Фантастика 2026-103 - Виктор Олегович Баженов

Лиелита приземлилась перед Артемом, подняв когтистыми лапами тучу песка. Ее лицо оказалось прямо напротив его лица. Алые губы, как будто вымазанные кровью, приоткрылись, словно гарпия готовилась к поцелую. Черные глаза походили на два глубоких болота в жесткой осоке ресниц.

И тут же голоса богов зазвучали в нем, наполняя, распирая – разрывая.

Артем закричал и упал на колени. Песок был горячим, как раскаленная сковорода. Он попытался оторвать ладони и не смог. Кожа на руках как будто закипала, песок под ним плавился, и Артем закричал от боли. Ему показалось, что кожа слезает с него, стекает, как воск с плавящейся свечки. Еще чуть-чуть – и он останется здесь навеки, смешавшийся с горячим песком.

У него за спиной что-то возбужденно говорил Ган, и Дайна отвечала – он не слышал что. Боги не умолкали.

«Верни то, что тебе не принадлежит», – тявкал Ремистер, и рыжие отблески пламени легли ему на лицо.

«Не борись, дитя. Позволь этому случиться», – нежно пела Тофф, и его тело как будто омыло прохладной морской волной.

«То, что вышло из круга, вернется в круг», – говорили оба рта Верфетуйи, и в их словах был шорох комьев земли и шепот прорастающей травы. Он вдруг вспомнил, как убил ламию – выстрелом в грудь, – и его вырвало на песок.

Он услышал голос, знакомый, страшный, темный голос.

«Как мог ты, человек, сдаться так легко? Ты, именно ты мог сделать все, чтобы спасти оба мира. И свой… и мой…»

Покалеченную руку дернуло такой болью, что потемнело в глазах.

Лиелита не говорила ничего. Только била крыльями, поднимая ветер. Ветер успокаивал жар, который накатывал на него снова и снова. Глаза гарпии чернели, водовороты в них вращались быстрее, быстрее, быстрее, и в них пели звезды, молчал лес, распускались и навеки гасли белые цветы.

В последний миг перед тем, как свет в глазах Артема померк, он услышал тихий шепот Провидицы, Мии-Литта. Совсем близко, как будто она склонилась над ним, как мать. И далеко – потому что она по-прежнему стояла под утесом, и золотая цепь покорно лежала у ее ног.

«Не бойся. Я сохраню его для иных земель. И когда придет время…»

Вспышка света из глубины черных водоворотов ослепила его, и Арте потерял сознание.

Часть IV. Две битвы

Глава 28. Кая

– Ты куда? – Незнакомый стражник преградил путь.

От его губ в воздух поднимался пар, кожа на лице и руках покраснела и потрескалась. Одет он был неважно. Ресурсов станции, которые еще недавно казались неисчерпаемыми, перестало хватать на всех с тех пор, как к группе Ворона присоединились люди Стерх и Севера, а потом и отряды из Зеленого и Аганского княжества. Это понимали все – и сейчас это было Кае на руку.

– Мне надо поговорить со Стерх. У меня важное…

– Заняты они. Сказали никого не пускать. Обсуждают…

– А я сказала, что у меня важное дело. – Кая вдруг с ужасом почувствовала, что привычное самообладание ей изменяет.

Кажется, еще миг – и она завизжит, как истеричная девчонка, как будто именно этот человек с красной мордой, не желающий пропускать ее, когда нельзя терять ни минуты, стал последней каплей…

– Эй, чего у вас тут? Это же Кая. Она со Стерх и с этим, в маске, знакома. Верно?

– Оникс, – выдохнула Кая со смесью облегчения и стыда, и тот подмигнул ей, видимо, не заметив ее терзаний:

– Да, это я, красавица. Брось, пропусти ее. Она с учеными работает… Может, правда что срочное.

Первый страж фыркнул, но посторонился – возможно, не хотел спорить, возможно, в местной иерархии Оникс стоял выше. Так или иначе, чудо произошло.

– Спасибо.

– Не за что! – Оникс снова подмигнул, широко улыбнулся. – Когда все закончится, сходим куда-нибудь? В чайную… если хоть одна чайная уцелеет.

– Непременно, – пробормотала Кая. Об этом обещании она подумает позже.

У Ворона было битком народу, и внутри было тепло; оконные стекла, местами заклеенные длинными полосами ткани, запотели.

Ворон сидел не на своем месте – занял стул левее. Напротив устроились Стерх и Пом, рядом с ними – Ярмо, за ним – Ник, тот самый воин из Агано, который, по словам Гана, всегда ему завидовал. Ближе всех к двери сидел на краю стула, не зная, куда девать руки, Михаил – вот кого Кая не ожидала увидеть. В кресле Ворона – дурной знак – развалился Север. Фигуры на шахматной доске были в беспорядке, и рядом с Севером Кая увидела несколько белых фигур – видимо, поверженных. Его партнером по игре был Ворон. Черных фигур у его локтя было меньше.

Еще несколько человек сидели дальше от стола – видимо, будущие военачальники или лидеры групп, о которых Кая не знала.

Север заметил ее первым.

– Смотрите-ка, – голос под маской звучал глухо, – рыжик! Всегда в гуще событий. Умница.

– Кая. – Стерх приподняла брови, совсем немножко, но любого из ее летунов, включая Пома, это наверняка напугало бы до смерти. – Что ты тут делаешь? Я тебя не вызывала.

– Ловко ты присвоила девчушку, – заметил Север. – Разве она не ваша? – Он кивнул Михаилу. – Или теперь правильнее считать ее верноподданной князя Аганского? Или даже княгиней, м-м?

– Князь будет разбираться со своими увлечениями сам, когда вернется, – буркнул Ник, не глядя на Каю. – Это его дело. Не ваше – как и вообще все, что касается Агано.

– Ну и ну! – Север рассмеялся. – Какой ты суровый, ничего себе. Не стоит принимать все так близко к сердцу. У нас впереди столько общих испытаний. Мы все должны быть добрыми друзьями.

– Отличная идея, – прогудел Пом. – Тогда почему бы нам не…

– …И все же вопросы престолонаследия – штука интересная! – бодро продолжил Север. – Интересно, кого Ган предпочел бы видеть представителем своих интересов на этом маленьком дружеском собрании?..

– Тошу, – сказала Кая. – Но Тоша сейчас не в лучшей форме. Я пришла, чтобы сообщить кое-что важное… более важное, чем Агано или Зеленое… Может, даже более важное, чем Красный город.

Глаза в прорезях маски хищно блеснули; Ворон наклонился к столу, явно заинтригованный, а Стерх смотрела настороженно и внимательно, как будто готовясь в любой момент заткнуть Кае рот.

– Это касается ученых, Анле и другой стороны.

– У нас нет на это времени, – слишком поспешно выпалила Стерх. – Нам нужно заниматься делом.

Кая вдруг поняла, чего та боится. Как подать ей знак? Как объяснить Стерх, что она пришла вовсе не для того, чтобы раскрывать ее секреты?

– Почему же? – Север вдруг резко, как пикирующая на жертву птица,