"Фантастика 2026-4". Компиляция. Книги 1-33 - Артемий Скабер

Поковылял в «лабораторию», стараясь не морщиться от боли. Рана напоминала о себе при каждом шаге. Нужно забрать деньги и разобраться, что у них там за восстание против действующей власти.

У ангара стояла непривычная тишина. Даже свет не пробивался сквозь щели. Дверь оказалась заперта. Постучал — тихо. Раздражение накатило волной, и я с силой саданул ногой по металлу.

— А ну, быстро открыли! — рявкнул. — Вы чё за самодеятельность, дармоеды, устроили?

За дверью послышалась возня, торопливые шаги. Что-то клацнуло, и в проёме показался Лампа. Рыжие волосы всклокочены, словно он весь день таскал их руками. Глаза бегают, как у затравленного зверька. Весь какой-то дёрганый, нервный.

— Павел Александрович? — его голос прозвучал странно, будто он увидел призрака. — Это вы?

— Нет, почтальон Печкин, принёс вам телеграмму, — не сдержался от язвительности. — Где Ольга?

— Внутри… — пацан дёрнулся, словно от удара. На его лице промелькнуло отчаяние. — Она расстроена.

Я отодвинул его плечом и шагнул в полумрак ангара. На охапке соломы в углу лежал Смирнов, рядом на коленях — Ольга. Через боль рванулся к ним.

— Какого?.. — выдохнул я, оглядывая картину.

— Папочка… — всхлипывала девушка, раскачиваясь взад-вперёд, как маятник. — Папочка, ты меня слышишь?

— Ольга? — схватил её за плечо, встряхнул. Кожа под пальцами была холодной как лёд. — Ау! Оля!

Но она словно не замечала моего присутствия. Продолжала причитать, уставившись взглядом в лицо отца. По щекам катились слезы, оставляя блестящие дорожки.

— Какого?.. Лампа! — развернулся я к пацану, который мялся у входа. — Что тут творится⁈

Глава 9

— Господин, — Лампа опустил голову так низко, что рыжие пряди упали на лицо. — Когда отец Ольги вернулся в лавку, он уже был весь в крови.

— Что? — мои брови поползли вверх. В груди шевельнулось нехорошее предчувствие.

— Рана на руке, — девушка говорила тихо, не отрывая взгляда от отца. Её пальцы нервно гладили лежащего. — Сказал, его порезал какой-то мужик.

Тот урод, который сбежал из камеры? Вернулся добить Смирнова? Глупо — там же жандармы были рядом. Я осмотрел раненого внимательнее.

— А он и должен быть зелёного цвета от царапины? — кивнул на Игоря Николаевича, чья кожа приобрела болотный оттенок.

— Нет! — Ольга провела рукой по лбу отца. Её голос дрогнул. — Это яд. Я уже всё перепробовала, что знала. Он умирает…

— А почему закрылись?

— Двое твоих людей сказали, что он заразен, — слёзы покатились по щекам девушки. — Хотели убить папу.

— Потом покажешь, кто, — наклонился я к Смирнову.

Положил руку на его рану. Кожа была холодной и влажной, словно у лягушки. Мужик и правда походил на земноводное, того и гляди заквакает. Источник отозвался мгновенно, почуяв чужеродную магию.

— Вы так со мной не расплатитесь никогда, — выдохнул я, чувствуя, как энергия потекла по каналам. — Лампа, есть ещё зелья увеличения магии?

— Да! Третий, вышка! — паренёк метнулся к столу, едва не опрокинув склянки.

— Тащи. А ты отойди, — дёрнул Ольгу за плечо. От резкого движения рана на животе отозвалась болью.

— Не нужно убивать! — девушка рухнула на колени, вцепившись в мою руку. — Прошу! Я найду способ его вылечить. Обещаю!

— Дура! — легонько стукнул её по макушке ладонью. — Я помочь собираюсь.

Она застыла с открытым ртом, потом медленно отползла в сторону. Лампа уже сунул мне в руки несколько пузырьков. Не лучшая идея — нагружать источник после перехода, но выбора нет.

Я выдернул пробку зубами. Та отлетела в угол с глухим стуком. Опрокинул зелье в себя. Вкус изменился — стал мягче, без привычной вязкости. Каналы мгновенно расширились, ядро запульсировало, как второе сердце. По телу прокатилась волна приятного тепла, даже боль от раны отступила.

— Поехали! — пробормотал себе под нос.

Из пореза на теле Смирнова всё ещё сочилась кровь. Я коснулся её пальцем, прикрыл глаза. Потянул энергию в себя и чуть не выругался. Мерзость какая! Одновременно кислое и горькое, словно протухшие лимоны. Торопливо откупорил второй флакон, сделал глоток.

Пот выступил на лбу крупными каплями. Источник сопротивлялся, пытаясь переварить отраву. После предыдущего яда и повышения уровня, может, и с этим справлюсь?

Магия в токсине оказалась особенной — тягучей, вязкой, словно смола. Она неохотно поддавалась, цепляясь за тело Смирнова.

Слабость накатывала на меня волнами, в глазах плыло. Я допил последнее зелье и тяжело опустился на пол. Процедуры не хватило для полной очистки, но кожа алхимика начала приобретать нормальный оттенок.

Чуда не случилось, на следующий уровень я не прорвался. Плевать! Главное, что…

— Оля… — голос Смирнова прозвучал тихо.

— Папа! — девушка метнулась к отцу, перелетев через меня.

Её платье прошуршало над моей головой, обдав запахом трав и цветов. Только этого сейчас не хватало.

— Господин! Вы лучший в мире! — Ольга оторвалась от отца и бросилась ко мне.

Не успел среагировать, как она обвила руками шею и прижалась губами к губам. Поцелуй вышел коротким. Девушка замерла, осознав, что сделала. Её щеки залились краской, словно спелые яблоки.

— Павел Александрович? — Смирнов приподнялся на локтях.

— Что? — повернул я голову, всё ещё чувствуя вкус поцелуя.

— Деньги… — прошипел он сквозь зубы. — Тот мужик забрал у меня всё.

Твою налево! Ублюдок! Мало того, что меня подставил, моего человека чуть не прикончил, так ещё и ограбил.

Я отодвинул пылающую от смущения Ольгу и вернулся к лечению. Одна процедура, вторая, третья — яд наконец-то полностью покинул тело алхимика.

— У вас уникальная магия! — Смирнов смотрел на меня с профессиональным интересом. — Никогда не слышал о такой. Да ещё и в обе стороны работает.

— Ты знаешь, что это был за яд? — спросил я, вытирая пот со лба.

Мужик поднялся с помощью дочери, слегка покачиваясь. Несмотря на слабость, умудрился отвесить глубокий поклон:

— Господин, благодарю вас! Вы спасли мне жизнь. Сначала Ольга, теперь я… Клянусь, что буду по гроб…

— Я не про это спросил, — оборвал поток благодарностей.

— Болотная целовальщица, — Смирнов выпрямился, в его глазах появился профессиональный блеск. — Большая зелёная лягушка. Её язык достигает десяти метров в длину. Тварь выплёвывает его прямо в лицо жертвы, часто попадает в губы. Отравляет добычу. Через несколько часов