Доспех духа 1-11 - Фалько

Последние две недели Каэдэ разговаривала со многими людьми, имеющими деньги, силу или власть. Уговаривала их помочь, торговалась, умоляла, но поддержки не добилась. На неё смотрели просто как на глупую девчонку. Даже лучшие друзья папы, связями с которыми он гордился, помощи не предложили.

* * *

Вчерашний сумасшедший день закончился только глубоко ночью, когда мы доставили Каэдэ в центральную городскую больницу. Сказали, что попали в аварию, чтобы врачи активнее бегали, а не ходили, словно сонные мухи. Я настоял, чтобы Сабина тоже прошла проверку, так как у неё на затылке была здоровенная шишка. Ждал почти час, пока возьмут все анализы и сделают КТ. К счастью, обошлось. Врач сказал, что это просто ушиб, не очень сильный, хотя и болезненный. А вот моя подруга детства отделалась сотрясением, трещиной в черепе и серьёзным рассечением на лбу. Ей наложили кучу швов и накачали лекарствами, чтобы проспала до утра. Мы же с Сабиной всю ночь сидели в палате Каэдэ, решая, что делать дальше.

Сбегая из больницы, мы совсем немного разминулись со стариком Масаясу, попутно угнали машину с подземной парковки. Не хотел я сейчас с ним разговаривать, заранее зная, что хочет сказать. Я водить не любил, поэтому ехал неспешно, внимательно следя за дорогой. Киото – город небольшой, с населением в полтора миллиона человек, но притягивающий туристов со всего мира. Я воспринимал его красоту как что-то само собой разумеющееся, больше обращая внимание на разные мелочи. К примеру, на то, как владельцы магазинов, кафе и увеселительных заведений меняют оформление витрин, в зависимости от времени года или какого-нибудь громкого события. На то, как люди бережно относятся к чистоте города, проводя уборку по утрам и сортируя мусор. На туристов, решивших выйти в город пораньше, чтобы больше осмотреть за день. На тишину храмов.

– Ты знаешь, что Киото называют городом тишины? – спросил я у Сабины. – Это часть дзэн-буддистской традиции. Говорят, что даже сами дома и внутренние дворики здесь построены так, чтобы поглощать окружающие звуки. Городские парки и старинные монастыри усиливают это впечатление. Это не значит, что город на самом деле тихий или беззвучный, просто тишина здесь – это ценность. В старых районах, принадлежащих ещё более старым кланам, жители на улицах громко не разговаривают. Портят всё только шумные и глупые туристы. Ну и школьники из других городов Японии, приезжающие сюда на экскурсии или каникулы.

– Вижу, что тебе нравится этот город, – сказала Сабина.

– Каэдэ говорила, что здесь нужно пожить, чтобы понять его философию. А мы в Киото бывали от случая к случаю. Ей же он всегда нравился. Москва, наверное, выводит принцессу из себя шумом и безумным ритмом жизни. Я к чему вспомнил тишину, мы сейчас заедем в гости к местным бандитам. Кандзира-сан обещал как раз к утру раздобыть нужную информацию. А потом можно где-нибудь спрятаться и поспать до вечера. Или, если всё удачно сложится, вечером уже домой поедем.

– Те самые якудза, с наколками на теле? Которые отрезают себе мизинцы, когда нарушают правила?

– Да обычные бандиты они, прячущиеся за красивой вывеской, – фыркнул я. – Контролируют в Киото все игорные заведения и бордели. А ещё ломбарды и мелкие кредитные конторы, находящиеся вне закона.

– У них берут в долг? – почему-то удивилась она.

– Берут. Кто-то считает, что это выгоднее, чем брать в долг у банков. Ну да, банк может и отказать, но он хотя бы не прибьёт тебя и на органы не продаст, если долг отдать не можешь.

– И люди всё равно к ним идут?

– Я таких никогда не понимал, но всякое может в жизни случиться. А ещё якудза зарабатывают на строительстве. Сейчас это едва ли не самый прибыльный их бизнес. Улица впереди, видишь вывески заведений? Утром они закрыты, но вечером здесь будет оживлённо. Это хост-клубы. Вон то заведение, откуда двое выходят, видишь? Это игровой клуб с автоматами пачинко. Хороший способ обойти запрет на азартные игры. Внутри заведения выигрываешь жетоны, которые меняешь на разные призы. А эти призы, чисто случайно, можно обменять на деньги уже вне заведения. Мой хороший друг окончательно разорился здесь, стараясь выбраться из долговой ямы... Нам нужно в тот переулок.

Припарковав машину на свободном участке рядом со зданиями увеселительных заведений, мы с Сабиной направились в переулок с лестницей. Здесь сохранилась старая архитектура двухэтажных домиков, с крышами, покрытыми крупной чёрной или серой черепицей. Каждый двор закрыт высоким каменным или деревянным забором. И утром здесь было удивительно тихо. Мы пару раз свернули, двигаясь вглубь района. Туристы на эти улочки не забредали, а всех, кто тут оказался случайно, очень вежливо просили покинуть территорию клана. На самом деле никакой клан здесь не жил, а весь район принадлежал союзу Кёто, входившему в крупнейшую бандитскую ассоциацию всего региона.

Погода с утра радовала, поэтому прогулка получилась приятной, если на минуту забыть причину нашего здесь появления. Я не заметил, чтобы за нами следили, хотя мне показалось, что от больницы следом ехала какая-то подозрительная машина. Конечной точкой маршрута было большое двухэтажное поместье, выполненное в традиционном стиле застройки Киото. Я такие недолюбливал, так как жить в них зимой было холодно, а летом – жарко. Кирпичный забор и большие ворота, распахнутые настежь. Перед воротами стояла каменная тумба с иероглифами, а над створками закреплена деревянная табличка.

– Что написано? – спросила Сабина, прижимаясь к моему плечу и наклоняя голову, чтобы лучше рассмотреть тумбу, затем приложила ладонь ко лбу, пытаясь прочесть иероглифы на табличке.

– Каллиграфия в старом стиле, я в ней не разбираюсь. Горо, мой друг, он из местных, говорил, что здесь спрятана хитрая игра слов. Читается, как зал для приёмов, но знающий человек прочтёт, что посторонним сюда вход воспрещён. Частная территория, в общем. А вон там написано, что это зал собраний союза Кёто. Чтобы все бандиты региона знали, где у них главарь живёт и где собираться. И я о том же.

Я рассмеялся, видя взгляд Сабины. Мы с ней, наверное, одновременно представили поместье где-нибудь в Италии с табличкой у ворот: «здесь собирается мафия».

Как я уже сказал, ворота в поместье были открыты, а в тесном дворике толпились люди в костюмах, явно клановые. Наверное, пришли спросить, что люди Кандзира Тэйдзи