Золотко партии - Квинтус Номен

страну мелкие предметы обихода, и часто укорял меня за то, что мне бабуля присылает «не самые нужные вещи»: знал ведь, что «бабуля присылает» то, что я лично у Васи заказываю. Но доказательств у него не было, поэтому все ограничивалось мелкими перебранками, на которые я вообще не реагировала, что его прилично так злило. Однако человеком он был вежливым, злость не мне не срывал…

За обедом, случившемся после заседания ЦК по экономическим вопросам, Леонид Ильич поинтересовался в Александра Николаевича:

— Ты чего такой смурной сидишь?

— Да опять наша Гадина… Купила, понимаешь, американских рабочих штанов на пять с лишним миллионов долларов, а те станки, которые мы просили…

— Станки она тоже закупает, — ответил ему Владимир Ефимович, — даже уже купила, но ведь сразу их к нам отвезти у нее не получается, потому что если американцы узнают, что они к нам ушли, этот ее дядька Базилио уже нужные станки нам купить не сможет. А так все на Западе знают: Гадина наша на все свои деньги приобретает для СССР шмотье разное, так что суда с грузом, которые оттуда к нам идут, часто даже не проверяют. Ну кому интересно портки-то пересчитывать?

— Но ведь опять все магазины будут забиты этими портками, а это, между прочим, омертвление капитала.

— Слова-то какие выучил! Никакое не омертвление, — хмыкнул Леонид Ильич, — пока три миллиона пар портков по магазинам развезут — уже и весна настанет, а весной их народ быстро разберет: цена-то копеечная. Опять же, политический момент учитывать надо, и Гадина его учитывает, а ты вот, гляжу, нет.

— И какой ты политический момент в линялых портках увидел? — огрызнулся Александр Николаевич.

— Да простой: американские портки в магазинах продаются по три-пятьдесят, китайские из такой же парусины — уже по четыре с полтиной, а наши — по пять из чертовой кожи и по семь изо льна с лавсаном. Наш советский человек на ценник посмотрит — и поймет, что американские штаны — дрянь, китайские — так себе, но недорогие, а отечественные вообще лучше любых других.

— Я и говорю: будут они в магазинах даром валяться…

— Не будут: весной народ к дачам и огородам готовится, а там и американские штаны сгодятся, при такой-то цене. А что золотко наше эти штаны закупает… она же закупку ведет на выручку от того, что отсюда туда поставляет. Не сама она, но заводы-то туда отправляют продукцию, которую она заказала — и выходит, что портки эти нам вообще по сорок копеек пара достаются, а по такой цене даже китайцы портки не сошьют.

— Не понял, она же их почти по два доллара закупает…

— Ну да. И закупила на выручку от нового контракта, который с ней — обрати внимание, не с Внешторгом нашим, а лично с ней — ее дядька заключил. А теперь, как говорит Гадина, следите за руками: в Горьком этот придуманный девчонкой сканер штрих-кода обходится в производстве по двадцать девять рублей, а за океан они уходят ее дядьке уже по двести сорок долларов за штуку. Причем этот сканер подключается только к ее вычислительной машинке, которые дону Базилио отправляются по цене в тысячу двести долларов при себестоимости в семьсот восемьдесят рублей.

— А британцам машинки вроде по пятьсот продаются.– Ну да, но британцам поставляется, как ее золотко называет, машинка голая, а в «Блокбастер» их оправляют с каким-то диском, на котором вся информация записывается. По отзывам от первых поставок клерк в офисе того же «Блокбастера» на выдачу кассеты тратит теперь времени вчетверо меньше, чем раньше — а это такая экономия на зарплате… Ожидается, что в следующем году мы только в США сможем до миллиона таких машинок продать, ну, если успеем их наделать. А Гадина говорит, что успеем: в Тюмени сейчас новый завод готовится их приводить. И, обрати внимание, все оборудование для завода этого она закупила, и завезла в Союз… под видом порток.

— Ну да, но выпускают-то всю эту продукцию наши заводы, она-то тут причем?

— Начнем с того, что она эту продукцию придумала. Не сконструировала, конечно, конструированием наши инженеры занимались, она придумала что конструировать нужно. И программы, которые теперь для всего этого используются, тоже она придумала — то есть ТЗ на них расписала. Да, расписала, чтобы на своих фильмах денег больше зарабатывать — но мы-то зарабатываем в разы, на порядки больше на ее придумках.

— Ну да, конечно. Вот у нее год целый, считай, институт программистов разрабатывал программы, чтобы ее кино как-то половчее разукрасить. И она — да, с этих программ деньги получит… может быть. А стране-то какая польза? Я уже в глобальном масштабе имею в виду — а ведь на программы эти идиотские она несколько миллионов потратила!

— Не такие уж идиотские, если она ими даже тебя обманула, — рассмеялся Владимир Ефимович. — Да, программы эти она лично использует для разукрашивания своих фильмов, но ведь это программы, которые позволяют рассчитывать… моделировать и рассчитывать тонкостенные оболочки. То есть те, что для кино — они оболочки проектируют, а те, которые она как бы для изготовления скрипок заставила написать — позволяют рассчитать, как эти оболочки будут работать в готовом изделии. Нет, не в скрипке и не в рояле, а в баке баллистической ракеты или в пилотируемом корабле космическом. Или в самолете, даже в автомобиле и автобусе, в танкере или в бензовозе — а это, между прочим, уже десятки, сотни миллионов экономии при разработке очень нужных стране систем. Почем у нас Ур-500? А с ней из-за ошибки в расчетах… из-за того, что было непонятно что считать и как, шесть машин за бугор ушли. А с этой программой для разукрашивания кино за два часа обнаружили изначальный просчет и даже другое, более дешевое решение проблемы просчитали, и теперь пятисотка на полтонны больше на орбиту поднять сможет.

— Ну, если так смотреть…

— А за границей смотрят строго иначе: Гадина, мол, миллионы тратит на украшение кино. И думают, что пусть и дальше тратит, и даже ей в таких тратах помочь готовы. Нам это выгодно, ей — тоже выгодно,