленичного чучела. Ну, признайтесь, Александр Васильевич!

— Допустим, — кивнул я.

— Возьмите меня с собой в Воронцовский госпиталь.

— Это ещё зачем? — удивился я.

— Вы не понимаете! — Черницын был близок к отчаянию. — Я взял на себя смелость объявить читателям, что «Магические сплетни» выпустят целый цикл увлекательных репортажей про Масленицу. Я был уверен, что произойдёт что-то необычное, магическое! И ничего — кроме этого бедолаги, неведомо как попавшего в чучело. Читатели разорвут меня, если я не дам им сенсацию.

— А зачем вы им обещали? — задал я резонный вопрос.

Черницын с недоумением посмотрел на меня.

— Такая работа, Александр Васильевич. Вижу, вы не понимаете. Читателям всегда надо обещать что-то особенное, или они уйдут читать другие газеты. Я бросил на это дело нескольких репортёров. Одного даже отправил в окрестности Столицы, чтобы описать, как отмечают Масленицу в сельской местности.

— Вы с размахом подошли к делу, — одобрительно кивнул я. — Только мне всё ещё непонятно, как это касается меня.

— Но этому циклу нужна изюминка, понимаете? Я готов пообещать вам любую помощь за то, что вы возьмёте меня с собой в госпиталь!

— Любую? — задумался я.

Вообще-то, Черницын давно уже был редактором газеты. Это я по привычке называл его репортёром.

А помощь целого редактора, и в самом деле, могла мне понадобиться.

— В вашей газете можно напечатать портрет? — спросил я.

— Конечно, — заверил меня Черницын. — А зачем?

— Возможно, пострадавший не помнит, что с ним случилось, — объяснил я. — Или не захочет говорить. В общем, нам могут понадобиться свидетели. Мы поместим его портрет в газету и попросим помочь. Хороший художник у меня есть.

— Значит, мы будем работать вместе? — просиял Черницын. — От всей души благодарю вас, ваше сиятельство!

— Сначала нужно узнать, пришёл ли этот бедняга в сознание, — усмехнулся я.

Сделать это было не сложно. Я послал зов Ивану Горчакову.

— Иван Николаевич, я тебя не отвлекаю? Скажи, человек, которого вчера утром привезли с Марсова поля, уже пришёл в себя? Я могу с ним поговорить?

— Он очнулся ещё вчера, — ответил Иван. — Физических повреждений у него нет, и он в сознании.

— Отлично, — обрадовался я. — Ты уже успел узнать, как его зовут? И как он попал внутрь чучела?

Несколько секунд Горчаков молчал — видно, о чём-то раздумывал.

Затем осторожно сказал:

— Думаю, будет лучше, если ты сам спросишь его об этом. Приезжай, когда тебе удобно.

— А в чём дело? — удивился я. — Не хочет говорить? Или ты подозреваешь, что он тебя обманывает?

— Говорит он с удовольствием, — вздохнул Иван. — Я не уверен, нужно ли объяснять заранее. Будет лучше, если ты сам всё увидишь, Саша. У целителей есть такое правило — если ты советуешь с другим целителем по поводу сложного случая, то не сбивай его с толку своими выводами.

— А ты уже записал меня в целители? — изумлённо рассмеялся я.

— Это просто пример, — смутился Иван. — Первое, что пришло в голову. В любом случае, у тебя есть магические способности, которых нет у меня. Вдруг они помогут?

— Ты меня заинтриговал, — признался я. — Считай, что