Система для друзей. Том 2 - Люцида Аквила

в той реальности вы воевали против себе подобных, против таких же сильных созданий. И Ю Цияну было суждено умереть в бою без возможности переродиться, но ты… – обратился Юй-ди к Гуань Яну, – не мог допустить его гибели. Ты вытолкнул его душу в иную реальность, тем самым прокляв вашу пару и запустив бесконечный цикл переселений. Теперь в каждом мире ты сначала теряешь его, а потом обретаешь вновь. Ю Циян может перерождаться в своем теле или в чужом, носить свое имя или другое, но каждый раз это он, и ты его узнаешь. Каждый раз ваши судьбы переплетаются, и вы оказываетесь связаны.

– Навсегда? – вопрос Гуань Яна звучал сдавленно, а он сам уже смотрел не в лицо Юй-ди, а куда-то в сторону. – Скажи мне, в этот раз он останется навсегда? – почти шепнул он.

У Цияна екнуло сердце, а Юй-ди мягко улыбнулся и ответил:

– Да. Конец его линии жизни лежит в этом мире.

Циян безмолвно открыл рот, уставившись на Нефритового императора. Перед ним только что оборвалась последняя тонкая нить, связывающая с прошлым миром, и от осознания этого внутри него разразилась буря эмоций, в которой отчетливее всего ощущались пустота и печаль. Он уже много раз обдумывал невозможность возвращения, но как будто оставалась надежда на крохотный шанс… Который теперь окончательно исчез, ведь остаток его жизни должен протечь в этом мире. А значит, никакое переселение в другое тело или что-либо еще не даст ему навсегда покинуть этот древний мир.

С его губ сорвался тусклый вздох. Сердце болезненно сжалось, но, невзирая на грустные чувства, в нем начала разгораться и новая надежда на то, что благодаря «проклятию» хотя бы Сяо Ян встретит его вновь, чего не скажешь о членах его семьи… Пусть Циян придет к нему в другом облике, с другим именем и воспоминаниями, это будет он – и они узнают друг друга. Их пути вновь пересекутся, они окажутся рядом и снова будут поддерживать и защищать друг друга.

«Возможно, для нас с Сяо Яном так даже лучше. В этом мире мы были учителем и учеником, Гуань Юй для Гуань Яна был как отец, и они не могли стать еще ближе: их статусы сильно влияли на отношения. В моем мире дела обстояли не лучше, ведь, даже будучи чемпионом по фехтованию, я не считался ровней семье Гуань. Их богатство и связи были чем-то недостижимым для меня, выходца из простой небогатой семьи. Отец Сяо Яна никогда не одобрял наше общение и желал, чтобы сын находился в высших кругах. Возможно, другая моя версия получит более высокий статус, его общение с Сяо Яном сложится лучше, чем у меня, и у них все закончится хорошо».

От этих мыслей на сердце у Цияна стало легче. Все эти месяцы – сотни дней и ночей – он не забывал друга и, как бы ни старался, не мог отпустить воспоминания о них двоих. Он отрекся от прошлой жизни и поклялся о ней не задумываться, чтобы построить будущее в этом мире, но Сяо Ян… он всегда жил в его сердце. Воспоминания о нем были как якорь, не позволяющий далеко уплыть по рекам памяти. Циян понимал, что его смерть тяжелее всех в мире перенесет Сяо Ян, а не его семья, членам которой было на кого опереться, и потому не мог отпустить мысли о нем. Но теперь… зная, что друг обязательно встретит его новую версию, он почувствовал облегчение, поэтому мог сбросить связывающие их цепи и продолжить двигаться дальше.

– А Янь Фэй? Почему она здесь? – спросил Циян у Юй-ди. – Вы не упомянули ее, хотя она тоже перешла из одной реальности в другую.

– Ах, Янь Фэй, – протянул Юй-ди с особой теплотой в голосе, словно вспоминал о ком-то близком. – Она не такая, как ты, но за нее не беспокойся. – Он достал из рукава белую пилюлю, похожую на маленькую светящуюся сферу, и по воздуху отправил ее к Цияну. Тот, встрепенувшись, неловко поймал шарик в ладони. – Передай ей от меня и скажи, что она свободна – так ты получишь ответ на свой вопрос.

Циян нахмурился, глядя на пилюлю.

– Что это? – мрачно спросил он, не собираясь передавать подруге нечто неизвестное.

– Ее духовная сила.

– Что? – не поверил ушам Циян.

«Как это возможно? Этот шарик… он похож на духовное ядро бессмертного, как он может принадлежать Фэй? Или тело главной героини было куда сильнее, чем нам казалось?» – подумал он, не чувствуя от вещицы никаких потоков энергии.

– Она запечатана? – спросил Циян.

– Именно. Поэтому никому не навредит.

Он поднял взгляд на Юй-ди.

– Почему у вас ее духовная сила? И… откуда?

Юй-ди снисходительно улыбнулся.

– Не мне об этом рассказывать. Покажи ядро Янь Фэй, она все объяснит.

На лицо Цияна легла мрачная тень, но Юй-ди не был похож на того, кто собирался вредить Фэй или кому-то еще. Их беседа в тронном зале проходила спокойно и без посторонних, а двери оставались закрыты. Юй-ди не стал противостоять им на городской площади, не привел с собой охрану и вел себя непринужденно, не выказывая страха перед Богом Смерти, держащим в руке меч и источающим угрожающую ауру. Циян не мог не признать, что Нефритовый император и правда верховное божество – независимое, могущественное, далекое от мирских сует и берегущее все вокруг. Если бы уход Гуань Юя не был предначертан судьбой, он бы наверняка не отнесся к этому так халатно, и Бог Войны бы спасся.

– Яньло-ван… – четко позвал Юй-ди, развеивая воцарившуюся тишину, – ты все еще желаешь моей смерти?

Гуань Ян, хранящий мрачное молчание и явно терзающийся сотнями мыслей, нехотя посмотрел ему в глаза и холодно ответил:

– Да.

Юй-ди устало вздохнул и положил ладони на подлокотники трона.

– В таком случае можешь попытаться меня убить, – произнес он поразительно легко, видимо, больше не зная, как переубедить это «дитя».

Циян встрепенулся и уже открыл рот, чтобы велеть Гуань Яну остановиться, но тот перебил его:

– Обойдешься. Пускай, по твоим словам, Гуань Юй так или иначе покинул бы этот мир, ты все равно отнял у меня наставника и виноват в этом. Я никогда не прощу тебя за ошибку, и моя неприязнь к тебе будет жить вечно, но и пытаться убить тебя не стану. Умрешь ты – падет этот мир. А я не могу этого допустить, пока в нем живет он. – Не оборачиваясь, Гуань Ян взял Цияна за запястье, и тот почувствовал жар его пальцев даже через наруч. – Поэтому в