Огни Эйнара. (не)настоящая - Магда Макушева

Космос, да чтоб вас всех!

Если еще этим утром во время разговора с психотерапевтической программой меня терзали какие-то сомнения, то сейчас...

“Детка, моя левая рука сегодня совсем плоха. Жду медика. Береги себя”, — словно по заказу прилетело на браслет сообщение от Зу, у которого я временно поселила Теодору с дочерью.

Так, видимо, самочувствие Доры ухудшилось, и старик вызвал проверенного медицинского специалиста из своих теневых приятелей.

“Выздоравливай. Нужен твой совет: выбираю в маркете новые шторы. Хочу заменить старые синие на серые. Как думаешь, они подойдут к новому красному дивану?”.

Надеюсь, Зу догадается, о чем я говорю.

“Подойдут, давно пора их поменять”, — пришел ответ.

Хорошо, значит, старый пират еще не забыл про цветовые обозначения.

И замечательно, что он решил перебдеть и зашифровал необходимую информацию в ничего не значащие сообщения.

Мало ли на что способна установленная на меня наноследилка. То, что она пишет разговоры и сливает координаты, я уверена. Возможно, и сигналы от браслета тоже улавливает и передает куда нужно.

***

С брианцем Зу мы познакомились шесть с половиной лет назад, в изоляторе вре́менного содержания управления безопасности Нума.

Я мало знала о его прошлом, однако из каких-то оговорок сделала вывод, что когда-то Зу был космическим пиратом, попавшем в крупную переделку, в результате которой лишился кисти левой руки.

Сейчас эту руку заменял старенький металлический бионик без покрытия типа “настоящая человеческая кожа”, напоминающий допотопный протез, какими пользовались когда-то давно земляне. Иные бионики разумным его расы по каким-то причинам не подходили.

Именно поэтому “болеть” рука Зу по умолчанию просто не могла.

Мужчину в момент нашей встречи загребли за незаконную торговлю синетитками для утех, а меня — за пьяный дебош в одном из баров.

Именно та ситуация убедила меня, что с моими мозгами что-то определенно не так, и стала первым шагом на пути длительного лечения боевой психотравмы, в наличие которой ранее я просто не верила, а также осознанию своих проблем с изменяющими сознание напитками.

В тот вечер я просто зашла пропустить пару питьевых контейнеров с алкоголем в небольшой бар недалеко от своего жилого комплекса.

Тогда я еще трудилась при комитете ветеранов, искренне стараясь играть роль нормального гражданского человека, решившего просто немного расслабиться после рабочего дня.

Помню резкий хлопок и вспышку...

Впоследствии окажется, что кто-то из нетрезвых посетителей бара просто неудачно пошутил, тестируя какой-то купленный на теневом рынке прибор из “Маркета технических приколов”.

Очнулась, когда меня уже скрутили вызванные другими посетителями патрульные андроиды.

И совершенно не помню, как с мясом выдрала мебель и построила баррикаду прямо посередине барного зала, и как напала на попробовавшего меня урезонить бармена, и как ругалась, пытаясь найти у себя на поясе несуществующую пушку...

Сидящему в соседнем тюремном отсеке Зу было скучно, поэтому он первым начал со мной беседу, за которую я до сих пор была брианцу искренне благодарна.

Именно старому пирату я почему-то поверила, когда он рассказал, что случившиеся со мной — довольно частое явление среди отставных вояк.

И если я не начну что-нибудь с этим делать прямо сейчас, то могу очень быстро слететь с катушек и сломаться, окончательно спустив свою жизнь в утилизатор.

С тех пор мы с Зу иногда поддерживали контакт, помогая друг другу по мелочи в тех или иных ситуациях.

Я знала, что брианец проворачивает в теневом квартале Гиты какие-то незаконные делишки, но закрывала на это глаза, потому что его обширные знакомства пару раз очень вовремя пригодились и мне.

Вот так и получилось, что за эти семь лет на Нуме самим близким для меня разумным стал старый теневой делец с бурным преступным прошлым, а о своих делах я рассказывала в основном только психокорректирующей программе.

Моя мирная жизнь на Нуме просто била ключом и изобиловала социальными связями, вы не находите?

Глава 5: Побег

Девятая колония Земли, планета Нум, город Гита

Майя Бриг

Уже подлетая к своему жилому кварталу в одиннадцатом, окраинном секторе Гиты, я засекла хвост, наверняка следующий за мной от самого “Причала”.

Что и требовалось доказать.

Разумеется, ни Ковач, ни его синекожий дружок не поверили мне на слово, и не удивлюсь, если собрались не только следить за моими передвижениями, но и использоваться как наживку для Тео.

К счастью, гады почему-то решили, что беглая супруга латернийца пока еще не вышла со мной на прямой контакт, иначе действовали бы более радикальными способами, а не вели со мной почти светские беседы, прощупывая и приглядываясь.

Или банальная слежка — это еще не все?

Скоро будет ясно окончательно.

Моим планам происходящее, впрочем, нисколько не помешало.

И без этого я собиралась сделать вид, что отправляюсь домой, а затем улизнуть оттуда, используя незаметный резервный выход, и отправиться к Теодоре, которой, судя по сообщению Зу, стало хуже.

Я уверенно прошла мимо входа в свое жилье в противоположный конец коридора, параллельно активируя установленную в квартире систему дистанционного управления, а затем спустилась на грузовой платформе вниз, на технический уровень, где обычно ремонтировались и заряжались обслуживающие дом бытовые андроиды.

Там я сняла китель вместе с нанодатчиком и без сожаления выкинула его в утилизатор с отсроченной программой активации, оставшись в тонкой нательной кофте с коротким рукавом.

Обычно допуска в технические отсеки у жильцов нашего комплекса не было, но я уже давно выяснила коды доступа, которыми пользуются местные техники.

Провернуть подобное мне удалось еще где-то года четыре назад, когда меня начали мучить навязчивые мысли о неких скрытых угрозах и тайных врагах.

Подчиняясь вызванной моим расстройством мании преследования я обеспечила себе дополнительные пути отхода из дома, пытаясь всячески обезопаситься от слежки и прочих происков неведомых неприятелей.

Еще один выверт моего искалеченного боевой травмой разума, наряду с кошмарами, апатией и прочими гадкими последствиями, с которыми мне пришлось столкнуться за годы борьбы за свое ментальное здоровье.

“Паранойя часто встречается у людей, страдающих ПТСР, и может стать реакцией на серьёзный эмоциональный шок”, — вещал после осознания новой проблемы мой искусственный мозгоправ. — “Нам с вами необходимо научиться различать мнимые и реальные угрозы, Майя. Если вам будет спокойнее, зная, что у вас есть некие запасные выходы из квартиры, ничего страшного. Просто они вам с огромной долей вероятности никогда не понадобятся”.

Как же сейчас захотелось