Фантастика 2026-2 - Олег Велесов

— Вот не скажите! Гремлины хоть и мелкие, но крайне коварные твари. А тут их целых двенадцать штук!

Мне его болтовня немного надоела, и я сунул друг чашку с конфетами. Женя тут же набросился на них ястребом.

— Не хотите ли вы сказать, что вам просто повезло?.. — скосил на меня глаза Бездомный.

— Возможно, но позвольте я оставлю свои секреты при себе, — отмахнулся я. — Так что, господа, мы сойдемся на этих ребятах?

И я кивнул в коридор, где лежали мешки с телами гремлинов. Геллер хотел что-то ответить, но Бездомный хлопнул руками по столу:

— Семьдесят за голову.

У Жени буквально отпала челюсть.

— С-с-с-сколько?..

— Сколько⁈ — удивилась Метта, которая глазами Шпильки смотрела на начальника волком. — Илья, не слушайте его! Гремлины стоят как минимум сто пятьдесят за голову! И то самые тщедушные, а эти жир жиром!

— Сколько? — поднял я бровь. — За целых гремлинов полагается платить полторы сотни!

— Рыночная цена! — сказала Метта.

— Рыночная цена, — кивнул я.

— Это так, — улыбнулся начальник поезда. — Но рыночная цена определяется только для частных фирм. Я же как государственный служащий, вынужден придерживаться твердых расценок.

— Вот жук! — фыркнула Метта. — Не слушайте его, Илья. Он может и государственный служащий, но вот трупики, наверняка, потащит на продажу частникам. Как же, как же! Еще и шкурки на манишки пойдут! Крутит он, нутром чую, чтобы сбить цену!

Я пересказал ее соображения в более мягкой форме, мол, раз это мои трофеи, то и продать я их смогу без помощи государственного представителя.

Начальник нахмурился, но затем снисходительно улыбнулся:

— Однако, в этой глуши найти продавца — та еще задачка…

— А я знаю одного, — вклинился Женя. — Во втором классе едет парень, отец которого промышляет скупкой тел монстров, и дорого берет! Я слышал их разговор, когда стучался к ним, но мне дали от ворот поворот.

Я заинтересованно поскреб подбородок и улыбнулся:

— Серьезно?..

— Ага. Илья Тимофеевич, могу показать! Наверное, выручите все двести!

— О, как удачно! — хлопнул я по колену и собрался вставать.

Начальник испугался:

— Хорошо, сто двадцать. Вам с вашим слугой за глаза хватит!

— Сто сорок и ни рублем меньше! — сказала Метта.

— Сто пятьдесят и ни рублем меньше, — повысил я ставки.

Даже если мне и удастся сговориться с отцом какого-то там парня на целых двести рублей за голову, эти деньги я получу весьма нескоро, а энергия мне нужна сейчас.

Откашлявшись, я пошел в наступление:

— К тому же, никто не пострадал. А я потратил СВОИ личные запасы энергии, чтобы спасти ВАШ поезд. Мне по прибытию на станцию еще к Колодцу съездить придется, чтобы подзарядить геометрики. А за экспресс-зарядку они потребуют двойную оплату.

И это была правда. Цены в придорожных Колодцах кусачие.

— И это еще не говоря о том, — разошелся я ни на шутку, — что А) я сделал за вас половину работы с минимальными издержками…

Я поднял палец, когда начальник хотел что-то возразить. После плотного завтрака красноречие из меня так и хлестало.

— … пострадал только один коврик в моем купе, и не дай бог, если проводники потребуют возмещения ущерба. И Б) мы в тот момент были в Резервации, так что я могу с полной уверенностью требовать двойную оплату за предотвращение катастрофы. Разве все это не стоят надбавки от государства?

Повисла тишина, и сквозь нее раздался голос Жени:

— Прошу прощения, а можно мне еще конфет? Уж очень они замечательны…

Начальник тяжело вздохнул. И сдался:

— Хорошо, сто пятьдесят, так сто пятьдесят, — сказал он и заерзал по ящикам стола. — Предпочитаете расписку?

Вот жук!

— Наличку! — сказали мы с Меттой. Шпилька протяжно мяукнула.

Лицо Бездомного потемнело, но он все же достал кошелек и принялся отсчитывать наличные. Банкноты одна за одной ложилась на стол, а Женя бледнел все больше. Он даже про конфеты забыл. Первый раз деньги видит, что ли?

Пересчитав деньги, я обнаружил, что для полной суммы не хватает ста рублей.

— Государственный налог, — пожал плечами начальник поезда.

Я хотел было опрокинуть на него еще один бочонок красноречия, но тут вмешался Геллер:

— С первого января сего года государственный налог не взимается, если поимка тварей произошла на территории Резервации. Так что…

Начальник покраснел еще больше. Теперь он напоминал настоящий помидор. И буквально заскрипев поршнями от жадности, он выложил передо мной еще одну купюру.

— Благодарю. Госрасценки — та еще язва, — проговорил я, убирая пухлую пачку в карман.

— А от вас ничего не скроешь, молодой человек… — проговорил начальник себе под нос. Все благорасположение ко мне мигом рассосалось.

— Ага, и именно поэтому даже госмаги предпочитают охранять частников. А между тем, государственные поезда сходят с рельс вдвое чаще обычного, — фыркнула Метта.

— А ты откуда знаешь? — насторожился я. Иногда мне казалось, что у меня в голове просто ходячая энциклопедия.

— Слышала… Кстати, посох у Геллера — высший класс. Кроме призмы в рукояти прячется еще один артефакт, и именно он является основным источником энергии, а сама призма — лишь ретранслятор-усилитель.

— То есть принцип здесь примерно такой же, как и мой «фокус», который я проделывал? — спросил я, присматриваясь к посоху.

Два артефакта, которые взаимно усиливают друг друга в связке? Хмм… Интересная идея.

— Угу. Он стреляет энергетическим пучком в призму, и она рассеивает его по площади. Если сделать все правильно и поднять посох повыше, можно разнести все в радиусе… Да в дохрена каком радиусе!

Я потер подбородок. А подобный посох лишним не будет. Если удастся собрать такой, или, на крайняк, купить, будет вообще прекрасно.

— Ладно, раз вы закончили, давай отнесем Механика машинисту и на боковую, — сказала Метта и зевнула.

Точно, я совсем забыл про моего мохнатого друга. По пути к начальнику мне пришлось взять его с собой — поезд еще перетряхивали сверху до низу, и Механика легко могли обнаружить. Сейчас гремлин смирно лежал у меня в саквояже — за метр от ноги Геллера.

— Ты правда знаком с сыном торговца телами монстров? — шепнул я Жене, когда мы вышли.

Тот отрицательно покачал головой и