Сын помещика – 8 - Никита Васильевич Семин

Никита Семин

Сын помещика — 8

Глава 1

25 сентября 1859 года

Гости ресторана оживленно перемещались по залу. Большинство уже подошло к накрытому «шведскому» столу и утоляли голод. Все же не первый час здесь находимся. А к нам с Анастасией целенаправленно двигался Василий Емельянович Губин. До этого мы пересеклись с ним лишь раз, и капитан-исправник намекнул, что очень желает поговорить со мной после завершения состязания. Вот и послушаем, что он хочет мне сказать.

— Роман Сергеевич, поздравляю ваш род с прохождением во второй тур, — улыбнулся мужчина, оказавшись рядом. — Впрочем, этого следовало ожидать. Все же идея была ваша. А я уже успел понять, что в заведомо проигрышные дела вы не ввязываетесь.

— Откуда такая уверенность? — поднял я бровь.

— В том, что идея ваша? — усмехнулся полицейский. — Так это не секрет. Софья Александровна и не скрывала, что это ее племянник предложил в тесном кругу соседей провести подобное мероприятие. А она только расширила ее масштаб. Или в том, что вы не ввязываетесь в заведомо проигрышные дела? Тогда просветите меня, в чем я не прав? Что-то не приходит на ум ни одно такое, даже когда вам активно пытались помешать.

Губин был доволен собой, словно кот объевшийся сметаной. Но я не понимал, с чего он тут мне дифирамбы петь вздумал.

— Благодарю за лестные слова, но вы ведь не просто так подошли?

— Есть такое, — легко согласился Василий Емельянович. — Вы помните о моем предложении? Оно все еще в силе. А ведь я тоже ваш сосед.

Намек более чем понятный. Ведь мы предложили помериться у кого «торт лучше» и Уваровым и даже Беловой, но «забыли» про Губина. То, что Свечину не предложили — оно и понятно. После недавних событий у нас неприязнь. И капитан неявно спрашивал — он тоже входит в список наших потенциальных «врагов» или это была ошибка? Не привыкли к его статусу и тому подобное.

— Чаще бывайте на своих землях, — улыбнулся я ему, — а то соседство ваше получается каким-то… формальным.

— Увы, служба, — развел он руками. Из этого раунда мы вышли «вничью». Я вроде его и послал, но при этом выставил так, что он сам виноват. Потому Губин поспешил сменить тему. — Интересно вы пиджак носите. Что случилось, что вы стали держать при себе оружие?

— Царицын оказался опасным городом, — пожал я плечами.

— Такое бывает, — медленно протянул он. Наверняка сейчас лихорадочно обдумывает, что у меня там произошло. — Я хорошо управляюсь с оружием. Могу дать несколько уроков. Вы уж простите, но я помню, как вы стреляли на дуэли. Будь у вас чуть больше опыта, то вы бы так не волновались перед ней. А удача — дама ветреная.

— Мне уже пообещал помочь в этом деле Владимир Михайлович, — вежливо отклонил я предложение Губина.

Тот задумался. Я уже несколько раз его «послал» не оскорбляя. Тут тупым надо быть, чтобы не понять намеков — видеть капитана среди своих друзей или просто союзников у меня душа не лежит. А Василий Емельянович не тупой. Упорный и хитрый — да, но не дурак. Однако и не уходит, видимо сильно его прижало, раз до сих пор пытается найти в моем лице союзника.

— Владимир Михайлович безусловно опытен, и если вы собираетесь поступать в военное училище лучшего наставника не найти… — протянул он наконец, заодно прощупывая мои ближайшие планы.

— Нет, учебы с меня пока хватит. Да и не было у меня никогда желания идти по военной стезе.

— Тогда если вам нужен наставник именно по самообороне, то смею заявить, что в деле защиты себя от разного разбойного люда я лучше подготовлен. Хотя бы в силу своей должности и специфического опыта службы на ней.

— Василий Емельянович, — решил я говорить напрямую, — что вы хотите?

— Я же уже сказал? — удивился он.

— Сформулирую по-другому, для чего вы так настойчиво ищете моего общества?

Василий Емельянович покосился на любопытную мордашку Насти.

— Анастасия, могу я попросить тебя принести бокал вина? — обратился я к невесте.

Та понятливо кивнула, с недовольством покосившись на Губина. Когда мы остались одни, даже чуть отодвинулись от остальных гостей, капитан наконец стал более откровенным.

— Благодаря вам, Роман, Алексей Петрович сейчас «на подъеме». А мой покровитель и дальний родич лежит в могиле.

— К смерти князя я не имею отношения, — тут же открестился я.

— Напрямую — конечно, — кивнул мужчина. — Но будем честны, именно вы создали такие условия, что здоровье Григория Александровича не выдержало.

— Не лез бы он ко мне, и дальше бы жил как обычно, — пожал я плечами, заодно проводя параллель между Беловым и Губиным, который тоже настойчиво пытается навязать свое общество.

— Я не обеляю князя, — сдал назад полицейский. — Но согласитесь — худой мир лучше доброй ссоры. Чем я вам так не угодил? Разве я был вашим явным врагом? Нет. Более того, я всегда шел навстречу вашему роду. Вспомните хотя бы случай с вашим прошлым конюхом. Или та же дуэль — я ведь не стал следовать букве закона, хотя мог. Так почему же вы так последовательно меня избегаете? Или я вам напоминаю о ваших промахах одним своим видом? Так будьте взрослее, идти на поводу эмоций — путь в могилу. Яркий пример князя порука моим словам.

— Так чего вы хотите от меня? — спросил я напрямую.

А эти намеки и политеса меня утомили. Не привык я так вести беседу.

— Я уже говорил, но повторю — я хочу войти в долю в любом вашем деле. Людьми в первую очередь, но можно и деньгами. А главное — я все еще капитан-исправник. И буду им как минимум до следующих выборов. Мои возможности и связи — это тоже капитал. Вы не пригласили меня в свой «кулинарный кружок», хотя сделали исключение для княгини. Ладно, могу понять, что из-за вашей тети это начинание вышло из-под вашего контроля. Но есть же и еще одно дело…

— О чем вы? — нахмурился я.

— До меня дошли слухи, что Софья Александровна усердно ищет землю на берегу Волги. Да еще и в черте города чтобы была. Для чего — пока молчит, но моя интуиция и просто здравый смысл говорят, что без вашего участия здесь не обошлось. Ее поиски могут как ускориться, так и замедлиться. И условия для покупки земли могут быть… разные. Я ведь не зря упоминал о своих связях.