"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

Местами река делала такие изгибы, что наши покажутся абсолютно прямыми. А главное – отмели. Постоянно натыкаемся на дно, несмотря на проводников. Просто физически не успеваем отворачивать вовремя. Приходится выпрыгивать и тащить лодки буквально на руках. Пока справляемся, но все уже на пределе.

Так скучно мы и шли дальше. Не встречались ни патрули полиции, ни военные. Несколько раз навстречу попадались только редкие лодочки с рыбаками. Судя по характерной одежде сидящих в них – местные. Проходили мимо одной такой рыбацкой «канонерки» совсем близко, успел хорошенько рассмотреть людей. В штопаных, заплата на заплате, клетчатых рубахах, в затертых и местами дырявых джинсах, но у всех на головах «стэтсоны».

По берегам виднелись какие-то маленькие населенные пункты. Не то деревни, не то индейские резервации. Вообще, на берегах Рио-Гранде живет очень много коренных жителей Америки.

В район Сокорро мы прибыли на восьмые сутки наших странствий. Умудоханные до не хочу. Сэм со вторым агентом по имени Вит собрался идти на поиски машины, как только определимся с местом стоянки.

Сошли на берег мы глубокой ночью в очередном парке. А может, и заповеднике, хрен их разберешь. Природа местами дикая – как тысячи лет назад. Никаких тебе дорог и линий ЛЭП. Вышки сотовых операторов появятся лет через пятьдесят. Птички поют, листва шумит – лепота.

Индейцы развернули лодки и помчались назад, как будто на крыльях. Я было насторожился и обратился к Сэму:

– Слушай, они ведь мимо убиенных пойдут, не настучат? Там, наверное, уже суматоха.

– Ты помнишь, в их деревне наши остались, Стас и Володя?

– И…?

– Я краснокожим рацию показал. Объяснил, что если они нас предадут или бросят в пути, мы свяжемся по рации и всех родственников вырежут к «бененой маме».

– Ну ты и монстр, – округлив глаза, выдохнул я.

– Кто? – в ответ уставился на меня с еще более диким взглядом Сэм.

– Дед Пихто! Валим отсюда. В этом парке можно удачно затеряться. Определиться нужно и разведку выслать. Пока вы машину ищете, нам укрыться надо.

Разбили лагерь мы в отличном месте. Наткнулись на маленький ручей с удивительно прозрачной и холодной водой. Все налопались вкуснейшей, холодной живительной влаги. Набрали все опустевшие емкости, а потом решили и помыться, чуть в стороне ниже по течению. Чуть подумав, наставили вокруг растяжек с дымовыми и сигнальными гранатами. Не хотелось взрывать «феньки» в непосредственной близости от городка.

– Командир, я пошел, – сказал подошедший Мурат, когда все закончили с обустройством. Укрылись хорошо, по берегам ручья нависали здоровые сосны с вывороченными корнями, под ними мы и расположились.

– Подожди, вместе идем, – обломал я казаха. Тот сделал удивленные глаза, но спорить не стал.

Прогулка у нас вышла зашибись. Это не по нашим буреломам ползать. Национальный парк «уле». Чисто, красиво. Высокие деревья и кустарник создавали видимость чащи, но это впечатление было обманчивым. Идти с каждым шагом становилось тяжелей, подъем, что ли? Оказалось и правда – гора. Примерно через час тяжелого и нудного подъема Мурат остановился.

– Серег, надо залезать на дерево, тут, похоже, можно без конца так топать.

– Давай, возьми бинокль, – я устало вытер со лба пот и снял с шеи бинокль.

Лез Мурат долго. Постоянно останавливался и оглядывался. Деревья здесь в отличие от низины росли редко. Забравшись на высоту пятиэтажного дома, ну, примерно, Мурат стал внимательно «читать» местность.

– Город видно, маленький он какой-то. Поселок скорее, – сказал спустившийся с дерева через некоторое время казах.

– Ну, так не Москва ни разу, – ответил я.

– Здесь «чисто», никого нет. У подножия холмов, на северо-западе, видел людей, но сюда не идут. Там ферма вроде и загоны для скота. Можно спокойно отдыхать. Если кто припрется из города, по горам не пойдет. Только если какой-нибудь гуляющий. Тогда двигаясь в обход, все равно к реке выйдет, а там мы «срисуем».

– Хорошо, пошли вниз.

Спускались мы уже быстрее, ободренные результатами наблюдений. В лагере нас ждал ужин. Петрович с одним из помощников разогрел зажаренную ранее рыбу и открыл консервы, тушенки у нас было мало, и приходилось экономить. В котелке заварили крепкий чай, и налопались досыта.

В караул мы с Муратом заступили первыми. Решили, что лучше сразу отсидеть положенную вахту, а затем отдыхать до ночи. Время в дозоре на удивление пролетело быстро. Комары даже не успели замучить. Так, скрипели изредка. Рановато для них еще, но тут весна теплее, чем у нас в стране. В восемь часов утра нас сменили бойцы из группы прикрытия, им до двух часов дня сидеть, их в свою очередь сменит Истомин. Таким образом, у нас с казахом будет целый день для того, чтобы выспаться и отдохнуть. Позавтракав, мы вырубились, где сидели.

– Боец, восемь уже, – меня вырвал из «кинотеатра сновидений» голос Петровича.

– Какого черта уже восемь? – Я никак не мог продрать глаза.

– Да вот так. Ребята вернулись, говорят – все в порядке.

– Правда, что ли? – мгновенно очухавшись, спросил я.

– Ага, вернулись часа три назад, я их спать положил. Сэм сказал, что идти все равно можно только ночью, днем не будем светиться.

– Хорошо. Давайте проверим оружие, что ли, да приготовимся к дороге.

На проверку снаряги ушло не больше получаса. До ночи еще далеко. Пользуясь своей природной наглостью, я опять уснул. Очнулся, когда вокруг было совсем темно. Поглядев на часы, охнул – почти час ночи. Подошел Петрович.

– Выдрыхся? – посмеиваясь, спросил Истомин.

– Не злобствуйте! А по правде – еще бы поспал.

– Ну ты и жлоб, капитан. Почти сутки ведь дрых. Вставай и иди есть. Остальные уже ложками стучат.

Я оглядел весь наш лагерь. Правда, все бойцы сидят и метают харчи.

– Серж, – ко мне подсел Сэм, – командиру я доложил уже, в три часа машина будет ждать у дороги. Есть рядом местечко укромное, там и сядем.

– Вещи готовы? – коротко спросил я, взглянув на осназовца.

– Одежда, обувь, инструменты и все остальное будут в кузове.

Когда из кустов на обочине выехал «рыдван», на котором нам предстояло продолжить путешествовать, я охренел. Здоровенный трехосный грузовик выглядел плачевно. Какой-то весь помятый, покоцанный, он не внушал ничего, кроме опасений.

– Слышь, Сэм, он хоть не развалится по дороге?

– Да его специально так уделали, чтобы меньше внимания привлекал. В этих краях других автомашин и не водится. Их здесь, вообще, почти не водится. Машина на самом деле новая почти. Только внешне маскировали.

– Ясно, беру свои слова назад, – развел я в стороны руки.

Задача в этот раз стояла очень важная. Нам предстояло устранение одного из руководителей Лос-Аламосской лаборатории и одного, как это ни печально, нашего. В одной