Моя Академия 9 - Евгений Син

Но, если так посмотреть, мне абсолютно всё равно. От ставок на меня или против, ничего бы не поменялось. Сражаться хуже или лучше точно бы не стал. Здесь, на арене, другая задача.

— Если бы знал заранее, поставил бы на нас, — гордо произносит Макс. — Не только бы удержали флаг, еще бы и заработали.

— Возможно, ставки только для старших курсов, — предполагаю. По крайней мере, ни одного из наших там не вижу.

Но ничего, возможно, в будущем будут еще возможности.

Доходим до Академии и постепенно собираемся в аудитории. Навскидку — почти все, но опять же, не вижу того парня, который напал на Олесю. Очень хотелось бы пожать ему что-нибудь вроде шеи. Или аккуратно и резко потрогать что-нибудь вроде печени. Но пока бесполезно — парня не вижу.

— Он вроде из группы маркиза, — говорю Олесе. — Сейчас мы у них узнаем, где прячется их дружок.

Подхожу к ребятам: они рассаживаются на галерке и что-то активно обсуждают. Оба наших целителя тоже здесь — и Майя, и маркиз. Выглядят слегка обеспокоенными.

— Ребят, — обращаюсь к группе Синегорского. — А где ваш шестой?

— Так мы сами не в курсе, — отвечает маркиз. — Тёма не вышел после сигнала. Ты что-то знаешь?

— Не особо, хотел с ним поговорить. Как появится, дайте знать, — прошу ребят.

Оба целителя выглядят смертельно вымотанными. Всё же интересно, как они пережили этот бой. С атакующими техниками у них, вроде бы, не очень.

— Может, сознание потерял? — предполагает Майя. — Хотя я несколько раз отключалась, но меня не вынесли с поля.

— Ладно, подождем, — киваю ребятам и возвращаюсь к своей группе.

Быстро пересчитываю весь присутствующий в аудитории народ — всего двадцать шесть человек. Нас должно быть тридцать, минус Игорь. То есть трое не вернулись.

— Кажется, больше никого не будет, — одними губами подтверждает мою мысль Аглая.

— Ты узнал? — тихо спрашивает Олеся. Так, чтобы слышал только я.

— Твой обидчик, похоже, как раз затесался в эту тройку не вернувшихся с арены, — обвожу взглядом весь поток.

Аглая с Олесей тоже пересчитывают студентов, и наши цифры бьются.

В аудиторию заходит физрук, и мы прекращаем свои пересчёты.

— Значит, все собрались. Молодцы! — объявляет препод.

— Это нечестно! — тут же доносится голос сзади.

Оборачиваюсь. Голос подает парень из соседней с группой маркиза, с которой до этого мы никогда не конфликтовали. В последнее время они редко числятся в лидерах, но и не сказать, что их можно записать в отстающие. Серединка на половинку.

— А, это же неудавшийся лидер, — замечает Марк. — Я-то думал он с Синегорским.

Точно. Этот парень несколько раз делал попытки удерживать флаг. И последняя как раз закончилась перед нашим приходом. Странно, что он промолчал, когда я подходил и стоял рядом, а тут прорезался голос. Надо быть поаккуратнее с этими ребятами: а то сначала обидчик с молниями, теперь этот плевок в спину. Нехорошо.

— Что нечестно? — переспрашивает физрук.

— Нечестно, что группа Стрелка победила, — кивает на нас выступающий студент. — Их было шестеро, а мы все поодиночке.

— А почему вы решили действовать поодиночке? — усмехается физрук.

— Ну так вы же сказали… — студент пытается подобрать слова и осекается.

— Внимательнее нужно слушать, что я говорю, — отвечает физрук. — Давай проверим твою внимательность. Процитировать сможешь?

— Ну как… — хмурится парень. — Захватить флаг, две минуты обеспечивать его защиту…

— И где тут сказано, что нужно работать одному? — спрашивает препод. — Сам додумал или подсказали?

— Так это же подразумевалось! — не сдается студент. — Разве нет?

— Подразумевалось? — переспрашивает физрук. — Сам придумал, сам расстроился. Вот так боец! Где вы, вообще, взяли информацию про одиночную работу?

— Вы же сказали, что очки начисляются за удары по другим студентам! — продолжает отстаивать свою позицию парень. Лидер его группы дергает его за рукав, но тот не собирается останавливаться.

— Да, сказал, — кивает физрук. — Более того, могу сказать, что многие из вас не смогли организовать рабочую группу именно по этой причине.

По аудитории разносится недовольный шепот.

— При контакте друг с другом вы сначала пускали в ход боевые глифы, и только потом пытались договариваться, — с ухмылкой объясняет препод. — На что вы рассчитывали? На арене так не работает. Если вы уже ударили — значит, ударили. Условно, атака обозначает врага, и работать в группе вы уже не можете.

Прикидываю: а ведь действительно, при встрече со своими я по ним не стрелял. Самое близкое к понятию «атака» произошло в ситуации с Мариной, когда нам пришлось агрессивно вытаскивать девчонку из ловушки. Но там мне помогала Олеся. Намерения навредить или задеть Марину у нас не было. К тому же, я ставил щит между девчонкой и деревом — как раз для безопасности. Всех остальных мы собирали еще спокойнее, словами. Повезло? Нет. Стрелять по своим я бы точно не стал, даже если это потребовалось бы для победы. К бесам такую победу. Только если бы случайно получилось. Но вроде пронесло.

— Выводы напрашиваются сами собой, — разводит руками физрук. — Как видите, ограничений не было. Одна из целей ритуала — научиться договариваться. Кто вам мешал сотрудничать со студентами из других групп? Никто. Про ваших привычных товарищей вообще молчу. Ритуал на арене спокойно это позволяет, — препод снова усмехается. — Вот только группу смогли сформировать далеко не все. Первые — группа Стрелка и вторые — господин Милютин с Кормаком. Господа, встаньте, пожалуйста.

Оба парня встают в гробовом молчании. Студенты вокруг только удивленно переглядываются и не могут поверить своим ушам и своей собственной недальновидности.

— Как видите — перед вами огненный и воздушный маг, — физрук показывает в сторону Кормака и второго студента, стоящего чуть поодаль. — Оба находятся в разных учебных группах. Но! Они просто смогли договориться. Им никто не помешал, так как до момента договора они не атаковали друг друга. Представляете, какая должна быть выдержка? За договор они, кстати, получили свои дополнительные баллы. Про группу Стрелка вообще молчу. Отличная работа, — препод смотрит на нас. — Если бы взяли еще ребят из других групп, получили бы бонусные очки. Но и так неплохо. Садитесь.

Все возвращаются на свои места. Замечаю, как Кормак