Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

– Извини, – примирительно ответил Виктор.

– Господин следователь? – Художник шагнул к Виктору из-за мольберта, радостно взмахнув руками. Чуть не ткнул в следователя карандашом, засмущался и отскочил назад.

Виктор наконец-то узнал его. Тот самый хмырь-поджигатель, которого он давно (всего-то чуть больше месяца назад!) так удачно сплавил инквизиторам. Еще до того, как…

Неважно. Дело закрыто.

– Сбежали от Тайного приказа? – с усмешкой спросил Виктор у художника.

– Что вы! Ни в коем случае! Выпустили меня, под подписку, я ведь со следствием сотрудничал, а от пожара никто не пострадал… Вот только нужно возмещать ущерб, а у меня… Но я совершенно не о том хотел вам сказать!

Хмырь зашелестел листами в большой папке и через несколько секунд протянул Виктору плотный лист с рисунком.

– Вот! Пока я у инквизиторов в камере сидел… Они добрые, разрешили карандаш и бумагу взять… Я не знаю, почему именно так, но по-другому не выходило… Меня как заело на вашем портрете… извините, если что не так…

Виктор уже не слушал сбивчивые объяснения художника. Он смотрел на портрет.

На рыцаря в полном доспехе, стоящего на клетке шахматного поля. Забрало поднято, рыцарь смотрит вперед, но кажется – не на фигуры противника, а на игрока за доской. И во взгляде точно не готовность служить… Скорее, своя игра, где игрок рискует стать фигурой.

Обнаженный меч в руке рыцаря чуть отведен в сторону, это начало движения, но каким оно будет? Салют? Атака? Не угадать…

– А ты тут как живой, – услышал Виктор из-за плеча. Магичка опять подкралась незаметно, как знаменитый северный лис. – Даже живее, чем на самом деле.

– Да уж, – хмыкнул Виктор, – куда живее-то…

Он шагнул вперед, аккуратно отодвинул художника и посмотрел на рисунок на мольберте.

Дама, смотрящая на него с портрета, казалась намного старше Анны. Усталый взгляд, почти незаметно согнутая спина, будто на нее давит огромная тяжесть. Руки, сложенные на коленях… А еще дама на рисунке была крепостью. Тюрьмой для чего-то невыносимо жуткого. За спокойным, почти равнодушным взглядом скрывались адские бездны, но было предельно ясно: она сдержит что угодно.

Живая Анна с вызовом глянула на Виктора. Мол, давай, скажи что-нибудь, рыцарь!

Но следователь промолчал. Аккуратно свернул свой портрет, порылся в кошельке и, несмотря на вялые попытки художника отказаться: «Да вы что! Да это же я так, не надо денег!» – вручил ему пару серебряных.

– Не желаете поработать рисовальщиком в страже? – буднично поинтересовался Виктор. – Доход невелик, зато регулярно. На портретах дамочек в сквере много не заработаешь. – И добавил, видя сомнение на лице художника: – Заодно со штрафом поможем разобраться.

– Да я… Я бы с радостью, но меня уже инквизиторы наняли… Потому и выпустили, а то сидел бы я у них дальше. Обещали половину долга списать, если буду усердно работать, рисовать, кого скажут… Сегодня просто выходной, а так я в Тайном приказе теперь… Почти там же, где сидел – только не в подвале, а… Ой… Это вроде как секрет, но вы ведь следователь, вам можно, да?

– Можно, – ответила вместо Виктора Анна. – Нам все можно. Пойдем, напарник, тут нас опередили. Пора к шефу. Ходят слухи, дело очень серьезное.

Виктор вежливо предложил даме руку, и они ушли в сторону управы.

Художник сначала долго смотрел им вслед, потом вскинулся, схватил чистый лист и начал рисовать быстрыми штрихами.

Алекс Келин

Семейные обязательства

Лукоморья больше нет, а дубов простыл и след

В. Высоцкий «Антисказка»

— … я бы покрывал своего генерала. Из той самой корпоративности и ради чести мундира. Покрывал бы, воруй он, бери взятки, копай он клады в свободное от работы время. Но если бы он пошел через кровь, пусть даже стороною, я бы закусил удила. Все стерплю, кроме крови. Стрелять надо только в ответ

А. Бушков «На то и волки»

— Понимаешь, есть одна вещь, о которой все знают, но никто не говорит. Если идешь по следу наркотиков, получаешь дело о наркотиках. Если идешь по следу краденого, получаешь дело о кражах. Если идешь по следу денег — неизвестно, куда они могут привести.

Сериал "The Wire" (Прослушка) HBO, 2002 г.

Пролог

Тяжелая серебряная фляга с живой водой неудобно болталась на ремне, слишком длинном для десятилетнего Ивана. Мальчишка придерживал ее рукой, стараясь шагать быстро и бесшумно.

Солнце стояло в зените, лучи дробились в витражах, украшавших верхнюю четверть окон галереи, превращая старый замок в зачарованное королевство.

Марья, сестра-близнец Ивана, чуть опередила его, осторожно заглянула в дверной проем и кивнула — дорога свободна!

Они пробежали по древним резным плитам приемного зала к винтовой лестнице. Фляга глухо звякнула о перила, Марья шикнула на Ивана, но, к счастью близнецов, их никто не заметил.

Путь был свободен.

В библиотеке уютно пахло старыми книгами, пылью, чернилами, краской от стопки свежих газет на столе и чуть-чуть, едва уловимо — специями и пряностями с дальних жарких островов, ледяными скалами Криенны и зеленой дымкой Мутных болот. Когда-нибудь близнецы станут капитанами быстрых парусников и отправятся за пиратскими сокровищами. Потом отыщут затерянные в Болотах древние города… Сейчас есть дела поважнее.

Иван и Марья прикрыли за собой тяжелую дверь, перевели дыхание и решительно подошли к дальней стене с картинами. Здесь, среди пейзажей и натюрмортов, было несколько портретов прежних владельцев Лунного замка. Парадные изображения господ Луниных висели в мраморной гостиной, а те, что попроще, хозяева разместили в библиотеке.

— Действуй! — с ноткой зависти сказала Марья. — Твоя очередь.

Иван пододвинул к стене табуретку, взобрался на нее, отвинтил крышку фляги, плеснул живой воды на ладонь и дотянулся мокрой рукой до небольшого темного портрета. Слегка намочил позолоту рамы, а на сам портрет брызнул несколько капель.

Примерно минуту ничего не происходило.

Близнецы переглянулись — неужели не вышло? Но тут портрет стал еще темнее, в раме заклубился дым, вырвался за пределы холста, и из картины вытек, соткался или, может быть, воплотился — близнецы не задумывались над точностью слов — призрак господина в чопорном костюме прошлого века. Господин спустился со стены, будто по невидимой лестнице, бесшумно