Блуждающий дух. По следам Золотого Змея - Татьяна Кагорлицкая

требовалась поддержка, но Джейн была не в состоянии оказать её. Слушая едва различимое биение сердца, которое затихало, словно погребённое под слоем песка, она сомкнула веки плотнее. «И об этом тоже говорил Норрингтон… Гиблые места. Как можно здесь сохранить в себе что-то человеческое?» – Внутренний вопрос остался без ответа.

Единственным, кто выбивался из этого похоронного шествия, стал Уильям, и не потому, что ему каким-то чудом удалось найти способ обмануть жару, – просто он ощутил себя умирающим ещё раньше. Его душа треснула в тот миг, когда поезд сошёл с рельсов. Однажды Оллгуд поклялся, что этого никогда не случится: никаких катастроф на его железных дорогах, ни одной унесённой жизни, никаких разрушенных судеб. Обещание он выполнить не смог. Сковавшее Уильяма глухое отчаяние считывалось, даже несмотря на то что с момента крушения он не проронил ни слова. Где-то в отдалённых уголках сознания Джейн понимала, что Оллгуд переживает страшные мгновения. Считая себя его другом, она должна была сделать хоть что-то, но и на сочувствие её не хватило.

Зато к Уильяму подъехала Маргарет, не желавшая оставлять его наедине с собственными монстрами. Он не заметил её, смотря перед собой остекленевшими глазами. Тогда она слабо окликнула его.

– Мистер Оллгуд. Уильям…

Реакции не последовало. Придержав коня, Маргарет подъехала ещё ближе, почти вплотную, нежно накрыв ладонью запястье Уильяма. Он опустил голову, словно в полусне, и, увидев, кто нарушил его оцепенение, медленно перевёл взгляд на мисс Эймс.

– Вы…

– Рядом.

Она не надеялась, что такая бесхитростная поддержка изменит его состояние, однако взгляд Уильяма постепенно прояснился, обретая осмысленность. Он перевернул ладонь, чтобы их пальцы переплелись.

– Рядом… – эхом повторил Оллгуд.

– Если вы этого хотите, – пробормотала Маргарет.

Это мало походило на утешение. Она сомневалась, что существуют слова, способные облегчить его боль, и боялась, что после пережитой катастрофы Уильям окончательно замкнётся, не вынеся груза несправедливо возложенной на себя вины. Вопреки её страхам, он произнёс голосом, постепенно обретающим уверенность:

– Мне несказанно повезло получить от вас столь щедрое предложение, и я не упущу его. Сколь ни грустно, ещё не изобрели механизм, позволяющий отключить скорбь по щелчку пальцев, но я сделаю всё от меня зависящее, чтобы не предаваться ей целиком, забывая о том, что жизнь ещё не завершена. Вы – воплощённое свидетельство того, что смысл не утрачен.

Джейн, заметно отставшая от остальных, не слышала этого трогательного признания. Она едва держалась в седле, ежеминутно рискуя лишиться чувств и соскользнуть на землю, поэтому Бурбон, чувствуя её слабость, замедлил ход.

Муки и жажда становились нестерпимыми. Когда откуда-то донёсся шум воды, Джейн решила, что это игры воспалённого сознания. Ей было так дурно, что разум, по-видимому, пытался заместить окружающую действительность другой.

– Вода! Там источник! – вскричал Ральф.

Только после его возгласа Джейн встрепенулась. «Когда-то Уильям говорил, что два человека не могут увидеть одну и ту же галлюцинацию одновременно. Это значит…» – Она разлепила веки, всматриваясь вперёд. Перед ними и в самом деле расстилалась серебрящаяся гладь, и не какой-нибудь пересыхающий ручей, а река, бурлящая, полноводная.

– Прямо посреди пустыни, надо же! – удивилась Маргарет.

– Такое случается, – заметил приободрившийся Ривз.

– Это последняя река на нашем маршруте – в самой Долине Смерти нет уже ни одной, – припоминая географические тонкости, сообщил Оллгуд.

