Пространство - Джеймс С. А. Кори

Тактический дисплей, плавающий над столом, отображал кратный масштаб. Если бы масштаб был полный, Независимость была бы слишком мала, чтобы разглядеть ее и в микроскоп. Тем не менее, даже сейчас, идентификационный код занимал больше места, чем значок корабля. Мазок света меньше крошки хлеба, значил город, где жили и работали двести тысяч человек, воспитывали детей, выходили замуж и разводились, пили, танцевали, и умирали. И рядом, ускоряющиеся от него в направлении к солнцу, эвакуационные корабли - еще более мелкие - несшие столько людей, сколько хотело покинуть театр военных действий. Она смотрела на них, и видела всех тех детей, которых они уносили от приближающейся катастрофы, от которой не было спасения: Лондон, Пекин, Денвер. История, напоминала себя, она была переполнена такими моментами. Но сейчас было особое чувство, потому что это был ее город, Город в пустоте, а надвигающееся тоже было беспрецендентно.

Она реорганизовала центральную службу транспортного контроля Народного дома. Военные аналитики и инженеры, некоторые из Союза, большинство из АВП, сидели за теми же столами, где обычно сидели гражданские специалисты. Каналы отображали другие военные штабы с Земли и Марса, похожие комнаты с похожими людьми, но с изрядно меньшим временем задержки. Экраны, которые обычно отображали приближающиеся и уходящие корабли, с векторами движения и ожидаемым временем прохода, теперь были посвящены входящим сигналам от всего активного телескопического наблюдения в Поясе. Изображения основных станций слежения, обновлялись сразу же, с поступлением свежих данных, и содержали информацию о том, откуда поступили сведения, и когда Народный дом их получил. Изображения от Независимости, и дюжины кораблей коалиции, включали в себя еще и флаг временной задержки - час и двадцать три минуты, - а метка противника заняла центральный дисплей. Бледная, как кость, лениво ускоряющаяся к точке, где начнется битва. Возможно, уже началась. А может быть, началась, и успела закончиться, за тот час и двадцать три минуты, которые потребуются свету, чтобы донести это сообщение до них.

- И, эээ, разрешение будет увеличиваться, когда мы получим отраженный сигнал, - сказала техник коалиции. Она была моложе самой Драммер, когда та только начала работать на Тихо, у нее были красные волосы, затянутые сзади в пучок, и широкое сухое лицо. На Земле и на Марсе другие техники, вероятно, вели точно такие же разговоры с премьер-министром и генеральным секретарем. - Это, конечно, компромисс между скоростью прямых сигналов, и лучшей информационной плотностью с использованием дополнительных источников, но с задержкой в несколько минут.

- Мне просто надо знать, что происходит, - сказала Драммер.

Авасарала, которая до сих так и не отправилась на Землю, и Вон, находились в глубине комнаты. Адмирал Ху была за одной из центральных консолей, наклонившись вперед, как ученица-отличница на первой лекции по теме. Она была здесь в качестве дозорного, военного лидера коалиции, находящегося ближе всего к битве, но не участвующей в ней непосредственно. Груша с чем-то, что пахло как зеленый чай, была отставлена на боковой стол Воном, позаботившимся о том, чтобы адмирал не смогла случайно залить ничем панель управления. Драммер подошла к ней, не столько потому, что хотела поговорить, сколько потому, что ей просто нужно было двигаться.

- Госпожа Президент - сказала Ху, кивая.

- Адмирал.

- Странно быть на одной стороне баррикад, правда? Я никогда не думала, что такой день настанет.

Что больше относится к вам, чем к реальному положению дел, подумала Драммер. Коалиция была её стороной не больше, чем Илос, или Сурабхи, или Новый Остин. Медленно угасающие имперские амбиции. Которые больше не имели значения.

- Мы получили новую передачу, Госпожа Президент.

- Запускайте, - распорядилась Драммер. Главный экран сдвинулся. Появился лаконианский адмирал. Его голос был терпеливым и спокойным, но в его глазах был блеск. Азарт. От этой картины у Драммер заныл живот.

"Это адмирал Трехо с Сердца Бури, для приближающихся военных кораблей. Я прошу вас не вмешиваться. Любая помеха для нашего корабля будет встречена соответствующе. Не делайте ситуацию хуже, чем она должна быть."

- Пошел нахер, - сказала Драммер экрану, но не настолько тихо, чтобы адмирал Ху не смогла услышать, и усмехнуться. Прошло всего десять секунд, прежде чем последовал ответ. Боже, так близко друг к другу были далекие военные корабли. В световых секундах.

Эмили Сантос-Бака, член правления, которая жила на Независимости. Ее волосы были стянуты в тугую косу, в качестве подготовки к нулевой гравитации. Или так было час и двадцать три минуты назад.

"Адмирал Трехо, - сказала Сантос-Бака, - от имени Транспортного Союза и Коалиции Земля-Марс, я информирую вас о том, что ваше присутствие в Солнечной Системе является нарушением территориального пространства, и считается военным вторжением. Ваш корабль немедленно остановится, и вернется в Лаконию до тех пор, пока не будут заключены необходимые соглашения и дипломатические резолюции."

Это были доклады из двух конкурирующих реальностей. Драммер хотелось, чтобы реальность Сантос-Баки оказалась более правдоподобной. Значки, обозначающие корабли коалиции, были похожи на точки, нарисованные на поверхности воздушного шарика, к которому Буря приближалась как булавка. Это не будет долгим процессом. Не сможет быть.

- Рассредоточились, - сказала Ху. - Видите это? Как они распределились? Это основано на данных с Медины, которые отправили ваши люди. О том как распространяется это магнитное хер-знает-что. Мы разместили корабли так, чтобы независимо от того, на кого он нацелится, он не смог бы снять сразу два. Хорошо, а?

- Прекрасно, - сказала Драммер. В горле пересохло, но запах чая был немного тошнотворным.

- И диапазон у этой штуки тоже не может быть хорошим, - сказала Ху. - Научники говорят, что кривая мощности будет логарифмической. Оставшиеся в радиусе действия корабли, вынудят этих ублюдков использовать любые другие системы оружия, которые у них есть. И это вообще, если магнитная пушка работает в нормальном пространстве. А то есть по крайней мере одна теория, что она используют специальные свойства пространства колец. А тогда...

- Глория, - голос старой женщины резанул воздух, как нож. - Опять ты за своё.

Адмирал Ху оглянулась на Авасаралу. Драммер не слышала, как она приблизилась, но та была уже рядом. Улыбалась, снисходительно и тепло, и, как предполагала Драммер, совершенно неискренне.

- Глория хороший воин, но когда нервничает, её не заткнёшь.

- Видим огонь, - доложил один из аналитиков. Спокойным и деловым тоном хирурга, объявившего об открывшемся кровотечении.

Изображение на дисплее изменилось. Корабли коалиции и Независимость все еще оставались там для справки, но фокус сместился на рой ракет,