Командующий фронтом - Влад Радин

надо же забыл!- с досадой в голосе произнёс я и хлопнул ладонью себе по лбу,- дела буквально засосали. Ну ничего надеюсь,что Николай Александрович, не обижается на меня. Сейчас я зайду к нему, извинюсь и мы подробно поговорим с ним. Негоже с самого начала портить отношения с политическим аппаратом.

— Закуривайте, Иван Степанович, — сказал Соколовский и вытащил из кармана брюк пачку «Казбека»,- а то я стою смолю, а вы нет. Забыли взять с собой папиросы?

Я лишь пожал плечами. В молодости я курил, а затем бросил и с тех пор не испытывал никакой тяги к табаку.

— Что -то нет желания,- ответил я Соколовскому.

— Странно, а ещё вчера вы дымили как паровоз,- удивился он моим словам,- или это здешний воздух на вас так подействовал?

— Может быть, — довольно сухо ответил я на его вопрос и добавил,- ну,что Василий Данилович, времени ещё полно, так,что давайте займемся делами. Я сейчас пойду к Булганину, ну, а вы по своим делам. Хорошо?

Глава 4

Дневник начальника Генерального штаба ОКХ генерал — полковника Гальдера.

Запись от 14 сентября 1941 года.

Генерал- фельдмаршал фон Бок:Разговор о подготовке осеннего наступления. Ограничение продвижения 4-й армии на восток. Пункт соединения внешних флангов у Вязьмы.

Обстановка вечером: На юге прямо — таки классическая операция на окружение…У Ленинграда значительные успехи.

Дневник Генерал — фельдмаршала Бока.

Запись от 14 сентября 1941 года.

Как это уже происходило под Белостоком, под Минском,и под Смоленском, и теперь «наверху» отчётливо проявляется тенденция к ограниченным боевым действиям, то есть к отказу от достижения существенного оперативного эффекта

Группа армий «Центр» Штаб- квартира

14.09.1941 г.

Оперотдел № 1328/41

Совершенно секретно

Только для командования

Передавать только через офицера

Основание: Окх, Генштаб/ Опер отдел(1)

№1494/41 сов. Секретно только для командования, от 10.09.41.

Содержание: Новая директива.

В ОКХ (Генеральный штаб сухопутных войск)

Оперативный отдел.

Командование группы армий обращает внимание на следующее:

Наступление 3-й и 4-й танковых групп осуществлять таким образом, что бы в случае необходимости всегда была возможность уже западнее г. Вязьма с юга и севера развернуть по одному моторизованному корпусу из каждой группы.

4-я армия, независимо от того, наступает ли 4-я танковая группа четырьмя или пятью танковыми дивизиями в первом эшелоне,должна использовать для продвижения одной из развертывающихся на север танковых дивизий, шоссе пролегающее через Юхнов в северном направлении…

Командование 9-й армии считает необходимым с самого начала 6-м и 8-м армейскими корпусами…продвигаться на восток,чтобы захватить восточнее р. Вопь шоссе которое необходимо ей для подвоза…

Город Брянск и брянский промышленный район должны быть взяты 2-й танковой группой ударом в тыл.

Командование группой армий просит дополнительно два армейских корпуса, один из которых срочно необходим 9-й армии.

Командование группы армий ходатайствует перед ОКХ дать приказ ГА «Юг» о безотлагательной переброске дивизий, намеченных для передачи 2-й армии и 2-й танковой группе.

Фон Бок.

Сна сегодня у меня было два с небольшим часа не больше. После беседы с Булганиным которая на мой взгляд несколько затянулась, я дождался итоговых донесений в Ставку, подписав которые, уединился в своём кабинете, где по — быстрому накидал основные тезисы своего доклада Сталину. Памятуя о том, насколько он был въедлив и дотошен особенно к мелочам всякого рода, к подготовке моего доклада Верховному Главнокомандующему надо было отнестись с особой тщательностью. Тем более от этого доклада очень многое зависело. Удастся или нет мне, предотвратить, назревающую катастрофу в полосе моего фронта. Тот, прежний, Конев этого сделать не смог. Хотя в принципе даже сумел, в самых общих чертах конечно, нащупать и определить истинный замысел фон Бока. Замысел то он нащупал, но предотвратить его реализацию не сумел. Не хватило времени, настойчивости, может быть и уверенности в своих силах. Это потом после 1943 года из Ивана Степановича вышел очень крутой вояка, по праву вошедший в первую десятку советских полководцев, времён Великой Отечественной. А тогда осенью 1941 он откровенно говоря, не тянул должность которую занимал. Итогом всего этого было окружение и гибель десятков советских дивизий в Вяземском котле.

Мне, оказавшемуся на его месте с одной стороны было легче, а с другой сложнее. Легче в том плане, что мне прекрасно был известен весь ход событий. Сложнее потому,что я не мог вот так сразу вывалить на присутствующих своё «послезнание». Приходилось пускать его в ход дозировано, с большой опаской, что неизбежно вело к потере времени. И всё равно, кажется Соколовский, что -то заподозрил. Вон как хитро посматривал на меня вчера. И это предложение закурить было явно неспроста. Видимо всё — таки не очень то я похож на подлинного Ивана Степановича Конева. Надо быть осторожнее. Время сейчас очень непростое. Того и глядишь на Лубянке окажешься. В гостях у Лаврентия Павловича Берия. Объясняй потом его опричникам, что ты обычный рядовой «попаданец», а не германский шпион или не дай Бог, скрытый троцкист.

— Товарищ командующий, а товарищ командующий, вставайте, уже пять часов, услышал я сквозь сон уже знакомый мне голос.

— Шо опять! — едва не вскрикнул я. На секунду мне показалось,что вот сейчас я открою глаза и для меня до мельчайших подробностей повторится вчерашний день. Кто его знает,что в реальности испытывают попаданцы? Феномен этот наукой не изучен. А может быть никакой я не попаданец. Вернее попаданец, но в загробный мир. И будет для меня такой индивидуальный «день сурка», вечное повторение одного — единственного дня. 13 сентября 1941 года. А самое отвратительное будет заключаться в том, что я всегда буду знать и помнить об этом. И все мои попытки хоть как -то изменить это потерпят неизбежный крах. От такой мысли меня прошиб холодный пот.

Быстро открыв глаза я увидел наклонившегося надо мной Никодимова.

— Никодимов, чёрт тебя побери, — произнёс я хриплым со сна голосом,- кто тебя учил так будить начальство? Я с перепугу не обос…я. Ты и жену свою так будишь? Что молчишь? Отвечайте на вопрос, товарищ старший лейтенант!

— Нет не бужу. У меня нет жены, товарищ генерал — полковник, — помявшись ответил мне Никодимов.

— Так ты ещё и холостой в придачу! Нд- а дела! Слушай, Никодимов, никогда не женись. И знаешь почему?

— Почему?

— Потому,что если ты будешь таким образом будить свою жену, то проживёшь очень недолго, а умрёшь мучительной смертью. Понял меня?

— Виноват. Исправлюсь,- ответил мне Никодимов.

—