Античный Чароплет. Том 1 - Аллесий

Но вслух Халай ничего этого не сказал. Он лишь презрительно скривился и фыркнул:

— Бе-э-э!… Ты что, лишился ума, жалкий щенок?! Не надейся, что я тебя пощажу только из-за того, что… да мне вообще нет причин тебя щадить! Ты мелкий поганый кусок дерьма!

— Все эти годы… — процедил Креол, тяжело дыша. — Все эти годы я тихо терпел и копил силы, ожидая момента, когда смогу вбить тебе все обратно в глотку… Все эти годы!… Я прошел войну с куклусами! Я чуть не погиб в катакомбах Вавилона! Ты прекрасно выучил меня сражаться, бывший учитель! И теперь все это на тебя же и обрушится!

Халай затрясся от едва сдерживаемого смеха. Все-таки хорошо иметь под рукой идиота, мнящего себя хитрецом. — Ты готов?! — рявкнул Креол, сжимая кулак.

— Подожди секунду, — попросил Халай, задумчиво морща лоб.

Все нужные приготовления сделаны. Гробница выстроена, завещание написано, последние распоряжения отданы. Гибель в бою - достойная, благородная смерть. Окончивших путь на поле брани в Куре встречают с почестями и выдают дополнительные привилегии… Ха-ха… В Куре… Ха…

Теперь главное — не слишком усердствовать. А то еще пришибешь сопляка невзначай.

Несмотря на возраст и бесчисленные болезни, боевой магией Халай Джи Беш владеет превосходно. Он участвовал в десятках дуэлей, а проиграл всего дважды. Один раз — магистру Гишбару, прирожденному боевику. Другой раз — Арзе по прозвищу Хана-Всему-Живому.

Впрочем, против Арзы Халай продержался целых четыре минуты. А это уже немалое достижение — большинство противников слепого архимага превращались в золу быстрее, чем успевали моргнуть.

— Я готов, приступаем, — кивнул Халай, — Какой ты желаешь дуэли, зловонный гриб? Тренировочной, разрешительной или…

— Смертельной! — выпалил Креол. — Только смертельной!

— Твой вызов принят. Нападай.

Креол с размаху швырнул в учителя огненный шар. С места, без раздумий, не тратя ни секунды. Он подготовил его во время разговора.

Халай молча раскрыл ладонь. Сверкнул Ледяной Щит, вбирая бушующий жар, и заклинание Креола потухло.

Свободной рукой старый демонолог вычертил пылающую руну, и его противник отшатнулся в сторону. Из воздуха высунулись шесть огромных собачьих голов на змеиных шеях.

Неистово лая, они потянулись к Креолу, оплетая его, тянясь к мясу ужасными пастями. Еще секунда - и схватят, вцепятся, разорвут в клочья…

— Я учил тебя этому, щенок! - прорычал Халай, — Ну! Слово противодействия?!

— Иш-карра-зим!!! - дико выкрикнул Креол, ударяя нижайшую голову по носу.

Испустив протяжный вой, кошмарные псы рассеялись дымом. Халай Джи Беш облегченно выдохнул — еще чуть-чуть, и ученик отправился бы в Кур.

Воспользовавшись мигом, Креол перешел в наступление. Губы зашевелились, шепча заклинание, со скрюченных пальцев сорвался ураганный ветер. Халай не устоял перед страшным напором — тощего старикашку просто снесло, отшвырнуло назад. Он ударился спиной о землю, теряя Личную Защиту — единственную свою Личную Защиту.

Креол сжал кулак, выпуская чары Огненного Меча. Полоса бушующего пламени рассекла воздух, молодой маг ринулся вперед, спеша пронзить врага, пока тот валяется без сил…

— Не так быстро!… — прошипел Халай, поднимая руку.

На пальце сверкнуло кольцо с сапфиром. Поглотитель душ, лучший артефакт старого демонолога. Несть числа духам и демонам, что были втянуты в этот ярко-синий камень.

И несть числа людям, которых он лишил душ, обратив бездыханными трупами.

Теперь и с Креола сорвало Личную Защиту. Маг захрипел от боли, чувствуя, как душа буквальным образом вырывается из тела. Халай ядовито засмеялся, поднимаясь на ноги.

— Чрево Тиамат!!! — взревел Креол, резко раскрывая левую ладонь.

С нее сорвалась ослепительная молния. Белая ветвящаяся полоса прочертила воздух и охватила Халая. Старый маг забился в агонии, снова падая на землю. Поглотитель Душ на пальце потух, и Креол схватился за грудь, беззвучно раскрыв рот.

Но продлилось это какое-то мгновение. Сделав один-единственный вдох, Креол гигантским прыжком ринулся к корчащемуся старцу. Замах!., и Огненный Меч входит прямо в дряблое сердце.

На губах Халая выступила пена. Взгляд остекленел. Пальцы слабо зашевелились, из прожженной груди со свистом вырвался воздух.

Креол прищелкнул пальцами, уничтожая Огненный Меч, и тряхнул кистями, сбрасывая остаточные чары. Молодой маг подозрительно уставился на бывшего учителя, готовый нанести удар при первом же признаке агрессии.

Однако того не последовало. Халай Джи Беш лежал тихо, глядя на проплывающее в небе облако. Его лицо стремительно бледнело, жизнь испарялась вместе с вытекающей из раны кровью.

— Тьфу… — сплюнул Креол, глядя на умирающего с брезгливой жалостью. — Я всегда знал, что старый урод только хвастается, а на деле… тьфу…

— Ученик!… — чуть слышно прошептал Халай, — Ученик, наклонись!…

Креол наклонился в ожидании последних слов учителя. Глубоко внутри его начал грызть червячок сомнения — а стоило ли убивать старика? Он был мерзким ублюдком, но этот мерзкий ублюдок все-таки обучил Креола магическому Искусству…

— Я здесь, учитель, — негромко произнес Креол, опускаясь на правое колено, — Что…

Шлепок! Костлявая ладонь умирающего с неожиданной силой взметнулась вверх, отвешивая Креолу увесистую оплеуху.

— Яу-у-у-у!!! — вскрикнул тот. Не столько от боли, сколько от неожиданности.

— Ха! — оскалился Халай, — Я просто не мог умереть, не врезав тебе напоследок! Запомни, ученик… ты… ты просто лужа мочи-и-и…

Креол поднялся на ноги, трясясь от едва сдерживаемого гнева. Нет, он поступил совершенно правильно! Мир станет намного лучше, когда его покинет Халай Джи Беш… собственно, уже стал. Судя по изменениям в ауре, мерзкий старикашка наконец-то отправился к праотцам.

Хотя это может быть хитрой уловкой с его стороны…

— Эй, старый урод, ты точно сдох? — недоверчиво спросил Креол, пиная покойника в висок. — Точно? Точно? Отвечай мне!

Хубут-Табал запустил когтистую лапу в грудь мертвеца и с силой дернул, вырывая душу из тела. Выбравшийся из мертвой оболочки Халай сощурился, рассматривая переменившийся мир.

Он знал, что мертвые видят мир иначе, чем живые, но не думал, что разница окажется настолько разительной. Что было черным - стало белым, что было белым - стало черным. Солнце теперь не светит, а затемняет, все вокруг заволокло густым туманом, силуэты стали расплывчатыми.

Неудивительно, что призраки предпочитают бродить в темноте. При дневном свете они ориентируются так же плохо, как люди в ночной мгле.

Окинув свое прежнее тело рассеянным взглядом, Халай пробормотал:

— А изнутри оно больше казалось…

— Любое вместилище изнутри кажется больше, чем снаружи, — кивнул