Фантастика 2026-145 - Ярослав Яловецкий

Глава 17

На следующий день прибыли в нужную систему. Меня на челноке отвезли на «Хеенс». Нет, не гоняли челнок специально из-за меня одного, Шон прилетал на совещание к командиру. Как и другие капитаны кораблей. После совещания, когда развозили капитанов по кораблям, прихватили и меня.

На «Хеенс» вернулся, как в родной дом. Пусть у меня здесь и каютка поменьше и сам корабль за час обойти можно весь, в каждую щель заглянув, но дом есть дом.

Забросил рюкзак в шкаф и рванул в рубку. Она оказалась закрытой, как и положено, но меня всё-таки впустили. Но никаких новостей не узнал. Меня, естественно, интересовало: будем драться или нет? С кем и когда? Но этого Шон не знал. Да и командир тоже. Знали, что будем, а вот с кем и когда — неизвестно. Но вот то, что нас отсюда постараются выбить — это факт. Слишком лакомый здесь кусок. Корпорация, что нас наняла, молодая и не очень крупная, в империи хватает намного более мощных корпораций, которые могут посчитать, что они распорядятся таким активом намного лучше, чем наши наниматели. А государству всё равно, кто ему будет поставлять этот металл, главное, чтобы поставки шли бесперебойно. Так что сейчас, пока не начались поставки, самое время нас отсюда сковырнуть. Поэтому шахтёры и спешат развернуть станцию и начать работать. Когда начнутся поставки и договор с государством вступит в силу, выгнать их отсюда будет труднее, за них и государство заступиться может. А после того, как и оборона будет развёрнута, можно будет вообще особо не переживать.

Так что ждём. Если пираты нагрянут — это не страшно. Собрать флот они не успеют. У них ведь корабли постоянно в разгоне, работают ребята, как их собрать? Чтобы сформировать более-менее мощную эскадру, им месяца четыре нужно. То есть все пришедшие на базу корабли тормозить и на дело больше не пускать. Вряд ли они таким образом смогут собрать достаточно сил, чтобы справиться с нашей эскадрой. Но припрутся наверняка — отрабатывать полученные деньги.

Вот если корпоранты смогут договориться с наёмниками, то будет хуже. С нашими, арварскими, вряд ли будут договариваться, знают, что серьёзно воевать друг с другом мы не будем. А вот если с другими договорятся, особенно с аратанскими, то да, жалеть никто никого не будет, месилово будет серьёзное. Но на всё это нужно время, а его у них не так и много. Молодцы наши заказчики, что держали всё в тайне. Да и не факт, что они всё-таки решатся подключить иностранных наёмников. Слишком это опасно. Тут и от своего государства прилететь может. И очень не слабо.

Вот это всё мне Шон и объяснил. Ещё разрешил посмотреть, как разворачивается станция. Посмотрел. Но ничего не понял и поэтому не заинтересовался. Не специалист я в этом, как понять, что там за суета в пространстве? Это надо было на станционного инженера учиться. Да и ладно. Но хоть разобрался с нашей позицией. Станцию разворачивали на краю крупного астероидного поля, в небольшом углублении. Наша эскадра отступила от разворачивающейся станции и держалась одной группой. Позиция очень удачная: с тылу нас прикрывает астероидное поле, через него пройти боевым кораблям практически невозможно, по флангам тоже астероиды. Атаковать нас можно только по фронту. А это, учитывая пушки нашего полутяжа, гиблое дело. Если только тяжёлый крейсер или линкор пригнать. Но линкоры есть только во флотах у государств, да и то не у всех — слишком дорогая игрушка. Тяжелые крейсера тоже только у флотских, наемникам и пиратам такая здоровая дура ни к чему. Гоняться за грузовиками на тяжёлом крейсере — это вообще маразм. Как и защищать их от пиратских легких кораблей.

Плохо, что отсиживаться в обороне у нас не получится. Тут ведь как получается: наша задача привести караван и охранять станцию и комбинат, пока не будет развёрнута оборона системы. А развернуть её смогут только тогда, когда транспорты вернутся с минными кластерами и артплатформами. Мы за сохранность транспортов, после того, как они отсюда уйдут, уже не отвечаем, но если их встретят по возвращению и уничтожат, то нам тоже плохо будет. Придётся ждать следующего каравана. А когда он придёт? Мы ведь по договору можем уйти отсюда только когда здесь будет развёрнута оборона. А если караван будет перехвачен? И сколько нам тут торчать? Пол года? Год? За те же деньги? Вот то-то и оно. Так что к возвращению каравана система должна быть чистой. Нет, какую-то охрану с караваном отправят, успеют что-то прикупить. Но именно что какую-то. Надежды на эту охрану никакой. Придётся нам впрягаться.

Посидел ещё немного в рубке и ушёл. Вместе с навигатором. Шон остался на дежурстве. Трудно парням придётся — кто-то постоянно должен дежурить в рубке. А их всего двое. Полтора месяца постоянного напряжения — это тяжело.

Зашёл в мастерскую и поговорил с техниками. Прошёлся с ними по кораблю и проверил работу оборудования. Искин, конечно, следит за состоянием всех механизмов, но лучше самому посмотреть и ручками пощупать. Для собственного спокойствия. Но на корабле всё в порядке, работает всё как часы.

Отправился в каюту. У меня теперь есть чем заняться — буду медитировать. Уселся на кровать по турецки, скрестив ноги. Руки положил на колени. Какое именно положение принимать в базе не говорилось. Просто удобное. Да и то это только для начала, а потом я должен научиться входить в медитативное состояние, а из него в боевое в любом положении и очень быстро, в идеале мгновенно. Но пока об этом лучше не думать, научиться хотя бы вообще медитировать. Ещё на Земле, видел как-то по телевизору, что эти, йоги, именно так сидели и медитировали. Уж они-то в этом должны понимать.

Просидел так больше часа, пытаясь от всего отрешиться и сосредоточившись на пятнышке на противоположной стене. Ни черта не получается. Зато ноги затекли. Еле смог их распрямить. Походил по каюте, разрабатывая ноги. Лёг на кровать — для меня это самое удобное положение. Попытался расслабиться и отрешиться от всего внешнего. Расслабился и отрешился. И уснул.

Поспал хорошо, до самого вечера. Чёрт, а ночью что буду делать? Как что? Медитировать.

Промучился так целую декаду. Нет, своими прямыми обязанностями заниматься не забывал и Шона иногда развлекал разговорами во время его дежурства. Поэтому плюнул в конце концов. Оно мне надо? Жил без этого и дальше