Небесный всадник - Кирико Кири

Глава 30

Нас встречали не сказать, что с фанфарами. Служанки, парочка всадниц и, естественно, хранительница шпиля Серафина. Про уточку я понял почти сразу, когда увидел её с тростью и то, как та ходила — вразвалочку, будто провела где-то незабываемую ночь. Блин, смотрю и стыдно становится, если честно…

Когда мы спешились, она медленно направилась к нам.

— Смотри, кого мы поймали, — положила Мелисса мне руку на плечо.

— Вижу, — кивнула Серафина, но по её лицу сказать, рада она меня видеть или не очень, было тяжело. Ваще непроницаемое лицо. Аж как-то жутко, что ли… — И где нашли нашего «героя»?

— Не поверишь, но в горах. Кажется, у нас теперь есть полноценный небесный всадник, Серафина. Знакомься, охотник на Великих.

Глава уже куда с большим интересом посмотрела на меня.

— Тебя аж так далеко занесло?

— Ну… можно и так сказать… — смутился я. С одной стороны, и сказать правду стрёмно, а с другой… да хер ли думать, говорить как есть надо, и всё. — Я хотел улететь, потому что решил, что вы погибли, и, едва меня поймают, насадят на кол или башку отрубят. Вот и решил улететь в горы.

— Значит… — она посмотрела на Бегемота, — ты всё же обрёл контроль над драконом.

— Ну… да, типа того.

— И ты сразил Великого, я правильно поняла Мелиссу?

— Не прямо сам, просто обрушил на него гору, но думаю, и так можно сказать.

Серафина взглянула на Мелиссу, и та кивнула.

— Что ж… что ж… — повторила она ещё раз. — Думаю, моя спина приемлемая плата за то, что мы обрели небесную всадницу. Досадно, что ты хотел бросить нас, но я рада, что ты тем не менее не прошёл мимо тех, кто был в нужде, и встал на их защиту, рискуя всем. С этого момента ты наша… то есть наш брат по оружию, и твоё слово будет иметь вес, как слово любой из нас.

Ещё бы научиться называть меня небесным всадником, как это сделали серокожие. Сказано это вроде было и спокойно, но с какой-то торжественностью и гордостью, от чего я прямо воспрял духом, вытянувшись. Только меня тут же осадили.

— Однако тебе ещё многому придётся научиться, поэтому будь готов к тренировкам. Уверяю, мы все приложим к этому все свои силы. Не хочется, чтобы первый всадник вдруг стал самым худшим из нас.

А вот это звучало уже как угроза…

— Серафина, и ещё на пару слов тебя, если можно, — произнесла Мелисса, кивнув в сторону. Ну а меня подтолкнула. — А ты можешь идти и отдыхать. Ты заслужил сегодня выходной. А уже завтра мы займёмся твоими тренировками.

* * *

— Значит, он задумался, — повторила она, не на шутку встревожившись.

— Очень задумался, — подтвердила Мелисса. — Ещё хуже то, что очень серьёзно задумались они. Агадарки явно положили на него глаз, и мне это очень не нравится.

— Как думаешь, Самсон может сбежать? — задумчиво посмотрела Серафина на дверь, за которой скрылся юноша.

— Думаю, он понимает риски и сам чувствует, потому он здесь, а не с ними, однако… проблема в том, что они проявили необычайное гостеприимство для себя. Обещали ему и дом, и рабов, и чуть ли не самих себя. Зачем-то он им нужен. Ты понимаешь, о чём я?

— Наследники? — сразу догадалась глава. — Думают найти верный способ пополнять ряды обладающими первородной силой?

— Не вижу иного смысла так завлекать мужчину, которых они обычно… скажем, не сильно жалуют. И я тебе скажу честно: они были готовы устроить резню за него, я хорошо знаю Рагондесс, она бы пошла на это, будь у них шансы. Только численное и тактическое преимущество заставило их отступить.

— Как ты думаешь, это вообще возможно? — спросила Серафина. — Чтобы двое с первородной силой смогли завести ребёнка, у которого будет сто процентов первородный дар?

— Сложно сказать, Серафина. Я ни разу о подобном не слышала, потому что и мужчин-то таких не было, но, если Агадарки заинтересовались им настолько, могу предположить, что у них есть какие-то идеи на этот счёт. Ты сама слышала, они называют себя драконорождёнными. Возможно, лишь возможно, что-то они и знают обо всём этом, и не хватает лишь мужчины с первородной силой.

Да много вариантов было, и обе это понимали. Вряд ли речь шла о том, что двое избранных сделают ребёнка и потеряют силу, тогда смысла в этом нет разменивать двух на одного. Вряд ли вообще подразумевалось, что кто-то теряет силу, так как тоже смысла мало менять опытную всадницу на ребёнка с даром. Скорее всего, подразумевалось или что оба с первородной силой родят ребёнка с этой силой, сами её не теряя, или что мужчина может зачать, не теряя силы, любой девушке. Если это так, сюда выстроится очередь.

— Значит, и с нами это может получиться? — предположила она.

— Или может получиться только с ними, потому что они другие, ты сама знаешь. Ну или Агадаркам нужен просто красивый экспонат. Сама знаешь, некоторые мужчин коллекционируют у себя, — улыбнулась Мелисса. — Как бы то ни было, теперь это не секрет для них.

— Но и распространяться они не будут, — ответила Серафина. — Потому что тут же нарисуются Веелинки, а следом и все остальные. По поводу того, о чём мы говорили, ты уверена, что он не решит сбежать?

— Слушай, если придут Веелинки, может мысли и закрадутся… — протянула та. — Сама знаешь, они уж обольщать, в отличие от Агадарок, умеют.

— Мы всё равно не сможем вечно держать его в секрете. Скоро будет клятва императору, там ещё канцлер хочет с ним познакомиться, и всё — вся аристократия будет о нём знать, а следом и империя. Лучше, конечно, застолбить его кем-то…

— Не думала, что он может потерять силу при зачатии? — спросила Мелисса.

— Да, конечно, думала, — вздохнула Серафина. — Но тут уж вопрос к нашему архимагу и главному алхимику, чтобы они уберегли его от подобной глупости.

Она вздохнула.

Когда-то они шутили про то, что как бы было хорошо, если среди них появился бы мужчина, стало бы как-то повеселее. Мужчина появился, и веселее действительно стало. Как там говорили некоторые? Бойтесь того, чего хотите. Ну что ж, следовало прислушаться к мудрецам.

* * *

Меня действительно не трогали до следующего дня, но потом…

Первый звонок колокола, и ко мне уже тарабанятся. Открываю дверь, а там стоит Аэль, эта говорливая полторашка.

— Собирайся скорее!

— Что-то произошло? — я старался быстро прийти в себя. Сколько ни спи, а в такую