Не раздумывая, Джейн пришпорила мустанга. Все мысли улетучились, осталось лишь желание скорее рухнуть лицом в воду и утолить жажду. Остальные последовали её примеру. Лишь Джереми, хотя он тоже поспешил к реке, не выглядел обрадованным. Спешившись и сделав несколько жадных глотков, он проследил за руслом.

– Не похоже на то, что она где-то станет более узкой и более спокойной.

Питер и Куана, переглянувшись, помрачнели, сообразив, к чему он ведёт.

– Переправа. Нам придётся пересечь реку, – сухо констатировал индеец.

– Это опасно? – спросил Ральф.

– Весьма, – подтвердил Ривз.

Сделав несколько шагов, Джереми убедился, что глубина немалая: вода поднялась почти до пояса, хотя до берега было рукой подать.

– Здесь илистое дно, а оно всё время меняется, – с неудовольствием заключил он. – Никогда не знаешь, где поджидают яма или омут. К тому же течение слишком бурное – лошадей может унести.

Джейн беспокойно оглянулась на Бурбона.

– А если вброд? – неуверенно предложила Маргарет.

– Ну, если бы каждый из нас был раза в два выше ростом… – Джереми развёл руками. – Понадеемся, что лошади справятся с потоком, а мы удержимся на их спинах. Если нет… Есть ли кто-то, кто не умеет плавать?

Маргарет пришлось признаться:

– Я не умею.

– Значит, я буду следовать сразу за вами и страховать, – тут же сказал Уильям.

– Пусть женщины держатся вместе, а мы замкнём строй, – предложил Ральф.

– Разумная стратегия, – кивнул Оллгуд.

– Решено. – Джереми закатал рукава чуть выше, что не имело практического смысла и, скорее, помогало настроиться. – Я поеду впереди. Это не первая переправа на моей памяти, надеюсь, не растерял навыки.

Куана стиснул зубы. Как бы плохо он себя ни чувствовал, ему предстояло собрать по крупицам утекающие силы. Раньше он обратился бы к духу-покровителю, прося сопровождать их в трудную минуту, – теперь же зов уходил в пустоту.

– Нельзя медлить, но нельзя и подгонять лошадей безжалостно, – напутствовал всех маршал. – Если упадёте в воду, не поддавайтесь панике.

– Не боритесь с течением: оно всё равно сильнее, – подхватил Джереми. – Ждите, пока прибьёт к берегу. И да поможет нам… Чёрт его знает, пусть хоть что-то нам поможет.

«Река же не опаснее моря? – Джейн старалась отогнать страх. – Она пропустит нас, если не видеть в ней врага. Это сложно, ведь мы всегда боимся того, что сильнее нас. Иногда надо найти в себе мужество, чтобы довериться природе…»

Вода оказалась холодной. Сначала Джейн обрадовалась этому, предвкушая, что она подарит долгожданное облегчение, но ледяные брызги, попадая на кожу, скорее обжигали, чем остужали. Слишком сильный перепад температуры тяжело давался. Сжав поводья крепче, она велела себе не зацикливаться на этих ощущениях, а сосредоточиться на Джереми, который вёл их отряд. Его широкая спина маячила впереди, конь под ним медленно продвигался к середине реки. Джейн почувствовала подбадривающий взгляд Куаны и кивнула ему, пропуская вперёд.

Маргарет, явно нервничая, спросила, поравнявшись с ней:

– Думаете, мы переправимся?

– Думаю, лучше не тратить силы на разговоры, – сказала Джейн.

Прилив бодрости, наступивший после утоления жажды, сошёл на нет. Чтобы не выпасть из седла, ходившего ходуном, требовалось слишком много усилий. Страх поднимался к горлу так же неумолимо, как уровень воды. С берега река казалась не такой уж широкой, и думалось, что пересечь её удастся быстро, пусть для этого и потребуется вся мощь и храбрость. «Среди пенящегося потока начинаешь рассуждать иначе», – пришлось