"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

Вернувшись в нору, в которой я пришел в себя несколько минут назад, затеял разговор с Вано.

– Ну вот, Вано, скоро будем у своих. Ты как, рука болит?

– Да нормально. Болит немного, главное – отдохнул хорошо. Думаешь, быстро приедут?

– Если до Истомина дойдут сведения, то – быстро. Скоро отдохнем по-настоящему, с банькой и чайком.

– Ага, на губу бы не попасть за то, что метки не пришили, – поцокал языком Вано.

– Думаю – отвертимся. Хотя, зная Петровича – может ведь и «закатать».

– Ну что, пришли в себя? – раздался голос за спиной. Обернувшись, увидел на входе знакомого доктора.

– Так точно, – хором ответили мы с Вано.

– Хорошо. Давайте посмотрю ваши раны, нужно повязки сменить.

– Серег, из Москвы получен приказ… – Истомин стоял передо мной.

– Слушаю, товарищ старший майор госбезопасности, – я вытянулся по стойке «смирно».

– Выбирай сам: в госпиталь или домой? – задал вопрос Петрович, прекрасно зная ответ.

– Товарищ старший майор…

– Все ребята были переправлены в Куйбышев.

– Дед, как он? – осторожно спросил я.

– В порядке, выкарабкается. Ранение серьезное, о восстановлении пока речь не идет, но жизнь уже вне опасности.

– Слава богу! – выскочило у меня. Истомин и глазом не моргнул.

– Так вот, я думаю отправить тебя домой, там будешь лечиться. А ребят мы позже к тебе переправим, когда в состоянии будут. Всем крепко досталось, о службе придется пока забыть, на время.

– Как прикажете. Я, если честно, и сам чувствую, что отдохнуть надо. Что по заданию?

– Теперь можно и о деле. Основную задачу выполнили отлично. Может, еще и благодаря этому, у немцев сейчас такой разброд стоит, что мы этим с успехом пользуемся. Войска вермахта, после поражения в Сталинграде, на запад – бегут. Главная цель была достигнута. Большой ценой, но – достигнута. В районе Сталинграда были окружены и разбиты части вермахта, на которые Гитлер возлагал надежды. Они должны были отрезать нас от нефти – не вышло. Конечно, мы тоже понесли немалые потери, и речи о том, чтобы сейчас двинуть на Берлин, нет. Но вот выйти в район Донбасса и начать наступление на Харьков мы должны, причем – буквально на днях.

– Хорошие новости. Но думаю – это не все. Наверняка есть и плохие?

– Куда без них. Кавказ шумит.

– Местные? – нахмурившись, спросил я.

– Есть и такое, зверствуют почище СС.

– Знакомо, – вставил я, вспоминая свое время.

– Принято решение усилить нашу группировку на Кавказе авиацией и долбить сверху. Наверное, так будет лучше.

Проведя два дня в Москве, мы вместе с Вано и Толяном – куда же без него – вылетели в Ленинград. Толю Круглова доставили в Москву на второй день моего появления в столице. Ведь он так и остается моим телохранителем.

В Ленинграде – нет, ДОМА – меня ждала такая новость, что я сначала дар речи потерял. Мало того, что у меня две малявки, которых я удочерил, так Светланка приподнесла сюрприз:

– Сережа, нас скоро будет пятеро!

Я так на задницу и сел.

– Родная, ты серьезно? – не веря своему счастью, вскричал я.

Светка только хитро улыбнулась, а я – заплакал. Натурально, не смог сдержаться. Войнища тут такая идет, люди гибнут каждую секунду, а тут – новый человек растет. Пусть пока еще в утробе матери, но это уже – факт. Не думал я, что смогу испытать эту радость, после рождения дочери в моем времени, еще раз. Да и чего лукавить, забывать я стал понемногу – откуда я взялся и что там осталось. Новая жизнь: больше года уже здесь, привык ко всему. Не хватает только одного – не, не интернета с телевидением – телефона. Как же было бы удобно с «трубой». Хотя я как-то уже думал об этом – задолбали бы тогда еще больше.

Наградой в этот раз для меня стал отпуск по ранению, ну и – «Красное Знамя». Сам обалдел. В аккурат на Новый год наградили. Новый, тысяча девятьсот сорок третий, год я встречал вместе со всей своей дружной семьей. А куда мне было девать всех моих оглоедов, прибыли, как раны затягиваться начали, еще и Деда с собой приволокли. Тот еще очень слаб, но все идет хорошо.

Петрович тоже приехал в Ленинград вместе с ребятами. Отпустили на три дня – побывать с семьей. Привез вести от командования. Оказывается, решили наконец избавиться от чехарды со званиями. Согласно приказу, нас причислили к ОСНАЗу НКВД. С десятого января сорок третьего года я официально буду носить звание капитана. Звания выровняли. Мое, лейтенанта НКВД, стало равно общеармейскому – капитана. Приятно, черт возьми. А каково парням? Тот же Саня Зимин должен был сгинуть в болотах под Лугой, как и все остальные мои ребята, ан нет. Ходит вон, подбородок не опуская, тоже капитаном стал. Толю Круглова подравняли под нас с Зиминым. Три капитана теперь в нашей группе. Вано, тот здоровый Вано, что в очередной раз вытянул меня к жизни, получил «Красную Звезду», медаль «За Отвагу» и лейтенантские погоны. Наверное, за то, что спас своего командира – по крайней мере, я очень об этом просил Истомина.

В середине января нам выдали новую форму. С красивыми, но неброскими погонами и со звездами на них. По случаю отъезда на Центральный фронт товарища Жукова в Смольном устроили банкет. Нас тоже всех пригласили, ребята с удовольствием нацепили все награды. Истомин заявил, что «форма одежды – парадная». И баста. Конечно, чего скрывать, безумно приятно было надеть на себя тяжелый от наград мундир. Иконостас-то у меня впечатляющий, один Орден Красного Знамени в трех экземплярах чего стоит. «Красная Звезда», «боевик», «За Отвагу», «Невский», но главный, конечно, особенно дорог – «Орден Ленина». У Петровича, кстати, вообще «космос» на груди. Ему уже второй «Суворова» перепал, на этот раз – первой степени, а главное – он теперь комиссар третьего ранга, вот. Гэбэшные звания офицеров старшего комсостава остались как и прежде.

Светланка, увидев меня при полном параде, только глаза распахнула.

– Милый, когда мы с тобой встретились, там, в полевом госпитале, ты не говорил, где ты служишь и что делаешь. Я понимаю и не спрашивала, хотя, видя следы твоих ранений, представляла, что ты далеко не в штабе воюешь. Но я не представляла, что ты ТАК рискуешь! Ты и сейчас не можешь мне рассказать, ЧЕМ ты занимаешься на фронте? – Видя, что я открыл рот чтобы ответить, Светланка поспешила меня остановить.

– Нет, нет. Если нельзя – не говори!

– Любимая, все нормально. Да, не скрою, мне чертовски приятно носить награды, но не надо тебе знать большего. Нет в моей службе ничего хорошего, честного и романтичного. Ты просто… Жди меня, когда я уезжаю, и