"Фантастика 2026-8". Компиляция. Книги 1-30 - Андрей Северский

Вика кинулась к своим вещам. Переворошила их и нашла полиэтиленовый пакет со средствами гигиены и лекарствами. Тонкая пленка не выдержала экстремальных условий и дала течь. Внутри него было мокро. Вика подошла к свету и не взирая на то, что могла кому-то мешать, попыталась прочесть надписи на упаковках с таблетками.

— Ага, вот аспирин есть. — Обрадовано произнесла она. У кого вода? Дайте воды. У Вадима температура поднялась.

С готовностью вскочил Зураб и отдал девушке пластиковую бутылку с водой. Вадим следил за суетой отстраненно, будто видел людей со стороны. Ему хотелось скрутиться в клубок, согреться и ни о чем не думать.

— Так, Вадим, таблетки размокли, так что выгрызай их из упаковки и запивай.

Она сунула в руки бумажную пачку аспирина. Вадим откусил край упаковки вместе с бумагой. Челюсти свело от частой дрожи до боли. Разжевал и сглотнул. Вика сунула горлышко бутылки ему в рот. Вадим сделал два больших глотка. Вода ледяной струей протекла внутрь горячего тела. Вадима затрясло еще сильнее.

— Пошли со мной, Вик. Мне холодно. Тут мороз.

— Нет, Вадим, я сейчас укрою тебя еще чем-нибудь, а приду попозже. Нам надо решить, что делать. Через полчаса температура упадет и тебе станет легче.

Вика принесла расправленную палатку, чтобы накрыть. Под толщей влажной ткани удалось согреться. Вадим погрузился в тревожный сон.

— Это потоп, однозначно потоп! — Произнес Аркадий безапелляционным тоном. — Разве мы не заслужили этого?

— А чего всех-то под одну гребенку? — Стас не готов был отвечать за все человечество. — Были времена на Земле и похуже. Вспомните начало и середину прошлого века, одни мировые войны.

— В войнах-то как раз весь пар и вышел. — Парировал Аркадий. — Мы же стали толерантными, терпимыми ко всему, политкорректными, самим прорвать пузырь нам мораль не позволяла, вот и пришлось планете за нас это сделать. А у нее нет избирательных средств. Скажешь не так?

— Из этой пещеры не видно, везде этот потоп или только у нас. Пока не увижу своими глазами, не буду утверждать, что прав.

— Не, не может такого быть, чтобы по всей Земле такая история случилась. — Произнес Юрий. — Тем более я не верю во всякие метафизические теории концов света. У всякого природного явления есть научное объяснение. Сгноить все человечество под водой, до кучи еще со всеми тварями животными и растениями, не гуманно, не по-божески.

— Да и нас тут не по паре. — Заметил Виктор.

— Так с нами еще могли и не закончить. — Мрачно предположил Аркадий. — Не стоит думать, что мы в ковчеге.

— Так, хватит мрачных предположений. Давайте еще раз проведем инвентаризацию всей еды. Складывайте в этот угол у кого, что есть. И давайте, у кого есть фонари или еще живы телефоны, начнем экономить батарейки. Хотелось бы иметь хоть один заряженный телефон, чтобы вызвать помощь, когда все закончится. — Попросил Зураб. — Вика, ты отвечаешь за рюкзак Вадима.

— Хорошо.

— Как он? — Участливо спросила Софья.

— Лоб мокрый, но не дрожит. Спит.

— Хорошо. Здесь воздух стерильный, осложнений не будет. — Пообещала Софья.

Инвентаризация показала, что с момента эвакуации из убежища кое-что из продуктов было потеряно. Зураб посчитал все, что можно было съесть, рассчитал порции и у него получилось, что на десять дней, исходя из нормы одной банки консервов или тушенки на четверых человек, они обеспечены. Срок этот казался невероятно большим. Даже отъявленные пессимисты не могли представить себе, что их «заключение» может продолжиться более этого срока.

От нечего делать, а так же для того, чтобы согреться в движении, некоторые члены группы изучали пещеру «на ощупь». Ближе к выходу воздух становился влажнее, но теплее. Сквозь темную пелену падающей воды пробивался еле заметный свет. Он отражался на мокром глянце сырых камней. Глаза, привыкшие к полной тьме, начинали различать в слабом свете силуэты людей и стены. На входе, кроме гула падающей воды был слышен и вой ветра. Если бы нашелся человек извне и сказал группе, что их занесло в пространственную аномалию, существующую в пределах пещеры и водяной стены, отделяющей их от нормального мира, многие бы поверили. Слишком сюрреалистично и неправдоподобно выглядела «темница».

Минули сутки в новом убежище. Воздух пещеры прогрелся. Вадима еще колотило, когда действие аспирина заканчивалось. Носоглотка распухла, глаза слезились. Время, казалось, состоит из рваных периодов, когда тьма забытья, меняется тьмой болезненного бодрствования. Из приятного, была только забота Вики. Вадим вспомнил, что женскую заботу ощущал на себе только в далеком детстве, и даже смог забыть о таком явлении. Чертовски приятно было осознавать, что кому-то небезразлично твое беспомощное состояние. Вадиму показалось, что оно подействовало на него сильнее, чем аспирин.

В какой-то миг, очнувшись ото сна, он понял, что болезнь оставила его. Напоминание осталось только в отлежанных на жестком полу частях тела, одежде пропитанной потом, пахнущим аспирином, да общей слабости.

Вадим сел. Приложил руку к камню. Вибрация ощущалась отчетливо. Издалека доносился гул водопада. Совсем рядом слышались голоса людей.

— Однозначно, это какая-то полярная аномалия. — Убедительно вещал мужской голос. Кому он принадлежит, Вадим не понял. — Ученые же предупреждали о глобальном изменении климата, вот вам и первая ласточка. Потом мороз жахнет и каюк, вмерзнем в лед, как мамонты.

Кто-то гоготнул.

— С кусками недожеванной тушенки во рту.

— А что смешного? Может и так случиться.

Вадим передернул плечами. Разговоры про холод ему не нравились. Слишком свежи были воспоминания о холодных сквозняках, проникающих под одежду.

— Я всегда считал, что ученые только денег тянут на свои исследования. У нас в Башкирии климат не менялся. Так, колебался плюс-минус в разные стороны, но ничего неординарного. Зимы, может быть, чуть теплее стали, но не факт. Я что-то оттепелей, как в детстве были, не помню в последние годы.

— Да вы просто далеко от океана живете, вот и не заметно. Вон тебе яркое свидетельство изменения климата в пятидесяти метрах. Откуда только воду качает?

— Мутно всё как-то в этой истории. Я бы сказал, что здесь попахивает климатическим оружием.

— Не, вряд ли. Нет еще у людей знаний, чтобы такой потоп закрутить. Дождь вызвать или наоборот разогнать, это да, это уже можем. Но такой ураган, который четыре дня волком воет, это мы еще не в силах.

— А что если мы просто нарушили баланс, а остальное природа сделала сама? Равновесие хрупкая вещь, а мы такие самонадеянные.

— Ладно, это пустые разговоры. — Вадим узнал голос Зураба. — Мы так и будем предполагать, пока ветер не закончится.

— А