Фантастика 2026-53 - Игорь Сергеевич Макичев

— Один день ничего не решит, — уверенно заявил я. — А тебе все же необходимо развеяться.

Корсакова открыла рот, чтобы начать активно возражать, но вдруг в наш разговор самым беспардонным образом влезла княжна Демидова. И где только учат этих девиц манерам⁈

— Я тут невольно подслушала ваш разговор, — проговорила Дарья, отточенным движением аккуратно отложив приборы так, что они даже не звякнули. — И мне в голову пришла отличная мысль…

Как правило, с этой фразы начинаются все веселые истории.

— …давайте устроим двойное свидание! — закончила она озвучивать свою идею.

Мы с Ермаковым переглянулись, и я увидел отражение своего скепсиса на лице у парня.

— Мария со своим женихом с нами не пойдет, — начала пояснять Демидова. — А эти вообще убежденные холостяки, — девушка неопределенно махнула рукой в сторону Тугарина и двух пустых стульев рядом с ним.

— Эй! — возмутился Алмаз.

— Не верю, — парировал Ермаков, заставив Юсупова хохотнуть:

— И правильно делаешь! — заявил Тугарин. — Вам, скучным парочкам, остается лишь завидовать моей насыщенной жизни!

Так и хотелось буркнуть «давай меняться», но, боюсь, кроме Ивана эту шутку здесь никто не поймет.

— Да, почему бы и нет, — не слишком уверенно произнесла Корсакова. — Алекс, ты как?

— На твое усмотрение, — улыбнулся я, пожав плечами и все еще держа ее за руку.

Спустя пару минут девчонки уже щебетали между собой, обсуждая ресторан, кино и еще какую-то культурно-развлекательную программу на вечер. А еще через четверть часа я продемонстрировал Василисе новенький «Руссо-Балт» и бойцов сопровождения.

— Алекс, это лишнее! — округлила глаза Корсакова.

— А по мне, так в самый раз, — совершенно спокойно ответил я.

— Ну это… — она запнулась на мгновение, прежде чем продолжить. — Этот инцидент больше не повторится!

Этот нет, моя прекрасная наивная умница, зато не исключено, что может случиться другой. И нет гарантий, что в следующий раз я смогу тебе помочь.

Но пугать девчонку такими радужными перспективами я не стал.

— Мне так будет спокойнее, — произнес я. — Я не могу быть все время рядом, и хочу быть уверен, что с тобой все в порядке.

— Но это правда лишнее! — застонала Корсакова.

— Просто сделай мне одолжение и прими этот полезный подарок, — я приобнял Василису за талию, и она как-то быстро умолкла, притихла и вообще перестала подавать всякие признаки сопротивления.

— Ну, если только так… — выдохнула девушка.

— Вот и умничка, — пробормотал я, склоняясь к ее губам.

Москва, Лубянская площадь

— Скажи, друг мой, ты видишь то же, что вижу и я? — спросил Лютый, прокручивая перед Серовым запись прошедшей ночи на принесенном с собой ноутбуке.

Серов устало потер глаза:

— Немного контекста не помешает, — прокомментировал он, глядя на собеседника красными глазами.

— Знаешь, что это за наемники?

— М? — выдавая отсутствие желания играть в угадайку, подал голос тот.

— «Бульдоги».

— О, настоящие профессионалы, — оценивающе присвистнул Серов.

— Вот именно, — кивнул Лютый. — И я все думал, как у таких элитных наемников вдруг дала осечку блокировка магии?

Серов пощелкал в ноутбуке Лютого и прокрутил запись с начала, но уже в спокойном режиме, чтоб попытаться понять, что же от него хочет Игорь.

А спустя несколько прогонов Лютый, наконец, увидел, как понимание отразилось на лице товарища.

— Понял, да? — спросил силовик, глядя на собеседника с улыбкой.

— Да… — обалдело повторил Серов. — В жизни ничего подобного не видел!

— Что будем делать? — нахмурился Лютый.

— Ничего, — ответил его товарищ, равнодушно пожав плечами.

— То есть «ничего»? — не понял силовик.

— Совсем ничего, — повторил Серов. — Считай, у нас тут перспективный специалист, которого обязательно попытаются переманить к себе конкуренты.

— Это-то понятно, — отмахнулся Лютый, — но парень и сам не знает. Он, наверное, даже внимания не обратил и не заметил!

— И это прекрасно, — хищно улыбнулся особист. — Чем больше тянется времени, тем сильнее он погрязает в наших процессах, и тем сложнее будет конкурентам поманить его какой-нибудь воображаемой морковкой.

Товарищи еще раз посмотрели на запись с места событий, где один юный «перспективный специалист» игнорирует все законы магии и применяет техники в двойном кольце блокираторов.

Глава 19

Императорский Московский Университет, Василиса Корсакова

Прощаясь утром с Александром Мирным, Василиса держала лицо. Держала она его и по пути до общежития, и всю дорогу до Лубянки, и все время, пока люди в форме записывали ее показания.

Спокойным, ровным тоном Корсакова рассказывала подробности про аварию, гибель таксиста, короткий и не слишком успешный свой бой. Что видела, кто о чем говорил, кто куда смотрел, кто что держал. Слова, интонации, жесты. Следователи допытывались до каждой мелочи, заставляя раз за разом прокручивать в памяти одно и то же.

И она отвечала, повторяла, перечитывала записанное с ее слов.

Держала лицо.

Держала лицо, входя в здание общежития, поднимаясь на лифте на свой этаж, кивая соседкам, отсыпавшим гору шуток на тему проведенной неизвестно где, но известно с кем ночи.

Держала лицо, сдирая с себя плохо слушающимися пальцами одежду, которую планировала выбросить, а лучше сжечь.

Держала лицо, запираясь в ванной.

Выкручивая воду в душе до упора и вставая под струи горячей, почти что кипящей воды.

И лишь спустя четверть часа, когда жар и пар с трудом прогнали накопившийся внутри холод и страх, Василису прорвало.

Она рыдала, рыдала и не могла остановиться. По щекам лилась вода, горячая, соленая, и девушке казалось, что с этой водой в сток уходит вся ее прошлая жизнь.

Тихая, спокойная, беззаботная.

А сейчас она оказалась на пороге не только больших перспектив, но и больших опасностей.

По правде говоря, Василиса не была готова к такому стремительному развитию событий. Еще летом Корсакова была просто девочкой из хорошей семьи, пишущей по вечерам забавную программку и мечтающей встретить какого-нибудь хорошего человека. Заботливого, сильного, верного.

И вот шел ноябрь, у нее офис в «Ауруме», под началом команда, нанятая у боярского рода, который раньше ее не заметил бы, даже столкнись они в узком коридоре. Ее мужчина хорош, возможно, даже безупречен: силен, богат, спокоен.

Корсакова никогда бы не подумала, что приложением к этой сказке будет обратная сторона медали. Зависть подруг, гнев отца и смертельная опасность, которая, подобно тени, следует за ее мужчиной.

Все произошло так быстро. И для девочки, что дрожащими руками открывала конверт с результатами вступительных экзаменов, это было слишком.

И она плакала и плакала, и очень долго не могла взять себя в руки.

А когда, наконец, перекрыла воду, вылезла из душа и провела ладонью по запотевшему зеркалу, то увидела в отражении кого-то другого.

Кого-то старше, кого-то решительнее, кого-то сдержаннее и выдержаннее. Как будто та девочка из лета сейчас под струями огненно-горячей воды заковалась в броню.

Нет, она не