"Фантастика 2026-190". Компиляция. Книги 1-12 - Роман Лукич Антропов

Элион потёр ладони, умолчав о том, что сам же признался ей в своих слабостях и проговорился о перстне. Он облизал пересохшие губы и прочистил горло, пытаясь вспомнить.

– Ярость. Я почувствовал ярость, страх и чужую смерть. Она убила охранника выстрелом, – как можно отстранённее припомнил Элион, зная, что им нужно описание эмоций, а не они сами. – Дальше я потерял контроль. Только… первый порыв был ради защиты Кая и Кассии, после я получил контракт и желал её убить. Был близок к тому, чтобы свернуть ей шею. Я слышал, но… не узнавал голос ни Иво, ни Кассии.

– Ты опять втянул лишнюю силу, – понял Гипнос. – Кассия рассказала, что видела у тебя кровь из носа. Сколько раз ты использовал чужую смерть?

Элион нехотя кивнул:

– Трижды.

Он смотрел на свои ладони, не смея поднять глаза от ощущения потрясения и неодобрения в повисшем молчании. Скрывать что-либо не имело смысла. Не теперь, когда он не внял ни одному из сигналов. Сама Вега просила оставить её, не пытаться помочь, позаботиться о тех, о ком он был должен. И Элион не внял ни одному из предостережений. Если бы не Кай, то сейчас они бы не говорили, а хоронили Кассию, потому что у неё ихора в крови нет. По телу прошла нервная дрожь, которую скрыть не удалось.

– Это не всё. – Заявление никого не удивило, и гнетущее молчание сохранилось. – Кровь из носа лишь незначительный симптом. Я отключаюсь.

– То есть «отключаешься»? – В голосе Иво прозвучала резкость и заметная тревога.

– Ненадолго, – попытался успокоить Элион, одарив его виноватой улыбкой. – Я что-то делаю, и мгновения… то есть минуты, могут исчезнуть. Я их не помню. Не осознаю себя, хотя тело продолжает двигаться.

Дардан и Гипнос обменялись взглядами, заметно помрачнев.

– А ещё, – внезапно добавил Элион, вспомнив одну деталь, и внимание вновь приковалось к нему. – Я ощущал боль. В драке с Вегой я почувствовал настоящую боль. Почти уверен, что она сломала мне скулу, которая не заживала какое-то время.

– В чём дело? – спросил Иво у богов, когда братья снова переглянулись, а Гипнос даже не откусил очередной кусок батончика, хоть и засунул в рот.

Дардан поморщился, проиграв в их безмолвном споре, кто будет отвечать на неприятный вопрос.

– У всего есть баланс. Судьба существует благодаря ему, – напомнил он простую истину. – Перстень даровал тебе определённую неуязвимость. Кулон с Вегой проделывает то же самое, буквально даруя ей бессмертие, поэтому выстрелы Кассии ей не страшнее комариных укусов, но вы… грубо говоря, вы из одного теста, и такое близкое соприкосновение одинаковых артефактов нейтрализует эффект обоих.

– То есть она может его убить? – побледнев, уточнил Иво.

– Да. Но благодаря этому и он может убить её.

Иво выругался и просто ушёл из кабинета, не сказав больше ни слова. Элион проводил его тоскливым взглядом. Хоть и не он устанавливал правила действия артефактов, но почему-то испытал вину от того, что Иво теперь придётся волноваться ещё больше.

– Ты должен быть с ней осторожен. Артефакты вновь начинают работать, как только вы удаляетесь друг от друга. Твои раны ведь зажили? – мягче уточнил Дардан, и Элион кивнул. – Ты не распадёшься, пока она рядом, но не давай себя смертельно ранить, а если это произошло, то беги как можно дальше, а лучше сорви с неё кулон и уничтожь. Тогда всё будет кончено.

В горле Элиона встал ком, желудок сжался. По известным данным, страдающие от грёзовой хвори нападали лишь во сне, поглощённые кошмарами и галлюцинациями, но тогда Вега точно не спала. Он не знал, что чувствовать: отвращение от мысли, что ему нужно убить девушку, в которую влюбился, или же ярость оттого, что она обвела его вокруг пальца, использовала… ради чего? Зачем нужна была инсценировка в квартире? Чтобы вызвать больше сочувствия и подобраться к его друзьям? Почему он вообще ни разу не ощутил, что артефакт именно на ней? Сколько лет она его носила? Может, он знает недостаточно? Элион не сразу научился делать его невидимым на руке; может, есть способ сделать его совсем неощутимым и в этом весь секрет?

Если она хотела подобраться к его друзьям, то почему не согласилась на предложение переехать к ним в пентхаус? Это бы облегчило возможность напасть.

Разум заполонили вопросы, на каждую догадку рождалось вдвое больше загадок. Элион сжал руками голову, пытаясь их упорядочить, чтобы задать Дардану и Гипносу, но от первого же звонка стационарного телефона мысли разбежались, как косяк испуганных рыб. Дардан снял трубку.

– Кассия проснулась? Да, пропустите её к нему. Всё хорошо? Раствор получился? Отлично. Чуть позже я зайду. Докладывайте мне про его состояние при малейших изменениях. Вы отлично поработали. Спасибо.

Весь короткий разговор Гипнос с Элионом не спускали напряжённых взглядов с хозяина кабинета, пока тот, тяжело выдохнув, не положил трубку.

– Ихор подготовили и поставили капельницу. Сказали, на пять дней по одному пакету хватит. По моим расчётам, этого должно быть достаточно, но точнее узнаем на третий и четвёртый день, когда выведем Камаэля из комы. Он должен будет очнуться.

Гипноса, кажется, самого уже тошнило от шоколада, но он продолжал его есть, будто копил энергию на будущее. Дардан не стал говорить, что они будут делать, если Кай сам не проснётся, и, к несчастью, Элион слишком хорошо знал, что Дардан не озвучивает запасные планы лишь в случаях, когда вариантов у него нет.

– Можешь сходить проведать его. Кассия уже там. Дальше по коридору, дежурный врач подскажет палату.

Элион благодарно кивнул, сильно покачнулся от головокружения, когда встал и вышел в коридор, оставив братьев наедине. Сидя, он не чувствовал ни слабости, ни боли, но, оказавшись на ногах, ощутил, как голова потяжелела, и, шаркая, направился в медицинское отделение.

За широкими дверьми начинался чистый светлый коридор: никакого ковра или украшений, которые могли бы мешать толкать каталку или тележки с приборами. Здесь сильно пахло лекарствами и железом: похоже, кровь Гипноса и Дардана продолжали обрабатывать, извлекая даже мелкие крупицы ихора. Несмотря на