Тёмный Хогвартс. Второй курс - ВеенРок

Я лишился воли. Не мог двинуться с места, не имел возможности решать. Теперь я был подвластен лишь Северусу Снейпу и мог только в глубине сознания задаваться вопросом: «какого чёрта?!».

Стеклянным взглядом, который мне уже не принадлежал, я видел лица своих напуганных друзей.

— Возьмите нож для резки ингредиентов, Голден, — сказал профессор Снейп.

Я беспрекословно подчинился, механическими движениями выполнив поставленную задачу. Создавалось такое чувство, будто бы ко всем клеточкам моего тела были привязаны нити, что дёргал кукловод в угоду своим желаниям.

— А теперь медленно поднесите его к своей левой ладони и не останавливайтесь, пока нож не выйдет с обратной стороны.

Кто-то в зале ахнул.

— Профессор? — сглотнув, сказала Гермиона.

— Молчать, Грейнджер, — угрожающе гаркнул на неё Снейп.

Нож стал неумолимо сближаться с моей раскрытой ладонью.

— Вы чувствуете, Голден? Как тело вам не принадлежит, как действия вашего тела вселяют ужас, но вы ничего не можете с этим поделать? Чувствуете, как потеряли контроль? — прошептал он мне на ухо. — Можете не отвечать, да вы и не сможете.

— Профессор, остановитесь! — воскликнул Симус, глядя на приближающееся к ладони лезвие.

В ответ Снейп лишь беззвучно взмахнул палочкой, а Симус замолчал и остался стоять парализованным.

— Профессор Снейп, пожалуйста! — у Гермионы начали литься слёзы. — Мы ничем не провинились перед вами…

Новый взмах, и Гермиона присоединилась к Симусу.

— Вы может и не провинились, мисс Грейнджер. Но не он, — указал Снейп палочкой в мою сторону. — Голден, ускоряйтесь.

Лезвие вошло в руку, а я испытал сильную боль, на которую тело отреагировало лишь парой незначительных судорог. Моя здоровая рука же продолжила пытаться протолкнуть небольшой ножик сквозь маленькую прорезь от лезвия, что вызывало боль ещё более сильную.

— Хватит! — Рон рыпнулся ко мне, успел выхватить нож и резко вытащил его из моей ладони. Мальчик кинул нож подальше, а я на автомате направился в ту сторону — моё задание никто не отменял.

— Голден, остановитесь. Мерзкий Уизли… Круцио! — красная вспышка осветила кабинет, а Рона скрутило в невыносимом болевом спазме. Мальчик закричал так громко, что у меня заложило уши.

— Экспеллиармус! — сколдовали заклинание за моей спиной, а по голосу я понял, что это был Гарри.

Луч направился прямо в Снейпа, но тот невербально создал щит, который отбил заклинание, что улетело и рассеялось в глубине полок с ингредиентами.

— Вы сошли с ума, профессор! — крикнул Гарри. — Я не позволю, чтобы моим друзьям…

— Круцио! — новый красный луч отправился мне за спину, а я услышал второй крик.

Ребята…

Разозлившись, я постарался скинуть с себя чары контроля. У Гарри Поттера же на четвёртом курсе получилось! Почему не выходит у меня?!

— Всем сидеть на своих местах, — Снейп угрожающе водил палочкой по аудитории. — Второкурсники, я посмотрю, совсем отбились от рук… Мы это исправим, и начнём с Поттера… Круц…

— Корпус Патитур Сикут Менс Патитур! — выкрикнул кто-то из учеников.

Снейп даже сбился от подобной наглости, что позволило моему другу избежать новой порции невыносимой боли.

Луч призрачного цвета буквально впитался в чёрную мантию профессора, проходя дальше. Снейп удивлённо посмотрел мне за спину, а потом…

Потом его отбросило в стену с такой силой, что не будь стена каменной — явно бы разломалась. Но и этим дело не закончилось. Снейпа начало бросать из стороны в сторону, его прибило с той же силой к потолку, да так, что сверху посыпалась крошка. После этого профессор улетел в направлении полок с ингредиентами, круша своим телом склянки, пробирки, любые стеклянные тары, опрокидывая целые стеллажи.

В самом конце Снейпа — окровавленного и изломанного, бросило прямиком к тому месту, где он находился изначально.

Профессор каким-то чудом поднялся и посмотрел вопрошающим и непонимающим взглядом на студентов. На его лице будто бы застыло выражение глубочайшей растерянности.

А после этого профессор Снейп рухнул на пол сломанной куклой.

Гермиона и Симус очнулись от наложенных чар: девочка сразу же стала колдовать останавливающее кровь заклинание для моей руки, а Финниган наклонился к Рону, помогая ему подняться после пережитого непростительного заклинания.

Управлять собственным телом я не мог до сих пор, но Гермиона хотя бы усадила меня за своё место, с которого я имел возможность видеть своих однокурсников, что до этого находились позади.

— Чего застыли, помогите Гарри! — крикнул Симус на девочек, что сидели с Поттером по соседству. До этого Лаванда и Парвати продолжали с затаённым страхом смотреть в совсем другую сторону, и жаться при этом в противоположную.

— А кто… Кто произнёс это заклинание? — спросила у зала Гермиона, когда моё кровотечение из ладони было остановлено.

И почти четыре десятка указательных пальцев в едином порыве оказались направлены на одного студента. На того, кто до сих пор стоял с поднятой вперёд палочкой. На ученика, чьё лицо казалось куда старше своих двенадцати лет, а на нём застыла эмоция сплошного гнева. На мальчишку, от которого даже близких по уровню чар никто и никогда увидеть не ожидал. До этого самого момента.

Они указывали на Невилла Лонгботтома.

Глава 19. Болезненная свобода

с

Конец твоим страданиям

И разочарованиям,

Мучениям, терзаниям,

Обидам и невзгодам.

Когда тебе (или ему),

Когда (ну, всё равно кому!)

Удастся возвращение.

Вперёд! Свобода!

* * *

— Не-невилл? — Гермиона нахмурилась. — Что это были за чары?

Лицо мальчика пришло в норму, а сам он затравлено огляделся:

— Я-я-я… Нашёл книжку в клубе, вот и выучил там, да, — закивал он головой.

— Что с профессором? Он живой вообще?

— И как нам теперь быть? Надо же, наверное, позвать на помощь?

Второй курс загомонил на свой лад, перекрикивая друг друга. Ребята были в замешательстве: на их памяти ещё ни разу не происходило такого, чтобы не профессор вывел ученика из строя, а наоборот. И судя по той кровавой каше, в которую превратился Снейп, нельзя было исключать и возможность его гибели.

Какие же мощные, а главное неожиданные чары использовал Невилл… Неужели…

Я всё ещё не мог пошевелиться. Проклятое «Империо»! С друзей обычные чары спали после того, как этот психопат потерял сознание, но вот столь мощное подчинение всё ещё держалось… Последний приказ остановиться исключал любые мои попытки вернуть контроль над собственным телом и пошевелить хотя бы пальцем.

Пока остальные выясняли, кто виноват и что делать, я был единственным из второкурсников, кто мог бы организовать всю эту толпу