Фантастика 2026-190 - Роман Лукич Антропов

Глава 12

ГЛАВА 12

В полёте домой.

Силин, разумеется, досадовал, что послужил причиной столь скорого осознания НСБ былой принадлежности так называемых пробудившихся магов вовсе не к одному единственному миру, что поспособствовало возникновению у силовиков заинтересованности в магических знаниях из разных, выходит, школ магии. Неприятно, конечно. Но в то же время он и не тешил себя иллюзией, что местные спецслужбы самостоятельно не обратили бы внимания на явные различия в, так сказать, инструментарии да и, вообще, в поведении столь, как невооруженным взглядом видно, пёстрой публики, имеющей целью запустить ритуал призыва владетелей. Сам он, затем внезапный некромант из Воднинска, после чего столичный придурошный эльф, ну и, как в полете выяснилось, жуткий Пайнвильский чернокнижник, да наверняка и ещё какие-нибудь «яркие личности» из прочих уже известных населенных пунктов — трудно, короче говоря, не заметить разнообразия и самостоятельно не дойти до очевидного! Так что Силин не сильно корил себя за откровения перед хитрым Климовым. Но зато понимал, что, не случись подобного, и не заговори он с дотошным полковником, продолжая играть дурачка, то навряд ли бы тогда получил доступ к подобной, весьма полезной, если подумать, информации.

Всё же здешние СМИ, причем любые, говорят лишь то, что им позволено, кто бы что бы там про свободу слова и всякие стандарты натужно не кричал. Различия лишь в длине поводка, так сказать, что тоже не спроста. Яды научились делать лекарствами, играясь с дозировкой, ещё в незапамятные времена, уж простите за аналогию. Так вот, самостоятельно же выудить из океана выкладываемой людьми информации не то, у чего обычно просмотров много, а то, как оно было на самом деле — та ещё задачка, как бы странно это не казалось в эпоху мнимой прозрачности и вроде как гласности.

Поэтому-то можно и смириться с ролью «пса режима», с такими-то возможностями Силина, понятное дело, временной. Взамен же получить за то доступ к порой очень ценной информации о событиях, пусть и столь локальных, но масштабных, ибо по всей планете происходящих. А о значимость их и вовсе говорить нечего. В общем, выбрано было сотрудничество с НСБ или, как обозвал это гордый Ким, постыдное прислуживание тайной канцелярии местных жалких простецов, вместо того чтобы поспешить в свиту кого-либо из уже прибывших владетелей, не столько даже из-за намеков Климова о, скажем так, крючке в виде матери и, чего уж там, трех красавиц, на котором «контора» теперь держит Силина, сколько исходя из желания быть в теме и из первых, так сказать, рядов наблюдать за, а не редко и участвовать в, разворачивающихся событиях, где пока не ясно: кто ж кого!

Да-да, всё не так однозначно и поголовного превосходства магов что-то не видно, каких бы предпосылок к тому ни было. Даже Фройз, самый ярый в составе личности Силина противник союза с простецами и жаркий сторонник присоединения к магичкам — не спешил с выбором стороны, видя впечатляющие возможности тех самых, презираемых им простецов, да ещё и наряду с непонятной пассивностью то ли заигравшихся, то ли излишне самонадеянных владетелей. Ему-то не впервой подобное, и не перебежчику в стан революционеров против закостеневшей магической аристократии его родного мира гнушаться подобным ещё и здесь. Главное понять: кто же из них достойнее такого вот «верного» сторонника под своими знаменами — а с этим как раз пока и нет ясности. Вон, спецслужбам мира совсем немного времени потребовалось, чтобы выявить закономерности и уже приступить к профилактике самих ритуалов, а не к борьбе с их последствиями. А потому повсеместный магоапокалипсис, как видно, отменяется. Если только, конечно, несокрушимые и всемогущие на своей территории Их Светлости так и останутся в границах собственных земель, образование коих власти прозевали, а не начнут расширение, превратив это, стараниями спецслужб пока достаточно локальное явление, в уже нечто глобальное.

Вот за всем этим Силин и решил понаблюдать, не спеша с выбором стороны, а заодно и, по мере возможности, сократить поголовье конкурентов в лице пробудившихся магов. Понятное дело, лишь там, где никак не удастся саботировать, позволив им устроить-таки свой ритуал, осыпавшись в итоге прахом, а придется захватывать потенциального сотрудника очень неудобного для Силина отдела «М». Как он и сказал, точнее подумал: «Остаться должен только один».

В столице, к слову, Силин поступил, как поступил — вовсе не по недомыслию. Там, пусть и весьма заманчиво, но слишком уж палевно, как выразился Славик, было бы подсобить тому истеричному чудаку в деле его самовыпиливания ради пришествия владетелей. В самом, на минуточку, сердце огромной страны пришествия! Что, если так подумать, по-любому бы существенно ослабило одну из сторон противостояния магия – техника, выражаясь восторженными категориями Славика. Но имеем то, что имеем, и новое княжество не возникло на карте так и не «обезглавленной» страны. Хотя, конечно, это всё же было вполне реально, знай заранее Силин эффективность древня, ну или хвати ума самому Хералиэлю во́время активировать свою трудноубиваемую полицейскими, так сказать, средствами образину, в подходящий момент напущенную на силовиков. Которые, в свою очередь, будучи увлечены новой угрозой, скорее всего, прекратили бы держать под прицелом ритуальную схему, давая возможность хозяину голема довершить начатое. Но это не точно. Всё же не стоит дурачками считать местных, не исключено, что, несмотря ни на что, всё-таки оставивших бы кого-то, кто продолжил бдить и попросту не дал бы не то что активировать ритуал, но и сбежать спесивому пухляшу для повторной попытки уже в другом месте. Достаточно ведь элементарного прицельного выстрела то ли в одну из красавиц, без коих ритуал не состоится, то ли в самого Зайцева. Так что — не факт, а потому Силин сделал, как сделал.

— Никак нельзя было захватить его живым? — вырвав из раздумий соседа по креслу, продолжил с небольшими перерывами выедать мозг по чайной ложке Климов, когда они уже возвращались из Владиграда в свой Святославль, на этот раз не экстренно организованным военно-транспортным, а обычным рейсовым пассажирским самолетом.

— Павел Петрович, вы предпочли бы, чтобы эта самовосстанавливающаяся жуть, покончив с силовиками, взялась за гражданских? Или ракетно-бомбовый удар не в центре, конечно, но всё же прямо в столице — по вашему мнению предпочтительнее, нежели единственный росчерк клинка? Вы же общались с девушками, да и сами имели удовольствие перекинуться парой слов с этим высокомерным уродом, так неужели думаете, что сумели бы побудить, похоже, утратившего себя Зайцева, или, скорее, всё же уже Хералиэля