Фантастика 2026-138 - Анастасия Макарова

— Как ты? — обеспокоенно спросила она, заглядывая мне в глаза.

Я пожал плечами.

— С переменным успехом.

— Я немного знаю о происшествии, — призналась она, — ведь именно ко мне притащили то насекомое, что пыталось укусить тебя.

— А вы почему до сих пор работаете? — перевел тему я, — Вроде бы за нахождение в лаборатории в такой час прилетит штраф. Или штрафы на старших не распространяются?

Но задеть Жанель не удалось. Она лишь улыбнулась.

— Система сделала исключение. Мне нужно доставить тебя вниз.

— Вниз?

— Ну, в лабораторию! Управляющий хочет тебя видеть. Отчет составим о происшествии. Ты, видимо, еще не отошел от стресса? — участливо похлопала она меня по руке.

— Отойдешь тут, — буркнул я, — ладно, ведите. Не судьба мне отдохнуть…

— Не ворчи, это быстро! — заверила меня Жанель и приложила браслет к сканеру, пропуская меня вперед.

Я шел по аллее и думал. Встреча с управляющим — пожалуй, это мой шанс. Райли сказал: раскрываться только в крайнем случае. Так он уже наступил! Стало быть, сделать это надо было еще вчера. Но надо только остаться с ним наедине… Ведь остальные, вроде Жанель, знать ничего не должны. Они все под подозрением.

Жанель пошла вперед по коридору, и я заметил, что карман ее халата сильно оттопырен. Догнал, заглянул внутрь. Внутри лежало незнакомое мне устройство, похожее на вытянутую толстую плитку шоколада. Мобильник? Такой толстый? Похоже, что нет. И я не совладал с любопытством.

[ image15 ]

— Что это такое у вас? — спросил я, показывая глазами на карман.

Жанель автоматом опустила руку, приглаживая оттопыренную ткань.

— Сканер. Сломался. Несу в ремонт.

Я сделал вид, что поверил, но, черт подери!.. Не сканер это был ни разу. Сканер — это удобно ложащаяся в руку рукоять, заканчивающаяся экраном-датчиком. То, что я видел, сканером не было.

Кажется, у меня даже температура подскочила. Куда она меня ведет? Точно ли к управляющему? Мы свернули с главной аллеи… Куда? Неужели я был так увлечен разглядыванием устройства, что не запомнил, в какое крыло мы прошли?

Сердце забилось еще сильнее.

— Слушайте, мне надо попить, — прохрипел я, — кажется, плохеет. Много работал сегодня физически.

Мой расчет удался. Жанель, хоть и тяжело вздохнула, повернула назад и вывела меня на главную аллею, где стояли питьевые фонтанчики и кофе-аппараты.

— Пей, — махнула она рукой на ближайший фонтанчик, — только недолго, плиз. Аарон же не будет ждать вечно…

Пить мне совершенно не хотелось, но я сделал несколько глотков и с наслаждением прикрыл глаза.

— Фух, полегче, — выдохнул я, — извините.

— Зря ты выписался, — покачала головой Жанель, — ты не в порядке.

Теперь-то я запомнил, куда мы идем. Мы свернули с главной аллеи в корпус F, где исследуют мутаген, занимаются антидотами и очисткой воды. Далее прошли по коридору почти до конца и зашли в дверь без каких-либо опознавательных знаков. За дверью был еще один коридор. Я похолодел. Главное, если придется быстро драпать отсюда, не забыть, куда сворачивать…

Жанель подошла к очередной двери без номера и нажала на кнопку рядом со сканером.

— Почему не приложите? — указал я глазами на браслет.

— Нам откроют, — пожала плечами Жанель.

И правда: через несколько секунд дверь щелкнула, и из нее наполовину высунулся управляющий. Его халат был все так же застегнут до самого горла.

— Проходите, — мотнул он головой, — задержались.

— Это я виноват, — признался я, не желая подставлять Жанель, — мне поплохело, и пришлось сделать остановку на попить.

— Ясно.

Аарон захлопнул дверь. Я же пока оглядывался. Несмотря на нехватку нефункциональных вещей в лагерях, тут было прямо-таки уютно! И откуда управляющий все это взял?

Кабинет был очень маленьким. Сюда вмещался стол с компьютером, шкаф на две дверцы, железный стеллаж и что-то наподобие дивана. Приглядевшись, я понял, что это обыкновенная спальная койка, заложенная подушками так, как будто это диванчик. Три подушки на самой койке, три подушки стоят, образуя спинку. И по центру на все это накинута ткань. Типа пледа, ага. А управляющий явно пытался изобразить тут подобие уюта! Вот достойно уважения, если честно. Умеют же люди обживать пространство, да? Даже в условиях нехватки вещей. Я так не умею. У меня каждая вещь — строго функциональна. Могу хоть с голыми стенами жить. Могу на голом матрасе на полу спать. Вообще неважно.

Управляющий указал мне на диванчик, а затем кивнул Жанель:

— Ты свободна, спасибо.

— Точно ничего не нужно?

— Здесь — да. А так — ты знаешь, чем заняться.

Жанель вся съежилась и, сцепив руки перед собой, послушно кивнула.

— Сделаю.

Дверь за ней закрылась, и мы с управляющим остались вдвоем.

— Чаю? — предложил он, подвигая к дивану небольшой складной столик.

— Не откажусь, — вздохнул я, думая, куда же в меня влезет столько жидкости.

Аарон отодвинул кресло с колесиками от стола и наклонился, доставая маленький электрочайник из ниши. Подсоединил его к розетке, снова наклонился — на сей раз под стол, и достал оттуда большую бутыль воды. Аккуратно придерживая, чтобы не выплеснулось, наполнил чайник.

— Ну вот, — улыбнулся он, — как раз на две кружки. Черный?

— Любой.

Я все думал. Как ему это сказать? «Господин управляющий, в вашей лаборатории творится какая-то дичь, поэтому Райли послал меня»? Так? Нет. Глупо. И вообще. Какой, нахрен, чай? Насколько я помню, он был недоволен нашим опозданием. Ему от меня нужен был отчет о происшествии, и все. А теперь мы собрались чай пить?

Чайник забурлил, слегка вибрируя и пуская облако пара, затем отключился автоматически. Аарон достал из ящика в столе два пакетика чая, избавил от упаковок и залил кипятком. Подъехал ко мне на кресле с кружками в руках и аккуратно, чтобы не расплескать, поставил на столик.

— С жасмином, — словно хвастаясь, произнес он, — дай остыть только, обожжешься.

Так. Управляющий. С виду — очень дисциплинированный и сдержанный человек. Глаза умные, светло-серые. На висках намечается седина. Никакой неряшливости. Халат сидит на нем, как влитой. Рукава аккуратно подвернуты почти до самого локтя. Руки крепкие. Выправка, я бы даже сказал, военная. Взгляд только… Как у очень уставшего и повидавшего много человека. Грустный, как мне показалось. Может, даже слегка обреченный. Грусть эта