Полное посмертное издание. Компиляция. Книги 1-28 - Вадим Владимирович Денисов

Отпора в три крупнокалиберных ствола экипаж «Счастливой доставки» выдержать не мог, шхуна начала торопливо уходить в открытое море…

Магдалена, застывшая посреди двора с библейской веткой в руках, срезанной шальным осколком, была расстроена и растеряна. Её сын усердно подметал территорию, складывая щепки в ведро, что только усиливало картину локального постапокалипсиса.

— Завтрака не будет, — безрадостно сообщила она. — Проклятые пираты! Знаете, дорогие мои… Отправляйтесь в «Лагуну», там заодно и пообедаете. А я сразу возьмусь за приготовление ужина.

— Отличная идея! — подхватил я.

— Узнаем последние новости! — согласилась Екатерина Матвеевна. — На чём поедем?

— Во, времена настали! Выбираем, на какой машине ехать, надо же! На «Ниве», уважаемая Екатерина Матвеевна, на «Ниве».

— Почему не на «Апаче»? Мне нравится его просторный диван.

— Нужно ещё кое-что допилить… — мутно ответил я.

— Господи, да вы там уже всё перепилили и выпилили! Ой, ладно… — вздохнула Екатерина. — Дино, ты с нами?

— Нет, старшие, я на берег, к своим! Узнаю параллельные новости! — откликнулся Дино, уже вытащивший из-под новенького навеса свой начищенный до блеска «харлей». Он уже начал открывать ворота, но вдруг опять обернулся в нашу сторону.

— Я тут посчитал… Дипмиссия отразила уже два нападения дорожных бандитов и одну атаку людоедов. Мы пережили обстрел безумцами из Бешеной деревни, застали конец поединка с апачами и поучаствовали в настоящем морском бою с пиратами! Круто!

— Горнаго, я чего-то не знаю? В смысле, в морском бою? — сразу напряглась Селезнёва.

— В здравом! В здравом смысле, Екатерина Матвеевна… Наблюдали, убегали и уворачивались от осколков! — умело отбился я, стараясь невидимой начальнице половиной лица изобразить звериную ярость, но adottato уже выскользнул за ворота.

— А… В этом смысле? Надеюсь, полный набор приключений уже имеется. М-да. Интересно, что из перечисленного можно будет включить в отчёт об успешно проделанной дипломатической работе?

Глава 12

Новый русский

Утро третьего дня после нападения пиратов на Додж-Сити в «платформенной» одноэтажной Америке начиналось с густого аромата кофе и приглушенного звона посуды. Я отодвинул тарелку с недоеденными блинами и прищурился от солнца, пробившегося сквозь витражные окна с геометрическим узором — треугольники и зигзаги ар-деко танцевали на отполированных локтями и ладонями посетителей дубовых столешницах.

Моя спутница, перебирая салфетку с вышитыми буквами «Laguna Club», тихо спросила:

— Ты слышал? Вчера этот британский корабль, забыла название…

— «Счастливая доставка».

— Да-да! Он обстрелял одну из прибрежных деревень.

— Опять? Трахома! Американцам придётся срочно повесить парочку из числа ответственных лиц из Coast Guard, отвечающих за охрану побережья. Потому как рыбаки Энрике и Роберто Гарсия из культовой песни уже не поспевают за событиями!

— Что-то слишком часто ты начал употреблять это дикое медицинское словечко, — прищурилась Екатерина Матвеевна.

— Чем не нравится-то? Трахома! Ярко!

— Всем. Из него хламидии сыплются. Где только взял.

— Я как-то уже говорил мельком… У Кастета, то есть Кости Лунёва подхватил. Для использования в эмоциональные моменты, вместо матерщины. Выработано на основе обширного сталкерского опыта реагирования в сложных тактических ситуациях, — развёрнуто пояснил я. Чтобы не докапывалась.

— Но ты же не сталкер высшей категории, — ехидно хмыкнула Селезнёва.

Вот ведь язва.

— С такими приключениями скоро по совместительству стану ещё и сталкером, — попытался парировать я. — Ну, может не высшей категории. Тем более, что на подходе новые…

— Ты о чём? — насторожилась моя начальница.

Прежде чем я успел ответить, за окном послышалось тарахтение старенького двигателя и скрип тормозов — в переулке, спускающемся к набережной, почти напротив нашего столика замер фургончик скорой помощи. В притихшей на время объявленного губернатором траура улице, выцветший от времени красный крест на борту «скорой» казался криком в пустоте.

Двое не по профессии щуплых санитаров, словно в замедленной съёмке, вывели мужчину в мятом домашнем халате. Он сильно хромал, а его правая рука, туго перетянутая бинтами, безвольно свисала, как сломанное крыло.

— О, господи…

— Долечиваться будет дома, — пробормотал я, наблюдая, как жена пострадавшего вышла на крыльцо. Её чёрное траурное платье колыхалось на ветру, сливаясь с тенями под крышей. Ребенок лет пяти, прижавшийся к ее ноге, смотрел на отца широко раскрытыми глазами — будто не узнавая. Воздух наполнился сдавленными рыданиями, слова были лишними.

— Городская больница переполнена, много тяжелых, — сообщила Екатерина Матвеевна.

— Почему она в трауре, если муж вернулся? — не понял я.

— Потому что кто-то в семье погиб. Второй ребёнок или ещё кто-то из родственников… Кошмар!

Вот и ещё один итог смертоносной работы канониров «Счастливой доставки», за полчаса интенсивного миномётного обстрела превративших многие дома Додж-Сити в руины. В этом объективно небольшом городке, где все друг друга знают, каждый горожанин оказался так или иначе причастен к семейным трагедиям.

Санитары под руки бережно увели мужчину в дом, затем минуту постояли на улице, торопливо выкурив по сигарете, и фургон с красным крестом, пыхнув пару раз сизым выхлопом, вырулил на набережную, отправившись в обратном направлении. Вообще-то по ней ездить нельзя, но это «скорая».

Спутница внезапно сжала мне ладонь:

— Ты думаешь, они это простят британцам?

Я не сразу ответил. Вместо слов за окном осталась тишина — густая, как невыплаканные слезы.

Разрушения, потери и последствия, в том числе репутационные, даже без учёта скромных масштабов Платформы оказались существенными. Катастрофический провал системы предупреждения и обороны, множество убитых и раненых, повреждённые и разрушенные жилища, медицина, и до этого происшествия работающая с полным напряжением, неизбежно срочные кадровые решения, взбаламученное общество, слухи и истерика в газетах… Требовалось принятие срочных, и в то же время продуманных и эффективных мер, что в таких условиях сделать очень непросто.

Другими словами, перед новой администрацией города и губернатором третий день только нарастает ком проблем. Как весьма образно говорил в аудитории мой преподаватель высшей математики, «необходимость одновременно решать гипотезу Римана, гипотезу Коллатца, гипотезу Ходжа, теорию Янга-Миллса, уравнение Навье-Стокса, гипотезу Берча и Свиннертона-Дайера и проблему Гольдбаха, стоя при этом головой вниз на резиновом мяче и накручивая петли на американских горках».

— Так что?

— Катя… Вообще-то у них была война за независимость, American War of Independence, которая унесла жизни примерно двадцати пяти тысяч человек, и с точки зрения соотношения погибших со всем населением это была вторая по кровопролитию война Америки после