"Фантастика 2026-187". Компиляция. Книги 1-21 - Роман Романович

Но, к счастью (и некоторому сожалению), как раз явилась официантка с корзинкой, что была едва ли не больше неё самой. И корзинка эта, пусть и прикрытая тряпицей, источала такие ароматы, что ух! Так что, расплатившись за еду и накинув немного сверху счастливой собакодевушке, я подхватил принесённую снедь и был готов к дальнейшим подвигам.

Нэка лишь демонстративно закатила глаза, не скрывая, впрочем, своего довольства, и царственно распорядилась «идти домой» — все дела были сделаны, и можно было отдыхать. Вернее, был у меня ещё один вопросик, но обсуждать его следовало исключительно в нашей комнате, хотя бы потому, что я даже предположить не мог, сколько времени он займёт. Благо, как отметила моя котя, возиться девочкам со снаряжением несколько часов — демоническая кровь не самым лучшим образом сказывается на клинках, плюс пополнение специального инструментария, что был использован для обезвреживания ловушек, и так далее. Так оно, кстати, и получилось, но это было позже. А пока, оказавшись в нашем номере и закрыв дверь, я решил прояснить один, возможно, не самый красивый и чистый момент местной жизни.

— Скажи, Нэроко…

— М? — повернулась ко мне девушка, уже начавшая было устраиваться за столом со своей Книгой Заклинаний.

— Как я понял со слов Эдель и Адель, в этом мире эльфы живут в среднем около шестисот лет, а ты ещё упоминала, что они вполне могут скрещиваться с другими расами… Или полуэльфы не наследуют долголетие одного из родителей? — запоздало сообразил я возможный ответ на свои сомнения.

— Наследуют, — разбила мою догадку котодевочка. — Не в полной мере, но лет сто пятьдесят они точно живут.

— Тогда… Почему человеческая знать империи не смешала свою кровь с эльфами тем или иным способом? — озвучил я щекотливую тему. — Разве никто из них не хочет обеспечить долголетие своим потомкам?

— Эм… — я явно опять сказал что-то не то, так как моя собеседница выглядела крайне озадаченной вопросом, и отнюдь не в плане: «а так можно было, что ли?!», скорее уж на меня смотрели как на идиота, опять не понимающего прописных истин. — Ты имеешь в виду, почему, доминируя на континенте, люди не накупили себе эльфийских рабынь и не заставили их рожать себе детей? — тем не менее сдержанно и спокойно уточнила нэка.

— Да. Я опять сказал нечто глупое?

— Ну… — этот звук и сопровождающий его взгляд однозначно говорили «да», но Нэроко была девочкой приличной и так топтаться по моей гордости не стала. — Все знают, что эльфы не размножатся без любви.

— В смысле? — пусть думает обо мне что хочет, но я должен был понять данную концепцию.

— Эльфы — это магическая раса. Не полностью волшебные существа, но заметно ближе к ним, чем многие другие, и духовная составляющая для них не менее важна, нежели физическая. Я не знаю, как и почему это происходит, но общеизвестно, что эльф, независимо от пола, может зачать ребёнка, только если искренне любит того, с кем делит ложе, и его партнёр тоже должен его любить без всяких корыстных намерений, с предельной душевной открытостью, иначе зарождение жизни не произойдёт. Именно поэтому эльфов не так уж много, несмотря на их длинную жизнь, ведь даже в любящей семье неизбежны некоторые трения характеров, а, как я понимаю, у эльфов важно, чтобы в момент зачатия всё было предельно искренне и чисто. Ещё возможно, что они сами в тот момент должны хотеть завести ребёнка, но этого я уже точно не знаю, а только слышала такую версию на уровне слухов. Иными словами, то, что ты описал, физически невозможно — пока человек будет иметь корыстный мотив, эльфийка не родит от него, что бы он с ней ни делал. Поэтому никто таким и не занимается.

— Понятно… — односложно произнёс я, переваривая услышанное.

— Учитывая, что ты это спросил, в твоём мире не так? — дав мне немного времени, сама проявила любопытство девушка.

— В моём мире эльфов не могут взять в рабство, как бы сильно о том ни мечтали. Хотя самих мечтающих хватает, — ответил я чистую праву.

— О… Тогда понятно, — покивала сама себе Нэроко, придя, очевидно, к неверным выводам, но тут уж лучше так, чем рассказывать ей реальную ситуацию в мире, где уровень нравственной чистоты населения давно упал много ниже планки, на которой многие миллионы радостно и вожделенно фантазировали о том, как тентаклиевые монстры массово насилуют несовершеннолетних школьниц.

— Поправь меня, если я ошибаюсь, — решаю вернуть разговор в русло местных реалий — подальше от необходимости сочинять небылицы о моём прошлом, — но разве не ты совсем недавно объясняла мне, что меня теперь почти каждая женщина-авантюристка будет рассматривать в качестве быка-производителя, от которого будут очень сильные детки?

— Не только авантюристка, — поправила меня котя. — Аристократки — тоже.

— Да-да, хорошо, — покивал я. — Но разве это не противоречит тому, что ты только что рассказала об эльфах и их проблемах с деторождением?

— Нет, — бесхитростно моргнула волшебница.

— Почему? — чувствуя себя очень тупым, попросил я разъяснений.

— Заставлять говорить о таком девушку довольно смущает, знаешь ли, — попеняли мне, чуть отведя взгляд и порозовев щёчками. — Но ладно… — вздохнула она, беря себя в руки. — В общем, если коротко, то, что ты не можешь… — она запнулась, явно подбирая слова, — надуть девушке животик случайно, — нашлась она с формулировкой, — это скорее плюс, чем минус. Причём плюс очень большой. Противозачаточные заклинания и зелья далеко не всем доступны и далеко не везде. В то же время это не значит, что завести с тобой ребёнка вообще невозможно, ведь полуэльфов в мире хватает. По сути, для этого надо просто влюбить тебя в себя и самой тебя полюбить. Второе, с учётом твоих силы, характера и внешности, совсем не сложно, а первое… ну… — она опять замялась, — девушки, которые не уверены в себе и не готовы к вызовам, не идут в авантюристки.

— А как же пресловутый корыстный интерес? — не сдавался я.

— Говорю же: женщины, которые не уверены в себе, не идут в авантюристки, — спокойно, но с некоторой затаившейся в глубине сиреневых омутов просьбой пощадить её нервы, глядя мне в глаза, повторила Нэроко. — К тому же даже если с детьми ничего не получится, это не отменит факта работы с Мифриловым.

— Ладно, — сдался я, хоть и до сих пор не понимал, почему в одном случае попытки добиться общего ребёночка являются оправданными и имеющими шансы на успех, а в другом — заведомо обречены. Разве что тут