Ярость на краю империи - Ян Анатольевич Бадевский

В этой реальности Джан была моей первой женщиной.

Я ждал и получил свой приз.

Теперь нас за уши друг от друга не оттащишь.

— Мурр, — девушка поставила кофе на журнальный столик и потёрлась о меня щекой. — Ты попал, Серёжа. После всего, что с нами было, я тебя буду каждую ночь терзать.

— Да пожалуйста, — разрешил я. — Сама ещё будешь убегать.

Жена звонко рассмеялась.

Мы проснулись в восемь утра по сигналу Бродяги. Второй день свадьбы был менее насыщен событиями, но тоже имел свою программу. Логика заключалась в том, чтобы принять участие в дневном фуршете и в непринуждённой обстановке пообщаться с гостями, которые в течение дня разъедутся. С лучшими друзьями мы планировали сгонять к каким-нибудь островам и оторваться там по полной. Но это — во второй половине дня. Дальше у меня стоит нелёгкий выбор.

Медовый месяц.

Здесь этот период в жизни молодожёнов называется как-то иначе. Вроде бы, сладким месяцем. Не суть. Иногда это неделя или две, а бывает и гораздо больше. Прямая зависимость от дел, которые вынужден решать муж. Зачастую дети аристократов, вступившие в брак по строго выверенному расчёту, не являются главами своих Родов. Патриархи продолжают рулить процессами, а пара имеет возможность съездить в кругосветное путешествие или отправиться в затяжной полёт на семейном дирижабле. У меня не тот случай. Отправившись в супер-пупер-мега-трип, я перестану руководить холдингом, пропущу запуск оружейного завода, не смогу координировать работу службы безопасности. И мы с Джан это уже обсуждали.

Но и лишать любимую жену заслуженного отдыха я не имею права.

Хватит и того, что несчастная девушка вынуждена ночами влезать в конструкт своего Дистанционного Университета. Жизнь у нас одна, и она короткая…

Ладно, хрень спорол.

Меня это утверждение не касается.

В общем, мы решили устроить себе относительно приятную недельку. Джан отпросилась с занятий, я же рассчитываю взять с собой Ольгу и поддерживать базовые контакты с Аркусами, Демоном и своей СБ. А выбор нелёгкий, потому что теперь у нас имеется яхта. Появилось искушение не тащить с собой Федю, Никанора, големов и Кефира, а смотаться в полноценный круиз по Средиземке.

Минусы очевидны.

Бродяга защищает пассажиров от любых неприятностей, ему не страшны штормы, и в мой сон никто посторонний не влезет. А вот на катамаране, подаренном Куртами, я реально подставляюсь. И подставляю не только себя, но и дражайшую супругу.

Наверное, отец Джан обидится, если я так и не воспользуюсь его роскошным подарком.

Или воспользуюсь, встроив туда Бродягу?

— О чём думаешь? — Джан безошибочно чувствовала моё настроение.

— Медовая неделя, — сказал я. — На чём плыть?

— Ты про яхту? Нашёл из-за чего переживать!

— Хм. Поясни.

— Папа не будет заморачиваться, даже если ты её продашь или подаришь кому-нибудь. Это же такая мелочь! Мы можем лететь на Бродяге. Это удобно и безопасно.

— Я говорил, что ты у меня самая умная и рассудительная?

— Постоянно говоришь, — Джан прижалась ко мне и наградила долгим поцелуем. Отстранившись, добавила: — Но мне всегда приятно это слышать.

* * *

Разумеется, перед отправкой я выслушал доклад мастера Багуса о взорвавшемся артефакте. Ясновидящие сумели выяснить лишь тот факт, что устройство приползло к нам по земле, и оно изначально смахивало на механическую гусеницу. Судя по обломкам, которые изучали наши каббалисты, никакой взрывчатки там не было. Зато обнаружились фрагменты энергетического накопителя. Аналогичные элементы, как пояснил Михалыч, используются в каббалистических ловушках. Накопители известны давно и не запрещены инквизиторами. Просто Супрема наложила ограничение на вместимость этих штук. Опять же, это ограничение можно обойти через так называемое «сжатие», когда ки максимально уплотняется сложной артефакторикой.

Я спросил, может ли такая «гусеница» нести записанное сообщение или служить передатчиком для удалённого оператора. Михалыч ответил, что в теории может. Есть неподтверждённые слухи, что мойры используют похожие устройства для передачи своих посланий. И у них эти штуки проползают через многомерность.

В очередной раз я убедился, что британцы имеют доступ к очень крупной базе артефактов. Тут можно любые версии набросать, от поставщиков на чёрном рынке до незарегистрированной колонии Предтеч. Но всё это — хождение по краю. Инквизиторы не приветствуют такие игры.

После обеда гости начали разъезжаться.

Те, кто жил в Красной Поляне, уже давно разбрелись по своим усадьбам. Подружки Джан, включая Аню, тоже засобирались. На прощание Аня сообщила интересную новость:

— А мы скоро переберёмся в Фазис, подруга!

— Да неужели? — удивилась жена.

— Папа сказал, — глаза блондинки лучились счастьем. — Ты не представляешь, как я рада! До смерти надоела эта Москва. Я перевожусь на дистанционное обучение, как ты.

— А чем тебе Москва не угодила? — поинтересовался Ираклий.

— Там холодно, — поёжилась Аня. — Зимой вообще невыносимо. Даже в Неваполисе комфортней, хотя солнца не дождёшься. Представь, иногда может стукнуть минус тридцать!

— Мне вообще сложно представить, — улыбнулась Джан. — Я ведь из Стамбула. А потом сюда перебралась.

— Папа сказал, в ближайшие годы мы будем жить здесь, — заявила Аня. — Тут столица, потоки информации. И гораздо безопаснее, чем в других частях империи.

— С Халифатом у нас хорошие отношения, — кивнула Джан.

Одна из машин кортежа Строгановых нетерпеливо посигналила.

— Всё, пора, — Аня быстро обняла Джан, меня и Ираклия. Ирочка Звягина укатила час назад, Игорь заступил на боевое дежурство. — Как приеду, загляну в гости! Пока-пока!

Аня очень похорошела за последние пару лет.

Роскошная блондинка, очень стройная, гибкая и подтянутая. Занятия фехтованием сформировали ей не только изумительную фигуру и осанку, но и наложили отпечаток на манеру двигаться. А ещё наследница Строгановых оказалась довольно высокой, под метр восемьдесят. Настоящая модель.

Мысли о возвращении Строгановых плавно перетекли в желание вскрыть конверт. Я не сомневался, что герцог припас там что-то убойное. Иначе он не преподнёс бы конверт в качестве свадебного подарка при всём богатстве и влиянии своего Рода. Да, влиянии. Потому что информация правит миром. Особенно если знаешь где, что, когда и кому сказать.

— Дорогой, когда отправляемся? — нарушила мои размышления Джан. — И кого с собой берём?

— Надо подумать, — я демонстративно наморщил лоб. — Я бы предпочёл уйти в круиз завтра утром. Ольгу возьмём, мне нужна связь. Слуги тоже не помешают. Ну, и Федю, его ж не выгонишь.

— Я всё слышал! — раздался возмущённый возглас оружейника с балкона второго этажа. — Натравлю на вас Кефира, упыри!

Джан рассмеялась.

Я погрозил балкону кулаком.

И уточнил:

— А у тебя есть ещё кандидатуры? И маршрут продумать не мешает.

— В Антарктиду! — вставил Федя. — Мы там ещё не были!

— Изыди, — беззлобно буркнул я.

Федя здорово изменился