"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

— Ну, и что нам тут делать? — наконец спросил он.

Вальфрид моргнул. Потом посмотрел на него удивленно.

— О чем ты? Если о возвращении домой, то это невозможно. По крайней мере, я не нашел такого пути — а я, поверь, видел тут очень многое. Даже такое, что видеть мне совсем не хотелось. Если о том, куда тебе идти — то какое мне дело?

— Это не то, — сказал Сергей. — Льяти говорил, что ты всё нам объяснишь. Что?

— Что тут есть части городов из разных миров, из которых сюда попадают ребята? Тут нечего объяснять, это очевидно.

— А это от чего тогда? — Андрей, опомнившись, вытащил из кармана связку оставленных Льяти ключей.

— Ах, это… — немец поморщился. Было видно, что отвечать ему совершенно не хочется — но и отмолчаться он уже не мог. В конце концов, он тут был один, а их — трое. — Ну, ладно… Тут, выше, уже на перевале, есть ещё кусок города. Я не знаю, как он там называется, да это и неважно… В нем есть комната, в которую нельзя войти. И шаман…

— Какой шаман? — перебил, не утерпев, Антон.

— Шаман Куниц. Я с ним встречался, и с удовольствием свернул бы ему шею — если бы он на самом деле умер. На редкость неприятный тип… Так вот, шаман сказал, что там хранится Ключ.

— Ключ к ЧЕМУ?

— К Надиру.

— И что это за Надир?

— Бог этого мира, — немец откровенно наслаждался сценой.

— Ключ, Бог… ты что, издеваешься? — не выдержал Сергей.

— Нет, — лицо Вальфрида вдруг стало очень хмурым. — Комната такая и в самом деле есть. И в неё действительно нельзя войти, там воздух такой твердый, как стена. Льяти пробовал. Что там хранится — он не знает. Просто пьедестал такой, а в нем чаша. С водой. Только вот что там на дне — от дверей не видно.

— Ну, ладно… — Сергей помолчал. — Допустим, там ключ. Только… вставлять его куда? Что это за Надир?

Немец вновь откинулся на спинку стула, и с минуту, примерно, молча смотрел на них, насмешливо приподнимая брови. Наконец — когда молчание стало уже ощутимо нехорошим — всё же ответил.

— Я не знаю. Верасена, вождь ариев, — это немец произнес с очевидной иронией, — говорил, что далеко-далеко на востоке, на другом краю мира, на берегу Тихого Моря, за пустыней, стоит город. Город Снов, так он, вроде, называется. В нем есть Башня Молчания, — а где-то в ней скрыт Надир, который может всё — или, по крайней мере, исполняет желания. Только пока вот не исполнил ни одного, потому что Ключ от него скрыт с самого рождения мира. А шаман, сгори его черная душа, говорил, что только один человек во всей Ойкумене может использовать Ключ — только вот когда он войдет с ним к Надиру, тут и свету наступит конец. А потому искать тот Ключ не надо, а надо вовсе про него забыть…

— Смерть Кощеева в игле, игла в яйце, яйцо в жо… в куре, кура в курятнике, а его сторож Михеич с берданкой стережет, — не удержался Андрей. — Бред какой-то…

— Я там не бывал, врать не буду, — Вальфрид пожал плечами. — Говорят, что город такой есть, и что там не жизнь, а сплошной праздник — только вот кто туда попал, назад не возвращается, потому что сны видит наяву, и вообще, становится ку-ку…

— А Хозяева тогда что? — спросил Антон.

— А Хозяев я тоже не видел. Вот роботов их мы покрошили знатно, было дело, — в зеленоватых глазах Вальфрида зажегся огонек мрачного удовлетворения. — Вот только толку… Пули-то их не берут, а фаустпатронов у нас почти не было…

— Осталось что-нибудь? — деловито спросил Сергей.

— Осталось, — Вальфрид жестом фокусника выхватил откуда-то из-за пояса «вальтер» — и убрал его раньше, чем ребята успели толком его рассмотреть. — На самом деле мы ни одного ствола не потеряли, — добавил он с гордостью. — Только вот патронов не осталось совсем.

— А это? — Сергей кивнул в сторону коридора.

— Это местное всё. Там патронов тоже нет. Так, железо… Интересное, конечно, но только железо.

— Послушай, а что ты тут делаешь? — спросил Антон.

Вальфрид усмехнулся — коротко и непонятно.

— Сижу, смотрю, как вы тут жили… То есть, не вы, но всё равно… Вдруг найдется что-нибудь для… а, неважно.

— А другие ваши где?

— А там, — Вальфрид махнул рукой куда-то в стену. — На севере, в долине Тегернзее. Воюют с Хорунами в своё удовольствие. Им хорошо, они всё забыли…

— А ты не забыл?

Вальфрид мрачно посмотрел на него.

— А вы? У этих тут, — он повел рукой вокруг, — тоже была страшная война, Вторая Континентальная. Всего-то сорок лет назад. Ещё живых свидетелей полно. А пишут как… как о водевиле каком-то. Комедии снимают, в каких-то заклепках ковыряются, словно от них там всё зависело…

— Ну, у нас-то всё помнят, — буркнул Сергей. Тема, правда, была очень скользкая, так что развивать её он не стал. — Делать-то что будем?

— Туман ушел, — Вальфрид встал и потянулся. — Пойдем снаряжение вам подбирать. А то в горах, знаете, холодно…

* * *

Впереди, в непроглядном уже сумраке, пробился, наконец, свет, — но это Антона не обрадовало. Почти под ногами был неровный, обломанный край тропы, — а за ним лишь тусклая мгла падающего снега, скрывающая бездонную, казалось, пропасть. Слева же, тоже совсем близко, поднималась почти отвесная, темная скала в неровных полосах того же снега. Они медленно ползли вдоль неё, и, оступаясь, мальчишка каждый раз холодел — ему казалось, что он сорвался с этого чертова карниза, и уже начинает падать…

Он и представить не мог, что тут, в этом тропическом мире, найдется вот такое… однако же, нашлось. Все эти три дня они только и делали, что карабкались вверх, — и сегодня добрались до вечных снегов. Идти по этой тропе на ночь глядя было чистым безумием — только вот ночевать тут было просто негде. Да даже если бы такое место и нашлось, до утра они точно не дожили бы: мороз тут стоял дикий, а развести костер было не из чего, вокруг только снег и камни…

Только вот и вернуться они тоже уже не могли: если верить Вальфриду, до цели оставалось всего ничего, а проделывать весь путь вниз ночью было даже не безумием, а прямым самоубийством. Оставалось только верить, что и