"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

же попыталась вернуть себе контроль над жизнью и мыслями знакомым ей способом: работой и скрупулёзным упорядочиванием буквально всего в квартире. Элион хоть и притворялся, что не следит, но Вега заметила тревогу в его взгляде, когда она придирчиво двигала предметы, часто буквально на миллиметры. Возможно, то, что для Элиона было и так ровно, для неё выглядело катастрофой. Она не хотела казаться ещё более странной, хотя после квартиры в крови куда уж хуже. И всё же Вега не удержалась от того, чтобы разложить купленные конфеты по цветам в три разные вазы. Она осознала содеянное, лишь когда Элион подошёл и без слов уставился на очевидный признак её тревоги. К счастью, он ничего не комментировал, хотя ему и не надо было.

Так же Вегу успокаивала работа. Она настолько сосредоточилась на своём ноутбуке, что не заметила, как Элион приготовил им то ли обед, то ли ужин и прочитал половину книги с её полки. Когда он заявил, что ему нравится её вкус в литературе, показав обложку очень горячего романа, она едва не подпрыгнула до самого потолка, вновь тщетно пытаясь запретить ему трогать её стеллажи. Он смеялся, защищая добытую книгу, пока Вега всеми силами пыталась её отобрать.

Её дом вместо обычного освежителя воздуха ароматно пах поджаренным стейком со специями, а вместо тишины в нём раздавались пыхтение и хохот Элиона. Ещё недавно идеально разложенные подушки попадали с дивана, потому что Элион продолжал упрямиться и не отдавать роман, который Вега старалась у него выхватить. Её квартира впервые напоминала дом. Настоящий дом. Эта мысль оказалась такой внезапной, что она выпустила книгу, и Элион буквально рухнул обратно на диван и прижал её к груди, тяжело дыша.

– Я победил, пчёлка. – Его волосы были растрёпаны после их нелепой борьбы, щёки разрумянились, глаза восторженно блестели, когда губы растянулись в победной улыбке.

Она запоздало поняла, что сидит на его бёдрах в простой домашней одежде, а волосы рассыпались по плечам, не удержавшись в пучке. Вега замерла, не переставая любоваться Элионом. Он слишком хорошо смотрелся под ней, на её диване, в её квартире и жизни. Нет, он был идеален, а она рядом с ним становилась лучшей версией себя. Сердце в груди сжалось от мысли, что она не хочет, чтобы он уходил. Они договорились, что Элион останется у неё до завтрашнего утра. Она сама поставила это условие, а он согласился только потому, что в понедельник у него есть работа. И теперь именно Вега сожалела о собственноручно установленном ограничении.

Тёплая ладонь на колене привела в чувство. Вега вздрогнула, вновь сосредоточив внимание на Элионе. Если он и заметил её внезапный страх, то не подал виду. Он продолжал лежать под ней и улыбаться, словно не было другого места, где он бы хотел быть. Книгу нахал засунул под голову и немного сдвинулся по дивану.

В лицо ударил жар, тело отреагировало моментально, в животе заныло, Вега задохнулась, ощутив бёдра Элиона. Даже её разум торопливо согласился с желаниями тела, превратившись в желе. Десятилетия закалки против флирта и чужой харизмы, чтобы не идти на уступки при переговорах, годы строгих рациональных мыслей, полученного опыта и выработанного хладнокровия, казалось, покинули её от одной его греховной позы, вызывающей ухмылки и взгляда из-под опущенных ресниц.

– Так вернее, если хочешь повторить сцену, которую я прочитал, – нагло заявил он.

Хвала его языку: он умел как дарить наслаждение, так и возвращать с небес на землю глупыми шутками. Вега пришла в себя от писка духовки. Она неуклюже слезла с Элиона, намеренно ткнув ему коленом в живот. Воздух рывком вышел из его лёгких, Эль демонстративно согнулся от мнимой боли, которая не удержала его от смеха.

– Десерт готов, – бросила она и торопливо направилась на кухню.

По спине не переставали бегать мурашки от тихого смеха Элиона, который продолжал успокаивающе звучать в голове. Сегодняшнее утро стало одним из худших в её жизни, но неуместное чувство юмора и наигранное легкомыслие Элиона создали ощущение, будто кошмар случился несколько дней назад.

В благодарность за помощь она сама приготовила печёные яблоки с мёдом и сушёным гранатом – в юношестве она всегда готовила их Элиону, когда он приходил к ней домой, а случалось это часто.

За едой они повспоминали прошлое, поговорили о школьных годах и даже о том, как Элион дважды применил к ней своё влияние, чтобы заставить от голода есть еду руками.

– Только попробуй повторить это сейчас, и я засуну твою голову в раковину! – пригрозила Вега, едва сдерживая смех, пока Элион хохотал. Спустя годы все воспоминания казались счастливыми.

Стоило стемнеть, и Вегу начало сильно клонить в сон от пережитого и усталости. Элион ни в чём за весь день её не упрекнул, ни за что не отругал, но стоило ей выдвинуть ящик с инъекциями, как он категорично его захлопнул, не дав ей взять шприц.

– Нет.

– Оно поможет…

– Это не лекарство, Вега. – Он не убирал руки с захлопнутого ящика, давая понять, что уступать не намерен.

Волну возмущения и желания напомнить, что он ей не брат и не начальник, чтобы запрещать, она подавила, зная, что это несправедливо. Он был добр и заботлив, но подавить страх было сложно.

– Я боюсь навредить кому-нибудь, но причинить боль тебе… я не то что не смогу себе этого простить, я не сумею это пережить. – От её ранимого признания взгляд Элиона смягчился. Она поняла, насколько панически сбилось её дыхание, а тело сковало напряжение, лишь когда Элион с силой прижал её к себе, заставив отцепиться от ящика с инъекциями.

– Я ношу перстень Танатоса, пчёлка. Навредить мне сейчас очень сложно. – Его легкомысленное отношение к себе не успокаивало, она попыталась упереться ему ладонями в грудь, но Элион не дал себя оттолкнуть. – Ты должна научиться спать. Сама. Нормальное количество часов и без препаратов. Позволь мне, просто дай тебе помочь, пчёлка.

Вега тяжело задышала в его объятиях, зажмурилась, прогоняя с языка все резкие слова и недоверие. Она прикусила щёку изнутри, сдерживая все те оправдания, отрицания и аргументы, которыми бросалась в Маттео после