Фантастика 2026-106 - Игорь Евгеньевич Кулаков

Дармин махнул рукой скорее от неожиданности, чем с реальным желанием нанести вред, но мальцу и этого хватило, чтобы отлететь на приличное расстояние. Благо врезался в мягкую стенку палатки, а не вылетел в проход.

— Брысь, сопляк, — Дармин ругнулся без особой злости, даже с затаившимся уважением — всё-таки аллар был ещё очень мал, но уже пытался всеми силами защитить того, кто был дорог. Пусть в этом возрасте мальчишке сложно было оценивать реальную опасность противника, трусом его назвать было нельзя. — Ничего я ему не сделаю, раз уж сразу не добил.

Мужчина не был уверен, что парнишка понял его в полной мере, но алларийским Дармин не владел ни одним из диалектов, поэтому по-другому сказать не мог. По крайней мере, маленький аллар потёр ушибленный бок, подкрался обратно к спальнику, но больше нападать не стал. Только зло зыркал своими глазищами.

Дармин с некоторой досадой потёр место укуса: силы в челюстях у мальца было мало, так что даже кожу не прокусил, было скорее противно.

Но стоило забыть пока про пацана и заняться старшим пленником. Дармин перевернул его на спину, разрезал робу, открывая взору нагое тело. Покачал головой, кривя губы: живого места на пленнике не было, избивали его регулярно, судя по разной степени свежести ранений. Вот тутпрошлись ножом, тут чем-то рвали. Ногтей на руках и ногах не было, кое-где кожа отсутствовала пластами, виднелись ожоги — явные признаки не просто избиений, а натуральных целенаправленных пыток.

— Чем же ты им так насолил… — невольно задался вопросом Дармин, пытаясь определиться, с какой стороны подступиться к почти что трупу. Но нет, аллар упрямо с хрипами дышал, иногда на его губах образовывались кровавые пузыри.

Начать решил с банального омовения тела. Пусть Дармин не страдал избыточной брезгливостью, но вонь давно немытой кожи, испражнений, в которых лежал малоподвижный пленник, угрожала скоро начать разъедать мужчине глаза. Взял ткань помягче, сжалившись, подогрел воду. И принялся осторожно обтирать голову, лицо. Обернулся, кинул маленькую тряпку мальчишке.

— На, ноги ему пока помой. Только аккуратно, сильно не три, — дал команду.

Малец подчинился без колебаний, стрелой метнулся к ведру, намочил тряпицу и принялся бережно с особым трепетом мыть узкие ступни пленника.

Дармин глянул на спутанные в колтун волосывзрослого аллара, прошёлся пальцами по голове, нащупывая несколько ран. Плюнул на попытки расчесать и срезал почти под корень всю шевелюру. На тихие всхлипы мальчишки даже оборачиваться не стал.

Отмытое от крови и грязи лицо оказалось достаточно молодым, но крайне измождённым. В бою Дармин убивал алларов без раздумий, сейчас же старался причинять как можно меньше боли, но даже так пленник вздрагивал и сжимал губы всё сильнее, на тонком лице отчётливо выделялись желваки, однако не издавал ни звука.

— Ладно, приступим, — проговорил Дармин сам себе.

Раны у аллара были разнообразные, так что, выбирая один тип, мужчина обрабатывал их по всему телу, после чего переходил к другого рода повреждениям. Даже не заметил, как потратил весь вечер на возню с пленником, в итоге тот оказался в бинтах с ног до головы.

Смахнув со лба капли пота и со стоном выпрямив натруженную спину, Дармин вспомнил по мальчишку. Тот всё также тихо сидел рядом со спальником, подобрав ноги и положив острый подбородок на колени.

— Тебе что-то надо обработать? — мужчина качнул баночкой с раствором.

Но маленький аллар покачал головой, вновь уставившись немигающим взглядом больших глаз на пленника. Окинув взглядом его тюремный наряд, от которого пахло чуть лучше, чем от отцовского, вытазил одну из своих рубах, бросил рядом с ведром воды.

— Вымойся и переоденься, — сам же забрал робы и вышел из палатки, отошёл подальше и кинул ткань в огонь контурного костра. Поторопился уйти, чтобы не добавляться ко всем «ароматам» ещё и вонючий дым.

Пока он ходил, мальчишка успел помыться и закутаться в рубаху, как в халат. Мужчина прошёлся взглядом по пленнику, отмечая наличие дыхания.

— Отец? — решил спросить Дармин, указывая на аллара.

Малец кивнул, послышался его тяжёлый вздох.

— Гарантировать не могу, но, может, и выживет, — выдавил из себя мужчина.

Однако мальчишка никак не отреагировал на его слова. В тишине палатки вдруг отчётливо раздались рулады детского живота. Дармин вновь вышел из палатки и скоро вернулся с порцией ужина. Для пленника взял бульон, для мальца порцию мяса с овощами.

— На, пои его осторожно, — передал мальчишке плошку с бульоном и глубокой ложкой, а сам вышел на улицу.

Мужчина и так переступил через себя, леча того аллара, но есть с ними в одной палатке уже было выше его сил. Так и стоял, уплетая ужин, не отходя от палатки.

На этот раз Раст пришёл к нему сам, не вызывая к себе. Молча окинул взглядом, словно ждал доклада. Но Дармин ответил ему тем же — стоял и занимал рот тем, что поглощал пищу, не собираясь начинать разговор первым.

— Пленник выжил? — соизволил задать вопрос глава войска.

— Где вы его взяли? — задал встречный вопрос мужчина, явно давая понять, что первым отвечать не будет.

— В темнице одного из абсолютов. Она разрушилась взрывом, стало видно пленных. Большая часть сбежала, этот сбежать не смог, — бесстрастно выговорил Раст, принимая правила игры.

— Пока живой, — пожал плечами мужчина. — Переживёт ночь — шансов станет больше.

Глава кивнул, развернулся и направился к себе. Дармин глубоко вдохнул ночной прохладный воздух, оглянулся на некогда только его палатку. Можно было сходить до своего убежища, взять вторую. Можно было вообще остаться ночевать в бункере. А можно было из соседней палатки-склада взять спальник. В итоге в схватке отвращения с ленью победила лень: захватив два спальника, мужчина вернулся в свою палатку. Один спальник расстелил для себя на максимальном отдалении от пленника, второй отдал его сыну и приказал укрыться вместе с отцом. Тот, потерявший много крови, откровенно мёрз.

Завалившись на новое спальное место, Дармин уснул почти сразу. Сколько удалось проспать, сказать было сложно, но проснулся он рывком от крика. Рефлекторно зажёг светляк и схватился за нож, но оружие не потребовалось: аллар кричал что-то на родном языке во сне или в бреду, слегка приподнимаясь на локтях, а перепуганный мальчишка пытался уложить его обратно и