Красная угроза: Командир ONLINE! Том III - Greever

Ланс сидел, сжимая кулаки. Он был в тупике, так как на него давили Маркус и Линген, а Руслан отказался участвовать в делах между ними, ясно дав понять, что пока те не переступят черту, он не вмешается, а если придётся вмешаться, то пожалеют все.

Именно поэтому Шаймс искал поддержки среди новеньких, но они оказались слишком трусливы, чтобы ввязываться в такое.

Это он ещё не сказал им про то, что, вступив с ним в союз, они фактически встали бы против Маркуса и Лингена, двух ключевых членов правительства. Такое могло вообще сломать мозг этим людям.

— Я всё равно добьюсь своего! — решительно заявил Ланс и, поднявшись с кресла, пошёл к выходу, думая о том, с кем ещё можно заключить альянс.

Глава 113

Бесшумный прилив

(Глава написана в соавторстве с Заком)

Сверкают мечи.

Взгляд мой полон ярости.

Сакура цветёт.

* * *

Дверь, исполненная в традиционном японском стиле, отъехала с лёгким гулом древесины. Его взору открылся небольшой коридор, достаточно просторный, чтобы три тяжело экипированных в до-мару (японский доспех) воина разошлись, не касаясь друг друга наплечниками.

Убранство небольшого помещения вселяло трепет в любого подданного Империи Красного Солнца.

Здесь стояло древнее дерево Квонсай, уход за которым, согласно легенде, поручался каждому ребёнку солнца со времён заселения островов, примерно три тысячи лет назад.

И вот оно, знававшее касания всех особ, так почитаемых в культуре империи, предстало перед ним, накрытое специальной колбой, чтобы не позволить большему количеству воздуха, чем необходимо, попасть к этой священной вишне и состарить её больше, чем положено.

По другую сторону коридора стоял небольшой деревянный постамент, на котором рядами по горизонтали покоились ритуальные мечи Наката.

Завороженный такими чудесами, Саю Ми не сразу заметил, что находится здесь не один, а с двумя стражами Ниппой Тэнкоку в тех самых до-мару, изображения которых были известны каждому ребёнку с детства. Единственным отличием были тяжелые Парузумарайфуру (винтовка с плазменными зарядами), выстрел которых может прожечь броню танка или монстра с уровнем развития класса Даймё — настолько грозным оружием обладала личная гвардия Тацукамото-доно.

Приблизившись на расстояние шести шагов, Саю Ми услышал хруст половиц позади него и, обернувшись, увидел ещё двух точно таких же стражников, что стояли перед покоями господина. Они беззвучно оказались позади него, и только продавленный под грузом ответственности пол выдал их присутствие.

«Надо же, я даже не услышал, как задвинулась обратно дверь.» — отметил про себя рикугун тайса, или старший штабной офицер армии, которым и являлся Ми.

Поклонившись стражам перед собой, он протянул свиток в своих руках так, чтобы на нём была ясно видна личная печать императора Юя Тэнжо.

Стоявший по левую руку стражник аккуратно протянул свою перчатку, которой до этого держал цевьё винтовки, и, раскрыв ладонь в сторону свитка, провёл над ним.

Из его руки ударил зеленовато-синий луч лазера, считывающий спектральные чертежи печати. После положительного оповещения на внутреннем экране своего шлема, стражник вернул перчатку в положение, при котором держал Парузумарайфузу, и синхронно повернулся на девяносто градусов вместе со своим сослуживцем, оказавшись лицом друг к другу, уступая дорогу посетителю.

— Б-большое спасибо. — Поблагодарил Саю стражников и, дождавшись, когда один из них раздвинет перед ним последнюю дверь, вошел внутрь тускло освещённого помещения.

Выполненное из тёмных пород дерева убранство личных покоев Даймё внушало благоговейный трепет.

Спускаясь по ступеням, штабной офицер желал оказаться в своём доме и, спрятавшись под котацу, переместиться на несколько десятков лет в прошлое, когда единственной проблемой была возня с котом, который никак не хотел уступать в своём нежелании почесать пузико.

Однако сейчас он с каждым шагом поднимался всё выше и выше к ровной площадке, напоминающей додзё в учебной части императорской армии.

На стенах были развешаны несколько картин: сакура в цвету, гора Хумайтакэ в зимнем убранстве на одной стороне. Замок Акабунага в огне и Су Линь Фо, встречающей журавля, принесшего весть о гибели возлюбленного, на другой стене.

Под каждой из картин стояла подставка с вещами, которые ассоциировались с сюжетами картин, изображенных на стене.

Перед лестницей же находилось небольшое возвышение, уложенное несколькими дзабутонами (подушками), на которых спиной ко входу сидела Даймё Тацукамото-доно.

Небрежно оголив белоснежные плечи, она восседала на дзабутоне, держа спину абсолютно ровной. Её белоснежные волосы, собранные в косу, элегантно спускались по спине, сужаясь к пояснице и подчеркивая красоту наряда, выполненного в розовых тонах с цветочным орнаментом, который терялся в сравнении с женственностью самой девушки.

Обернувшись, она кинула косой взгляд своих лисьих глаз на офицера, и тот тут же принял позу догэдза. Позу наивысшего почтения, когда человек опускается на колени, вытягивает руки вперёд и низко наклоняет голову к полу.

Только сейчас Саю Ми ещё и протягивал вперёд свиток, который лично получил от тэнгу императора и обязан был доставить даймё. В этой позе он застыл так, что свиток лежал на раскрытых ладонях вверх и не касался земли, так как коснись он её, то Ми пришлось бы сделать себе сеппуку (харакири, вспороть живот), чтобы смыть позор со своего рода.

Девушка накинула своё фурисодэ (парадное кимоно) на плечи, подхватила ножны, в которых покоился её клинок, являющийся символом власти даймё в империи, и встала, повернувшись к коленопреклонённому офицеру. Проскользив над полом, будто не касаясь его, Тацукамото-доно взяла свиток и, взломав печать, внимательно прочитала его содержимое.

— Значит, восточный архипелаг приведён к согласию. Чудно. — Девушка бросила свиток обратно офицеру, и тот, поймав его в воздухе, рухнул обратно в позу, ожидая новых приказов. — Ступай за мной, рикугун тайса, отныне ты служишь мне. Так велит Император!

— Конечно, Тацукамото-доно, как прикажете, Тацукамото-доно. — Залебезил человек и, встав на ноги, склонил голову в постоянном поклоне, потому как никому, кроме Императора, не дозволялось стоять прямо в присутствии даймё, если того не пожелает сама даймё.

Девушка вернулась к месту, на котором сидела несколько мгновений назад, и, раздвинув двери своих покоев, поманила жестом слугу двигаться за собой. Пройдя на балкон, двое остановились, и, позволив офицеру поднять голову, тот мог увидеть, что именно ему позволили лицезреть.

Балкон личной резиденции Даймё северного острова Хансю находился на вершине замка Макото времён средневекового государства.

Выстроенный на вершине скалы, обращенный одной стороной к морю, представлял собой символ власти и непоколебимости, поскольку ни разу не был взят неприятелем, так