Боец СВО. Книга вторая - Владимир Геннадьевич Поселягин

Содружества показали, что сейчас тут людей нет. Так что прибрав челнок, он мне вряд ли пригодиться, осваивая новый язык, уже говорить начал, достал хмыря, лекарским амулетом привёл того в порядок, и тот сразу задёргался, пытаясь вырвать колышки, вбитые в грунт, к которым тот был привязан, по сути растянут звездой, особо и не пошевелится. Вот присел рядом и спросил на местном языке:

— Почему ты хотел меня убить?

— Потому что ты дайген. Я это сразу понял.

— Дайген, — пробуя на языке незнакомое слово, пока оно не всплыло из глубин памяти, всё же язык пока не до конца установился, хотя амулеты снятия памяти и обучения языка самые лучшие брал. — А, это пиратское братство вы так называете. Нет, ты ошибся. А терпеть расскажи мне про ваш мир.

Не особо-то и хотел тот рассказывать, но рядом горел костёр, уже угли краснели, где грелось железо, а я опытный боец и полевой допрос проводить умею хорошо, так что под крики и вонь палёного мяса, тот стал быстро и честно отвечать на мои вопросы. Тут сразу несколько дел делал, для начала осваивал язык. Он кстати освоился, встал, даже письменность освоил, у того в кармане были документы, ламинированные, тут удостоверение личности и пилотские корочки второй категории. Кстати, довольно крутые корочки. В недавнем прошлом хмырь был военным пилотом, сейчас в отставке. Да на пенсию вышел, отслужив полный срок. Продлевать военный контракт не стал. Я снял его память, формируя гипнограмму пилоту. На будущее. Вот тот всё и описывал. Также узнал, что за мир, где нахожусь, какое государство, ну и особенности местной жизни. Да планета эта, дыра дырой, окраинный мир крупной империи. Часов шесть болтали, я его кстати водой поил, а то солнце слепило, а тот открыто лежал, обнажённый. Кожа от ожогов уже покраснела. Убивать я его не стал, от его рассказов я пришёл в хорошее настроение, но и развязывать тоже, ушёл за пригорок, где достал портал, вне поле зрения, и шагнул в арку. В тот мир, отмеченный у портала как мир высоких технологий, но не Содружество. А что с хмырём будет, пофиг. Умрёт тот старшиной смертью, местное светило его убьёт. Это ему за мой любимец-глайдер. Но если выживет, что ж, повезло.

— Ну вот, другое дело, — осматриваясь, хмыкнул я.

Всё правильно, мессир два мира, в спешке, неправильно опознал и написал название. Ну мне не критично, какая разница что там написано, если я знаю правду и имею доступ в нужные миры. А вокруг поле, отчего я поёжился. Зимнее поле, дорога, накатанная санями, позёмка мела, переметая дорогу. Потому и понял в прошлом мире, что не туда попал, раз лето. А я в скафандре, в том самом, отмытом от радиоактивной пыли. Ещё можно им пользоваться. Вот так осмотревшись, кивнул сам себе. То, что тут зима я знал, мы же тут бывали с мессиром, и не так давно. Один минус, выход портала у дороги, по сути на обочине, не самое лучшее место. Могут и увидеть случайные путники. Хм, да собственно и увидели, позади сани в мою сторону катили, метров двести до них.

— Этого ещё не хватало, — недовольно буркнул я.

Впрочем, я тут же снял шлем, и достав, надел меховую шапку из лисьего меха, это Ольга мне купила, дизайнерская вещь. Сам скафандр белый, на белом фоне снега меня не особо и видно было. Может не заметили, как я появился, привычно убирая портал? Сейчас и узнаю. Не хочу, чтобы тут у местных ходили слухи о необычных явлениях. Что по скафандру, с натугой его можно принять за необычную одежду, но я достал белую куртку-аляску и накинул сверху, не застёгивая, вот и так и дождался пока не подкатят сани. Мужичок с куцей бородкой с интересом меня изучая, щурясь, всё же снег слепил, натянул вожжи, останавливая крупного надо сказать, коня.

— Здрав будь, деду.

Тот же кивнул, отвечая:

— И вам не хворать, молодой господин. Куда путь держите, барин?

Похоже по скафандру и качественной одежде тот меня за помещика принял, ну да, в белому во всём, только шапка выбивалась из образа. А так старик похоже и не видел ничего, тот вперёд особо и не смотрел чтобы не ослепнуть. А трое пассажиров, две бабы и пацан-пострелёнок, сидели спиной по ходу движения, и вообще ничего видеть не могли. Они кстати тоже в разнобой поздоровались.

— В никуда, диду. Отдыхаю я, иду куда глаза глядят. Путешествую.

— То доброе дело, сам в молодости ходил, себя показывал, на людей смотрел. Подвести, барин?

— Нет, не стоит, езжайте.

Тот стегнул вожжами, и те покатили дальше. Кстати, на глазах коня кожаная защита, тоже чтобы не слепил снег, и конь не ослеп. Понимающие тут жители. Когда те скрылись за горизонтом, я встряхнулся, достал челнок, и взлетел, оставив след днища, поднимаясь на орбиту, пробив низкие облака. Да, пока местные катили прочь, настроил Первого на местное время, а был день, час до того, как стемнеет, тот отсчёт будет вести, какое тут время суток, и время года, чтобы ночью выходить, и желательно летом. У меня так по всем мирам, где я уже бывал. Хватило одного раза, чтобы вот свидетели были. Где оказался не спрашивал, не тот вопрос, чтобы не привлекать внимание. В России, уже хорошо. Так что на орбите, найдя «окна» в облаках, стал изучать поверхность. Определившись по излучине реки, ага, это я вышел где-то у Нижнего Новгорода, полетел к столице, в сторону Санкт-Петербурга. Не стоит думать, что я сюда прибыл для какого-то срочного дела. Вовсе нет, я тут на разведке. Определится что и как, осмотреться, прикинуть многое. Интересно же. Ну и время узнать, а то примерно представлял. Где-то тысяча восемьсот девяностый. Плюс-минус год. Так что тут я чисто турист. В столице побываю, местных жителей изучу. Просто отдохнуть хочу. Тут многое сказалось. И три недели жарких боёв, и две недели работы в лаборатории, где с трудом спину разгибаешь, всё это и сказалось. Мне нужна передышка. Жаль Ольгу не взять. Да и та сынам вся занята. К слову, Ольга не взяла административной отпуск, экзамены сдала за этот год, но вот с сентября планирует продолжить обучение. Да она в совершенстве владела английским и французским языками, всё же семья дипломатов, а узнав, что я на хорошем уровне знаю китайский, наняла репетиторов, и активно его изучала, потому