"Фантастика 2025-135". Компиляция. Книги 1-25 - Елена Звездная

— Хорошо, — сказал громко, и это слово прозвучало как приговор. — Слушай.

И начал рассказывать. Медленно, с паузами, словно каждое слово причиняло физическую боль.

О карте, найденной в хранилище дварфов. О трех испытаниях, которые должен пройти достойный. О Верховном Ковале Дарене и его учениках, исчезнувших вместе с легендарным металлом.

Каждое слово звучало как правда, но на самом деле ее там не было ни грамма.

Лютый слушал молча, и я чувствовал его внимание как физическое давление. Когда я закончил, несколько секунд длилась тишина — он обдумывал услышанное.

— Интересно, — наконец произнес он, и в голосе звучало искреннее любопытство. — Очень интересно. И знаешь что, князек? Я тебе верю. Ты не из тех, кто врет, стоя под прицелом.

Комплимент от палача. Оценка моей честности от человека, который зарабатывал на жизнь убийствами.

— Тогда сдержи своё слово.

— Конечно! Ты можешь идти. Но помни, у тебя ровно час. Как только он выйдет… начинается настоящая охота.

Я сделал первый шаг вперёд, ещё один приближаясь к Лютому и его людям. Арбалетчики следили за каждым движением, но не стреляли. Мне нужно было сократить дистанцию…

— Князь! — крик Вереса пронзил ночную тишину. — Не смейте!

Я обернулся и увидел в его глазах понимание. Следопыт понял, что я делаю. Понял и не принял.

— Это приказ! — рявкнул в ответ, вкладывая в голос всю оставшуюся власть. — Никто не двигается с места!

Я сделал жест рукой, выбирая заклинание из списка, и в левой руке появился камень Телекинетического удара. Ещё шаг и…

— А знаешь что, князек? — голос Лютого стал вкрадчивым, почти ласковым. — У меня для тебя сюрприз.

Я медленно обернулся, уже зная, что увижу что-то хреновое.

На краю плато появились новые фигуры. Дюжина наемников в темных плащах, двигавшихся с профессиональной слаженностью. Они окружали нас плотным кольцом, превратив укрытие в тюрьму под открытым небом.

— Я же говорил — у меня есть резерв, — усмехнулся Лютый.

— У меня тоже…

Опустил руку прямо в сторону ближайших арбалетчиков.

— Импактус!

Энергетическая волна пронеслась, сбивая бойцов и прицелы. Перекат в право, болты свистят пролетая в миллиметрах от моего тела.

— Импактус! Вторая волна опрокинула вторую тройку давая мне драгоценные секунды.

— Отступаем, в пещеру, живо!

Рванул со всех ног, под яростный крик Лютого.

Но мои люди не последовали приказу об отступлении.

Вместо этого раздался боевой клич Рокота — хриплый, но полный ярости:

— За князя! Умрем, но не сдадимся!

Ветеран рванулся из укрытия, волоча за собой окровавленную руку. В здоровой руке сверкнула сталь — меч, который он держал так, словно весил не больше пера.

— Рокот, нет! — заорал, но было поздно.

Верес выскочил следом, на ходу натягивая тетиву. Его первая стрела нашла цель — один из арбалетчиков с криком рухнул со скалы.

Зоркий появился с другой стороны, двигаясь зигзагами и стреляя на бегу. Его болты летели с убийственной точностью, заставляя наемников Лютого прятаться за камни.

Они не отступали. Они атаковали. Трое против двух десятков, не имея никаких шансов на победу. Но давая мне возможность прорваться к пещере.

— Идиоты! — крикнул Лютый, явно не ожидавший такого поворота. — Перестрелять их всех!

Воздух наполнился свистом болтов и звоном стали. Рокот, несмотря на рану, сшибся с двумя наемниками одновременно. Его меч работал как коса, оставляя за собой кровавые борозды.

Я мчался к Железному Черепу, и каждый шаг отдавался болью в груди. Не физической — моральной. Бросаю своих людей. Лучших из лучших.

За спиной творилось что-то страшное. Лязг стали, крики, проклятия на трех языках. Рокот орал что-то нечленораздельное — видимо, дрался одной рукой. Верес и Зоркий поддерживали его, но против пятерых элитных убийц…

Не смотрю назад. Если увижу, как Лютый добивает Рокота, или как Зоркому перерезают глотку, то все. Развернусь и побегу обратно. А это значит, что они погибнут зря.

Ноги несли вперед сами собой. Мозг отключился — работали только инстинкты. Добраться до пещеры. Найти это испытание. Получить силу. Вернуться и отомстить.

Пятьдесят метров до пещеры. Сорок. Тридцать.

Болт просвистел рядом с ухом. Еще один ударился о камни у моих ног, высекая искры.

— Стреляйте в князя! — ревел Лютый. — Только его живым!

Но мои люди не давали им такой возможности. Они атаковали с безумной отвагой, не жалея себя, привлекая на себя весь огонь.

Двадцать метров. Пятнадцать.

Внезапно раздался глухой взрыв. Ударная волна толкнула меня в спину, заставив споткнуться. Обернувшись, я увидел столб дыма и пламени — кто-то из моих людей использовал гранату.

— Рокот! — вырвалось из груди.

Но ответа не было. Только треск огня да стоны раненых.

Последние метры до входа в пещеру я преодолел, не чувствуя ног. Темная пасть Железного Черепа поглотила меня, укрыв от арбалетных болтов.

Внезапно, что-то чёрное влетело в проход, а затем раздался оглушительный взрыв! Эхо прокатилось по пещере и растворилось в мертвой тишине.

Меня кинуло ударной волной о стены. С потолка посыпалась каменная крошка, а входное отверстие скрылось за грудой обломков. Толстые плиты рухнули одна за другой, намертво запечатав проход.

Я остался один.

В абсолютной темноте.

Глава 15

Темнота окутала все вокруг, поглощая даже намек на свет. Настоящая чернота, в которой мозг, отчаявшись, пытается выдумывать вспышки, чтобы хоть как-то заполнить пустоту.

Я сидел, прислонившись к груде камней, что еще недавно была входом. Острые края давили на спину, напоминая о безвыходности. Попробовал сдвинуть несколько булыжников, напрягая мышцы до боли, но они даже не дрогнули. Тяжелая порода надежно запечатала меня здесь.

Руки дрожали. Может, от ледяного холода, пропитывающего стены, а может, от того, что в ушах все еще звучали крики моих людей.

Рокот…

Они бросились на дюжину убийц без единого шанса. Ради меня. Чтобы дать время добраться до этой проклятой дыры. А я свалил и дал себя запереть как крысу.

— Отличная работа, князь, — сказал вслух. Собственный голос прозвучал глухо, с противным эхом. — Бросил людей подыхать, а сам закопался в норе.

Воздух был тяжелым, пропитанным затхлостью и чем-то древним. Дышать пока удавалось, а это значило, что где-то должны быть другие проходы. Оставалось только найти их в полной темноте.

Я заставил себя подняться. Мышцы протестовали, но сейчас не время жалеть себя.