Фантастика 2026-45 - Татьяна Михаль

— Я привез образец такой винтовки, чтобы показать, куда пойдет оружейная мысль. А то шараханья ваших военных от одной модели к другой — не самый лучший вариант траты государственных денег[144]. А суть ее в том, что в казенную часть вставляется обойма из трех патронов, стрелок отстреливает их один за другим, потом за секунды меняет обойму и может делать еще три выстрела подряд. Этим достигается максимальная плотность огня.

Ну да, в первый образец винтовки Мюллера-Маузера удалось впихнуть обойму на три патрона в металлической гильзе. Хотя задача — семь, приму ее на вооружение и с пятью, но не менее! Вопрос в шахматном расположении патронов в обойме — пока это не получается, а более трех бочонков (как прозвали новые патроны мои егеря) пока не впихнуть. И хотя нельзя впихнуть невпихуемое, уверен, что господа оружейники выкрутятся. Ибо заказ получат просто с фантастическими условиями!

— Вот как? И что вы хотите за сей образец? — уточнил император.

— Ничего! Надеюсь, вы не хотели оскорбить меня, подозревая в монархе торгаша? Это для британских правителей характерно — торговаться, как на рынке мелкой рыбешкой. Это образец мой подарок лично вам. Цесаревичу я приготовил охотничье ружье. Но не решился тащить стреляющие штуковины во дворец. Не так поймут!

— Но при таком массированном применении патронов, их нужно чертовски много! — уловил не самую приятную суть новшества император.

— Вы не представляете, насколько много! Но! Благодаря новому оружию и возможности вести массированный точный ружейный огонь мы и смогли победить Пруссию. Скажите, оно того стоило⁈ Если бы мы проиграли, солнце германской империи встало бы над Берлином. А я приехал бы в Санкт-Петербург исключительно как частное лицо! И как бы сложились ваши отношения с кайзером Вильгельмом и его Бисмарком, мне даже сложно предположить. Про планы умершего короля мой советник Отто фон Бисмарк не сказал ни слова.

— В таком случае я хочу через тебя, Людвиг, передать приглашение твоему отцу, кайзеру Максимилиану прибыть с визитом в Санкт-Петербург для заключения широкомасштабного союзного договора.

— Прошу прощения, Александр Николаевич, я понимаю, что злоупотребляю вашим вниманием и добротой, но прошу выслушать меня еще по одному вопросу. Клянусь, моя просьба вас шокирует, но… это необходимость.

— И что же? Я весь во внимании…

— Я прошу возможности тайно, я подчеркиваю, тайно встретится с вашим шефом жандармов и его ближайшими помощниками. Я имею ввиду Долгорукова, Потапова и Мезенцева. Достаточно только одного из них (я бы предпочел Мезенцева, но лучше тут дать государю сделать свой выбор). Скажу сразу, моему конфиденту стало известно, что некие господа вложили весьма солидные средства в финансирование русских революционеров. Сейчас проходят подготовку несколько десятков человек. Их цель — террор! Их главная цель — это вы, брат мой, Александр. Они не простят вам освобождения крестьянства. Ибо это отдаляет главную цель ваших врагов — развал империи и ее превращение в колонию этих сил и государств. Доверять этим сведениям или нет — это решать вам, но лучше будет проконсультироваться с теми, кто по долгу службы отвечает за вашу безопасность.

— Хорошо, Людвиг, я лично организую эту встречу.

На этой тревожной ноте наша беседа с императором оказалась закончена.

Глава семидесятая

Скандал сам себя не закатит

Санкт-Петербург. Семеновский плац

17 октября 1863 года

День после обеда в императорском дворце и последующего разговора тет-а-тет с Александром II прошёл как-то бесцветно. Ничего не случилось. Марко отправил в Мюнхен телеграмму с кодовой фразой, которая означала то, что Максимилиану пора готовиться к встрече с его российским коллегой для заключения союза. Пристёгивать к Антанте Австрию или нет — пускай решают исходя из сложившейся политической конъюнктуры. Как на мой вкус — так нет. А если да, то надо крепко подумать. Что -то в Вене неправильно случается: как только там появляется наследник престола, симпатизирующий России, как его убирают самым изощренным образом. Я толсто так намекаю на смерть эрцгерцога Рудольфа, единственного сына Франца Иосифа, в замке Мейерлинг, впрочем, пока этого события не произошло, надеюсь, и не произойдёт. Слишком там всё было мутно, а явно политическое убийство превратили в суицид. И до сих пор непонятно почему. Впрочем, сейчас пятилетний Руди и не предполагает, какая ему уготована судьба. Я видел его в Вене — весьма смышленый и активный малыш. Царская охота была назначена на девятнадцатое, перед нею планировалось заехать на полигон, отстрелять новую винтовку. На охоте будут не только два старших сына императора — Николай и Александр, но и его братья. Следовательно, необходимо каждому подготовить соответствующие презенты, ибо без этого никак. К обеду с подарками разобрался, благо, много чего вёз с собой из самого Мюнхена. Надеюсь, хватит всем, кому надо.

У меня образовалось время, в котором не планировались визиты или участие в каких-то мероприятиях. Сходить ли в английский клуб? Всё-таки имею кое-какие права на британский престол. Да ну его! Не хочу засветиться сторонником какой-либо партии. Тем более, приглашен на прием к Победоносцеву — одному из лидеров консерваторов, но это событие намечено на завтра — как раз накануне царской охоты. Но тут в газете попалось сообщение, что будут проведены показательные маневры гвардейского Семёновского полка на одноимённом плацу. В конце заметки прозвучал анонс о том, что в завершении сих экзерциций предстоит выступление полкового оркестра — с маршами и вальсами самых известных композиторов.

А еще Марко сказал, что часть семёновского плаца отдана отведена под ларьки купцов, пострадавших от пожара. Значит, кроме того, как что-то посмотреть и послушать, можно будет что-то прикупить и даже перекусить. Не сомневаюсь, что уличные торговцы едой это мероприятие своим вниманием не обойдут.

Ну что сказать, плац, ограниченный казармами Московского, Преображенского и Семеновского полка впечатление не производил. Вообще-то место для показательных выступлений выбрали неоднозначное — в последнее время плац использовали еще и для показательных казней. Правда, петрашевцев тут так и не расстреляли — заменив смертный приговор на каторгу. Надеюсь, участников убийства Александра тут тоже вешать не придется — есть такой замысел: этого преступления избежать. Сами маневры, точнее, я назвал бы это экзерцициями, семёновцев на меня впечатления не произвели. Да и завершение сих воинских мероприятий прошло как-то бледновато. Пару раз тявкнула салютная пушчонка, а небольшой фейерверк был жалкой пародией на потешные огни времён императрицы Елизаветы Петровны.

Но, как говориться, чем богаты, тем и