Судьба барда. Начало пути. - Александр Берг

— Зуб даю, он сейчас вам нахамил и обложил матом, — ехидно улыбаясь, прокомментировал я.

— Почти. Он потребовал отдельную комнату от блохастого молодого зазнайки. А меня назвал кожаным мешком в мундире, — пересказал требования наглеца виконт.

— Что не поделили Сапфир? — обратился я к волку.

— Твою лежанку, — коротко ответил тот.

— Нет, друзья. Моя кровать только для меня. Храпящие соседи под боком мне не нужны. У хозяина дома спрашивайте об удобствах, — вслух озвучил я, чтобы Вальд понимал, о чём идёт речь.

Оба Рэйфа уставились на виконта. Я следил за его мимикой. Должно быть, очень занимательная проходила у них беседа. И ещё я понял, что молодой волк и енот не владеют, как Каалане, способностью объединять несколько собеседников в одну мысленную связь для диалогов. Возможно, это зависит от молодости и неопытности этих представителей Рэйфов. Сапфиру сейчас по местным меркам два года, а вот Шустрика я забыл спросить, сколько ему по местным циклам. Но, думаю, недалеко ушёл от волка по возрасту.

— Хорошо ты решил устроиться, Шустрик. Мало того, что обнёс канцелярскую кухню, ещё требуешь мягкое королевское гнездо для себя любимого, — смеясь в голос, высказался виконт. — Будет тебе гнездо. Не королевское, но тоже мягкое.

Выпили ещё по одному кубку с Вальдом. Уточнил по тренировкам с бароном Аластаром и возможности игры на люмане при народе. Получил разрешение выйти завтра в город с бароном. Заодно и в ратушу зайду за документом, легализующим меня. Потом, пожелав хорошего вечера виконту, я с Рэйфами вышел из кабинета и отправился на террасу внутреннего двора, в местную столовую для персонала в сопровождении Сержа.

Выйдя на освещённую масляными фонарями террасу с обратной стороны здания Тайной канцелярии, которое больше напоминало особняк, мы расположились за круглым столиком, приковав к себе всеобщее внимание присутствующих. Половину из них, кажется, видел утром среди встречающих. Но удивление среди всех вызвал енот, нагло взобравшийся на стол.

Правильно. Если утром меня видели с волком, то и слухи расползлись только о нас двоих. А Шустрика до этого никто ещё не видел на территории канцелярии.

— Серж! А это кто с тобой? — задал закономерный вопрос тёмно-зелёный орк, сидящий в компании с гномом и человеком недалеко от нас.

— Гости виконта Вальда Радина и графа Бицана Валлей, — невозмутимо ответил секретарь, делая заказ на всю нашу компанию у молодого официанта.

— Корней Иванович. Бард. Рад буду составить вам компанию. А это мои компаньоны Сапфир и Шустрик, — встав с места, представился я окружающим. — Некоторое время поживу у вас, пока позволяет виконт Вальд Радин.

— А где твой инструмент, бард? — кто-то крикнул от дальних столиков. — Мы бы с удовольствием послушали на ночь грядущую какую-нибудь балладу.

Я посмотрел на Сержа. Тот только плечами пожал, мол: дело твоё, начальство не запрещало. И я быстро сбегал в выделенную комнату за люманью. Минуту потратил на подстройку инструмента и, оглядев присутствующих, решил пока не шокировать основным репертуаром, а исполнить похожую на фламенко музыку, что получилась у меня во время остановки в Бинке под впечатлением танца клинков барона Бродуила Гонра. На последних аккордах терраса погрузилась в звенящую тишину, которую тут же нарушили звуки гонга с часовой башни в городе.

Канцелярские служащие очнулись и одобрительно загомонили, а мы приступили к принесённой еде. Серж уже не так равнодушно смотрел и с интересом разглядывал струны на люмане.

Утолив вечерний голод, я исполнил свою песню про степняков Саршеров. Следом немного Высоцкого и музыку без слов «Полёт бабочки». Репертуар армейских песен прошёл на ура. Служители местного закона плотнее придвинули свои столики к нам и наслаждались музыкой, потягивая лёгкое вино из своих кубков. Завершить вечерний ужин я решил спокойной композицией группы F. P. G. «В пути».

Когда холодный сумрак рассеет свет,

И капли влаги упадут на пересохшие губы земли.

Идя сквозь тьму, увидеть первый рассвет,

Росток потянет свои руки к солнцу, шепчущему «живи».

Это стремленье к свету не уберечь,

От воли и сил преодолевать рубежи.

И радости незабываемых встреч,

Первой из которых будет твоя жизнь…

Войдя в состояние пофигизма, без остановки продолжил перебирать струны в размеренном такте и запел песню Пилота «Сумасшедшим жить легко».

Умные с лица мы, а в душе как дети,

Встанем на пути, не обойдешь.

Слова не схоронишь, в драку полезешь,

Совесть да костяшки обдерешь…

Под конец присутствующие подпевали припев, хлопая в такт по столам. «Сумасшедшим жить легко». Я расфокусировал взгляд, перейдя на магическое зрение. Вокруг каждого канцелярского служащего весело переливалась активированная моим исполнением ментальная дымка. Надеюсь, их командор, виконт Вальд Радин не предъявит мне за это. Хотя я вроде ничего предосудительного не исполнял.

Когда уже собирались уходить на отдых с Рэйфами, присутствующие на перебой заверили нас, что помогут советом и делом в разумных мерах, если обратимся к ним. Поблагодарив за тёплый приём и пожелав всем доброй ночи, мы отправились на отдых.

Поднимаясь по лестнице, встретили виконта. Тот похвалил музыку и исполнение, которые послушал из окна своего кабинета над террасой, пожелал спокойной ночи и направился на выход. Думаю, завтра уже будет лежать отчёт о сегодняшнем вечере на столе графа. Я ухмыльнулся своим мыслям и прошёл в выделенную канцелярией комнату.

Нужно разобрать вещи и найти прачечную. Мой дорожный костюм и бельё мечтали о стирке и починке. Разобрав сумку и покидав у выхода грязные вещи, понял, что сменного чистого нет. Последнее из запаса сегодня одел. Выглянул за дверь и, не обнаружив охранника, попросил Сапфира найти кого-нибудь из слуг. Тот выскользнул наружу выполнять просьбу.

Я же достал статуэтку Виалерианны из сумки, протёр её и поставил в центр стола. Кожаную папку с письмами положил рядом и сверху придавил их посылкой от столяра Олдина его другу Виленью. Нужно будет зайти завтра на Большую улицу Мастеров после Ратуши городского управления. Передать, как обещал. Куртку, штаны и берцы из моего мира разложил в шкафу. Там же на крючок повесил подаренную перевязь с метательными ножами. Люмань аккуратно положил поверх куртки. Частицу Священного Древа упрятал вглубь просторной части шкафа.

В этот момент вошёл Сапфир в сопровождении бледного слуги. Я попросил его заняться моими вещами, сваленными на пороге. Тот быстро подхватил их и заверил, что утром уже всё будет готово. Так же сообщил, глядя на Рэйфов, что их постели сейчас принесут.

Через короткое время, удобно устроившись в широкой корзине,