Пространство - Джеймс С. А. Кори

в какой части корабля находится Сантос-Бака. Было поздно, но эта женщина так и не ушла в свою каюту. Система указывала на кафе для администрации. От мысли о еде живот подал голос, и в нём пламенем расцвёл голод, который Драммер не замечала до сей поры. Она отправила сообщение с просьбой подождать её там пару минут. Выключила монитор, запустила протокол безопасности и направилась прочь из комнаты.

В коридорах Народного Дома всё ещё чувствовалась новизна. На установленных в стены поручнях и захватах для ног не было видно потёртостей, которые обязательно появляются на них в обжитых кораблях и станциях. Все лампы горели ярким светом, мягким и ровным, и это говорило о том, что установлены они недавно. Прошло ещё недостаточно времени, чтобы что-нибудь устарело или сломалось. В их великом дрейфующем городе со временем всё это проявится, но сейчас он, как и подобные ему города, в своём возрасте был ярок и прекрасен, как какой-нибудь Сингапур. Город, идеально отрегулированный. И если отлететь подальше, то он сиял среди звёзд, как чудный сувенир.

Она обнаружила Сантос-Бака сидящей рядом с немолодым мужчиной в сером комбинезоне. Он кивнул Драммер, когда та подошла. Как только она села, он ушёл. Сантос-Бака улыбнулась.

- Судя по твоему виду, тебе неплохо было бы перекусить.

- Обед был давненько. Через минуту я над этим плотно поработаю. Ты отчёты видела?

- Углублялась не особенно. Но вообще да.

- И где совет по этому поводу?

Женщина ушла в себя, задумалась, закрылась словно покерный игрок. Когда она заговорила, голос её звучал осторожно.

- Слишком это сложно - всерьёз воспринимать угрозу от флота из давно устаревших марсианских кораблей, которыми рулят пережитки случившегося десятилетия назад переворота. Если честно, меня вообще удивляет, что там нашёлся хоть кто-то живой.

- Согласна.-

- Во входящих сообщениях не выделено никаких голосовых паттернов, позволяющих выявить повышенный уровень стресса. И никаких просьб, по крайней мере на данный момент.

- Я знаю, Эмили. Я прочитала отчеты. Я спрашиваю, что ты о них думаешь.

Сантос-Бака развела руки в жесте, который на языке астеров старой школы значил: «у тебя всё перед носом».

- Думаю, скоро мы увидим кучку зацикленных на себе мудил, которые поняли, что их великая независимость в изоляции не срабатывает. Если мы дадим им сохранить лицо, то может, у нас и получится найти путь к реинтеграции, который устроит всех. Но проблемой будет Марс. Они захотят, чтобы всех их бегом доставили на Гору Олимп и там повесили как предателей.

- Вот и я так думаю. Есть идеи, как к ним с этим подъехать?

- Я перекинулась парой сообщений с адмиралом Ху. Она землянка, но у неё есть друзья в марсианском высшем командовании, - сказала Сантос-Бака. - Ничего официального. И ещё с МакКэхиллом из безопасности.

- Конечно.-

- Ещё одна возможность - они попробуют применить силу.

- С кораблями, которые не получали припасов и не видели доков несколько десятилетий, - сказала Драммер, - и с учётом того, что наши рельсовые пушки на месте, на взводе, и готовы наделать дырок в любом, кто будет слишком много выступать. Ты думаешь, такая возможность и правда реальна?

- Очень сомнительно. Даже когда их флот был новым, захват позиций рельсовых пушек и тогда стал бы для них чрезвычайно трудной задачей.

- Мы можем взять пару кораблей для прикрытия, просто на всякий случай, - подытожила Драммер. - Если окажется, что Лаконии требуется пинок под зад, наши корабли в их врата я отправлять не буду. Но в их присутствии нам, возможно, будет проще вести свою линию. Дадим Марсу нюхнуть крови возмездия, и посмотрим, будет ли коалиция Земля-Марс и дальше так заинтересована в соблюдении правопорядка, как и раньше.

- Это будет совсем другой расклад, - согласилась Сантос-Бака. Здорово, что здесь они были на одной волне. Драммер немного опасалась, что совет придумает какую-то свою стратегию. Её работа - собирать разбегающихся котят. Но к счастью, не в этот раз. Она старалась никогда не брать на себя никаких полицейских функций. И была чертовски уверена, что командовать целой армией - это не то, что ей нужно. Если на той стороне врат Лаконии случится война, то пусть в ней воюет Марс.

- Ну тогда порядок, - сказала Драммер. - Здесь нам бояться нечего.

Глава 11

Бобби

Когда Роси втянулся в порт Медины, сотрудники службы безопасности уже ждали, чтобы взять Хьюстона под стражу. И пока заключенного уводили, Бобби наблюдала за Холденом. Ей казалось, что в глазах Холдена она видит грусть. Последнее, что он сделал в качестве капитана, - обрек человека на жизнь в тюремной камере. А возможно, она просто накрутила сама себя. Угрожающий пресс-релиз Драммер так и не появился.

Позже, в клубе, в арендованной Наоми уединенной комнатке, они пообедали выращенной в баке говядиной и свежими овощами, приправленными минеральной солью и острым перцем. Бобби старалась не надраться, и не впасть в слезливую сентиментальность, но всех остальных это не заботило. Кроме Амоса. Он наблюдал за пьяными объятиями, нытьём, и уверениями в любви, словно мама на дне рождения пятилетки, снисходительно и одобряюще, но не вовлеченно.

Насытившись, они вышли на танцпол, попели в караоке, и выпили ещё. А потом Холден и Наоми ушли, обняв друг друга за талию, побрели прогулочным шагом по коридорам Медины, будто собираясь вернуться. Только они не собирались.

Вчетвером они возвращались в порт, переговариваясь и смеясь. Бобби с Клариссой подталкивали Алекса. Тот декламировал диалоги, изображал в лицах сцены какого-то нео-нуар-фильма из собственной коллекции. Амос, ухмыляясь, брел позади, но она видела, как он оглядывает подворотни на случай, если полупьяная четверка пожилых космических жокеев привлечет к себе неприятности. Нет, причин опасаться не было. Просто он делал так всегда. А она заметила, потому что делала так же.

Вернувшись на корабль, они рассеялись, разбрелись по своим местам. Бобби ждала на камбузе, потягивая из груши свежий кофе, пока все не ушли. Оставалось ещё одно дело, и она хотела сделать его в одиночестве.

Вокруг неё Росинант фиксировал снижение избыточного тепла их путешествия, неспешно излучая его в абсолютный вакуум медленной зоны. Тихо гудели рециркуляторы. Чувство мира опустилось надо всем, и она снова была маленькой девочкой в ночь Рождества. Она вдохнула, медленно и глубоко, чувствуя корабль, как собственную кожу. Допив последнюю каплю кофе, опустила пустую луковицу в переработчик, и направилась вниз к каюте Холдена. Капитанской каюте.