Сын помещика – 8 - Никита Васильевич Семин

плечами Маргарита. — Он может примчаться как завтра, вспомнив о каком-нибудь деле, так и через неделю. Кстати, в воскресенье будет второй тур кулинарного состязания. Его тоже придумал Роман. Может, на нем он появится?

— А что за состязание? — тут же заинтересовалась Совина.

Скрывать что-то о событии местного масштаба, затронувшее почти все дворянство уезда, Маргарита и не думала. И пока она говорила, Екатерина Савельевна судорожно пыталась составить свои планы. Стоит ли подождать до воскресенья? А если Роман не явится? Ведь не он сам представляет свой род. Да и Александр Иванович может в любой момент снова посетить ее заведение, а ее там нет. Мало ли что ему в голову придет? Лучше держать руку на пульсе событий. И с Романом надо поговорить как можно раньше!

— Марго, — доверительно обратилась Совина к швее, — у меня к тебе есть личная просьба. Не могла бы ты устроить мне встречу с Романом? В самое ближайшее время? Ты меня знаешь — в долгу не останусь.

Угорская на несколько минут задумалась. Предложение сутенерши ей было выгодно. Связи у Совиной обширные. А сама Угорская не дворянка, так что и какого-либо большого урона от их использования для нее нет. Зато Екатерина Савельевна уже неоднократно сводила Маргариту с влиятельными и не только людьми, благодаря чему список клиентов у швеи был не только большим, но и весьма «статусным». Это с одной стороны. А вот с другой — Роман ведь может и обидеться, если Маргарита тайно устроит его встречу с Совиной, не раскрывая до последнего момента, с кем надо встретиться. И ладно это, но ведь он поделится своим раздражением с Софьей! А та племянника обожает и из-за помощи сутенерше Маргарита рискует потерять подругу.

— Вот что, — начала Угорская, — я поговорю с Романом, но обещать положительного результата не буду. Получится — тогда все в силе, а если нет — то уж не обижайся. Итог нашего разговора я тебе сообщу.

Такой ответ Екатерине Савельевне не очень понравился, но давить сейчас она не намеревалась. Это был пусть зыбкий, но шанс выкрутиться из щекотливой ситуации, в которую она сама своей жадностью и эмоциями себя загнала.

— Буду ждать твоего сообщения, — кивнула она Маргарите, назвав адрес, где остановилась.

* * *

Когда мы подъезжали к поместью, стал накрапывать дождь. Погода вообще в последние дни не особо радовала. Да, в выходные дождя почти не было, но все равно — все чаще и чаще небо было затянуто тучами.

Первым делом, как мы добрались, я озаботился размещением Пелагеи. Комнат для гостей у нас не было, гостевой дом уже поставили, но пока там лишь стены и крышу возвели. Даже полы не постелили, что уж говорить про остальные «мелочи». К слугам ее подселить? Тут сразу два фактора против. Первое — она уже не служанка. Даже если сама девушка была бы не против, мне нужно поднимать ее статус в глазах будущих подчиненных. И второе — мест в женской комнате для слуг не было. Спальное место Пелагеи забрала себе Прасковья — новая помощница Марфы.

Подселить девушку к кому-нибудь из нас тем более не вариант. Итак Настю подселяем к Людмиле, а пойти на глупость и заселить девушек в комнату близнецов, временно переведя тех к старшей сестре, как мы делали, когда сестры Скородубовы гостили вдвоем… Ну так я уже сказал — это именно глупость. Выход был один — идти к старосте Еремею, да пускай он ищет свободную комнату на каком-нибудь подворье. Это аристократов к крестьянам не подселишь, а вот обычных мещан — запросто.

Скинув заботу о девушке на старосту и попросив его составить список крестьян по тем критериям, что ему назовет Пелагея, я уже отправился в дом.

Приехали мы к обеду, поэтому почти сразу попали к столу. Вот тут-то я впервые и увидел Прасковью. Застал момент окончания накрывания на стол, когда она выносила последние блюда. А то слышать о ней — слышал, а видеть пока не приходилось. Что сказать? Молодая девчонка моего возраста, угловатая, с жидкими волосами и подростковыми прыщами. Да и фигура у нее еще не оформилась. Груди почти нет, девочка еще. Наверное поэтому мама ее и выбрала. Уже успела понять, что мне девушки постарше нравятся, да и чтобы у них было за что «подержаться». Тут она угадала, никакого сексуального влечения к новой помощнице Марфы у меня не было и в помине.

Когда обед закончился, я подошел к ней.

— Барин? — испуганно сжалась та, когда я зашел на кухню.

— Скажи, а задумка сделать торт в виде замка — чья?

Мне и правда было интересно. Если это ее идея, то за невзрачной внешностью скрывается очень живое воображение. И она меня не разочаровала!

— Моя, — тихо ответила девочка. — Вам не понравилось?

— Наоборот, — покачал я головой. — А форму замка откуда ты взяла такую?

— Госпожу Людмилу Сергеевну попросила помочь. Она мне атлас свой показала, — прошептала Прасковья.

— Понятно. Хорошо. Скажешь потом, какой торт для второго тура думаешь сделать. Возникнут вопросы — обращайся. Помогу, чем смогу.

Умеет же мама слуг подбирать. Не только внешность учла, чтобы этот вопрос камнем раздора не встал, но и ум с исполнительностью. Хотя внешность — это чисто мамины заморочки.

Дождь на улице как покапал, так и перестал. Звать сейчас Пелагею не было пока смысла. Надо набрать будущих работников, а потом уже с девушкой обсудить формат их обучения. В связи с последним я приказал Митрофану заседлать коня. Надо по остальным деревням проехаться, да дать им указание подобрать мне тех самых «будущих работников». Зимой все равно дел у крестьян в разы меньше, чем летом. Сильно противиться и утаивать никого не будут. Это только кажется, что приказал — и крепостные тут же навстречу пойдут. Да, прямому приказу они противиться не станут, если он их жизни не угрожает, но ведь поручение можно и по уму выполнить, и так, что сам не рад будешь своему приказу. Про то, что работников я набираю на постоянную основу, пока говорить не буду. Лишь упомяну, что зимой они от меня плату будут получать в зависимости от того, как покажут себя. А следующим летом столько работников в поле уже и не понадобится — спасибо купленному сельхозинвентарю на конной тяге. Так что спокойно должен пройти перевод части крепостных с барщины на оброк. А как вольную они в 61-м году от государя получат, то наши отношения почти не изменятся. Им же самим будет выгодно и дальше работать