Фантастика 2026-7 - Алекс Келин

разу не было таких проблем не только в Кнара, но и во всех остальных Землях. А тут ещё отец… Никакими Правилами не были регламентированы отношения со стороны дочерей к зачавшим их мужчинам, но все, кто знал своих отцов, относились к ним с теплотой и помогали, выделяя среди остальной массы мужчин. Теперь вот и у неё тоже появился отец… От этой мысли Селле стало как-то хорошо и уютно. Старый Тарун! Кто бы мог подумать! Хотя кого-то другого Хозяйка Замка не хотела бы видеть в этой роли!

От Таруна мысли Селлы плавно перетекли к дочери. До получения второй буквы в имени Яра хоть и была Наследницей, но больше ничем не выделялась среди остальных детей. Самый трудный ребёнок в замке! Её своеволие не знало никаких границ. Столько, сколько она получала наказаний не получали все дети вместе взятые, но это её никак не останавливало. Иногда Селла с тревогой думала, что будет с Кнара, когда безответственная дочь войдёт в силу и встанет во главе замка.

А тут… Леммия, которая терпеть не могла шкодливую Яру, сегодня сама её чуть ли не во Владетельные назначила! Такое раньше могло только в бредовом сне случиться. Надо будет с дочерью нормально сесть и поговорить, заодно про этого Егг-Орра расспросить как следует. Такое внимание со стороны пришлого к Наследнице настораживало Селлу. Уж не хочет ли он, используя дочь, подобраться к матери? Слишком умен и хитер этот мужичок, чтобы оставлять его без контроля. Левой Рукой его, однозначно, ставить надо, но не сейчас, а если следующие Кровавые Луны переживём. Пусть пока в обучении у Таруна походит.

Разобравшись со своими мыслями и чувствами Селла-Орр-Кнара подпоясалась мечом и вышла во двор контролировать восстановление нормальной жизни в замке. Как бы сейчас трудно ни было бы, но Долг Владетельной для неё всегда превыше всего!

Во дворе замка действительно всё было по деловому и без суеты. Словно муравьи люди что-то таскали, перекладывали, строили. Никакого хаоса и препираний — каждый знает своё место работы. Среди рабочих мелькали дети, раздавая горячую еду из больших котлов, поставленных на телеги. Хозяйка замка повела глазами, выискивая Егг-Орра. Ага! Вот он стоит у стены хлева. Рядом с ним Леммия, Тарун и её дочка. О чём-то, судя по жестикуляции рук, жарко спорят. Причём, с удивлением заметила Селла, Яра, несмотря на своё малолетство разговаривает со старшими на равных и к ней прислушиваются. Такого серьезного и вдумчивого лица она ещё никогда не видела у дочери за все годы проведённые рядом.

«А может и права Леммия… Выйдет из неё толк, если опять не задурит девка!» — подумала Владетельная, впервые взглянув на Яру другими глазами.

Вначале хотела подойти к ним, но потом передумала — только мешать будет и давить своим положением! А так там и без неё хорошо справляются. Пусть сами! Всё, что надо потом Правая и Левый доложат, а у неё и без этого дел хватает.

День прошел быстро и хлопотно. Кажется только проснулась, а уже вечер!

Настало время самому горькому событию — отправить в Последний Поход погибших Защитниц. Селла не помнила на своём веку таких потерь — четверть всех защищающих замок сейчас лежали на плотах, одетые в белые длинные рубахи.

Селла подошла к погибшим боевым подругам. Ком стоял в горле и от наворачивающихся слёз тяжело было говорить, но надо! Это её самая тяжёлая обязанность, которую никто кроме неё не исполнит — проводить тех, кто отдал жизни за замок Кнара.

Проходя мимо рядов погибших Селла всматривалась в такие близкие и одновременно такие чужие после смерти лица…

Вот Рулля — хохотушка и любительница вина… Эта — молоденькая Гостья, только-только закончившая школу Воительниц и мечтающая получить славу как у легендарных воительниц… Это Дынна — из неё и слова не вытянешь. Самая скучная на пирушках была, но в бою хладнокровная и надёжная, как камень…

Лица… Лица… Лица…Такие разные при жизни сейчас были похожи на одинаковых равнодушных кукол. Смерть уравняла всех….

«Когда-нибудь и я буду также лежать в белой ритуальной рубахе. И такая же безликая. Вначале забудут их, а потом и меня.» — зябко поёжилась Селла.

Но расслабляться нельзя — сейчас на неё смотрят все жители замка. Напутственное слово для отправляющихся в Последний Поход — Святое! Она не помнила, что говорила. Что-то возвышенное… В какой-то момент поняла, что потеряла нить своей речи. Замолчала. Оттолкнула первый плот и бросив в лежащую на нём солому горящий факел отошла в сторону.

С остальными плотами проделали тоже самое оставшиеся в живых Защитницы.

Большие горящие костры уплывали по течению реки и прогорая, растворялись в ночном мраке. Дарованные Сестрами жизни возвращались к ним обратно…

Пир по окончанию Кровавых Лун, совмещённый с тризной по погибшим получился для Владетельной как никогда мрачным и скучным. Пить не хотелось… Радоваться тоже, зная, что это может быть их последняя победа над Серой Пеленой и они все уже мертвы, просто ещё многие не знают об этом…

В самый разгар пьянки, когда льющееся без меры вино настроило мрачных воительниц на игривый лад и шутки вперемешку с хвастовством стали звучать всё громче и громче, Селла незаметно покинула Главный зал и поднялась в свои покои. Долго стояла у распахнутого окна, глядя на звезды и пыталась не думать о завтрашнем дне.

Одиночество долго не продлилось — раздался негромкий стук и в приоткрытую дверь просунулась голова Нирры.

— Селла… Не спишь?

— Что тебе?

— Да вот… Поговорить зашла…

— Ты извинилась перед Леммией? — холодно спросила Владетельная.

— Извинилась. Она тетка нормальная и зла не держала. Да и я поразмыслила тут и поняла, что была не права. Так что извинилась искренне.

— Тогда заходи!

Правая Рука была тоже на удивление трезвая и мрачная.

— Что, Нирра? Тоже не пьётся?

— И не говори подруга… Что ни глоток — то поперёк горла.

— Ты чего так сегодня на Леммию взъелась? Непохоже это на тебя!

— Да… Тяжело объяснить. Просто никогда меня с низшими не сравнивали. Хотя не то… Точнее и это тоже, но тут другое. — покаянно и немного сбивчиво произнесла Правая. — Позавидовала я! Этому самому мужичку Егг-Орру и позавидовала! Из года в год на службе «в лепешку расшибаюсь», а он пришел и вот так просто сделал многое, что у меня не получается! И ведь стараюсь изо всех сил, а его уже чуть ли не выше меня ставят! Чувствую себя бестолочью!

— Хоть и дура ты Ниррка, но не бестолочь! Не стоит