Тёмный Хогвартс. Второй курс - ВеенРок

До этого самого момента Северус Снейп и не подозревал, что мир, который находился внутри него, оказывается, был слишком громким. Невыносимо громким.

И теперь Северус не мог отделаться от раздумий, почему же раньше он не замечал того бесконечного клёкота, того утробного рёва, того гула, что смешивались в одну сплошную мешанину, образуя беспрерывный фоновый шум, с которым и жил всё это время. По какой такой причине он списывал всё на раздражение, на бездарных студентов и даже на собственное одиночество?

А сейчас, несмотря на его раны и ссадины, неосознанно выходя за рамки той боли, которую испытывала плоть, Северус был рад, спокоен и даже… Чист?

«Какое странное ощущение. И состояние моё не менее странно…».

Это был момент, когда до успокоенного и приведённого в норму разума ещё не дошли все те муки, что изощрёнными чарами передались и сконцентрировались на телесной оболочке волшебника.

Северус Снейп очнулся и в тот же момент попытался подняться, хотя его сломанные в нескольких местах ноги активно этому сопротивлялись. Но боли он не ощущал, да и со стороны себя не видел, так что, приложив несколько усилий, профессор смог-таки оказаться на своих двоих перед лицом замерших второкурсников.

Ему сразу не понравился их взгляд. Такой шокированный, жалостливый, испуганный…

«Почему они так смотрят? Что же сейчас такого произошло?», — пытался он найти ответ в своей памяти.

И почти сразу отыскал его.

Осознание, что он только что использовал «Империо» на одном ученике, «Круциатус» на двух других, поселило в нём грусть и тоску. Северус заразился тем состоянием человека, когда понимаешь и принимаешь свою вину, сочувствуешь пострадавшим, но никак не можешь понять, почему же всё это только что совершил.

От стыда и раскаяния он опустил взгляд вниз. А потом те залежи пыточных страданий, что вобрало в себя его тело, добрались, наконец, и до разума.

Практически сразу он упал в обморок от болевого шока. Даже не успел удивиться, что тот его настиг. Но и в отключке подобные страдания не думали затихать.

Сознание профессора Снейпа погрузилось в кромешную, пыточную тьму.

* * *

— И второй курс пока что не хочет выбывать со Свалки! Только посмотрите, как сильно рискует Гермиона Грейнджер, чтобы помочь своему однокурснику! Какой интересный выбор чар! — громогласно делился впечатлениями Ли Джордан, пока внутри купола сражались оставшиеся дуэлянты.

Северус сидел и надменно смотрел за массовым поединком, мимоходом вычленяя ошибки и подмечая интересные решения студентов. По левую сторону же ему что-то отрывисто и с перерывами на смешки шептал Филиус.

— Во-о-оу! Вы видели?! Я один это видел? Гермиона Грейнджер покинула свою область и выбыла из состязания ради своего товарища — Кайла Голдена! Вот это жертвенность, вот это смелость!

Глаза Снейпа застекленели. Ногти впились в деревянные подлокотники стула, да так, что вызвали скрежет.

Он сразу это понял. Подобные действия не могли быть вызваны ничем иным, кроме как магическим контрактом.

Снейп приложил значительные усилия, чтобы не сорваться прямо сейчас, на глазах у студентов, преподавателей и совсем рядом с Ним.

Он подождёт, потерпит до следующего занятия, хоть и будет мучить себя ассоциациями и днём, и ночью, где бы не находился и сколько бы зелья «сна без сновидений» не выпил. И тогда, если Северус подтвердит свои догадки, Кайлу Голдену останется лишь молить его о скорой смерти.

* * *

— А-А-А-А! — Снейп открыл налившиеся кровью глаза и стал без умолку кричать.

«Как же больно! Круциатус по сравнению с этим можно посчитать вполне терпимым! Почему меня до сих пор не убило от столь обширной порции мук?! КАК ЖЕ БОЛЬНО!!!».

— Силенцио, — своевременно произнёс женский голос. — Так и знала, что наложить заглушку на дверь было хорошей идеей.

«Минерва?».

МакГонагалл села рядом с ним и крепко его обняла, умудряясь своей хваткой сдерживать беспрерывные конвульсии.

— Всё хорошо, Северус, всё хорошо, — шептала Минерва, гладя его по голове. — Ти-ише-ти-ише, боль скоро уйдёт…

Но это было неправдой. В панике он попытался вырваться из объятий коллеги, но та наложила на него невербальные чары слабости, из-за чего муки продолжались, но вот двигаться и хоть как-то сопротивляться им стало очень и очень сложно.

«Она наслаждается… Прекрасно видит мои страдания, но не позволяет мне кануть в хоть сколько-то помогающее забытье сна. И именно для своих утех она вернула моё сознание в реальность…», — сделал горький вывод Северус.

Ему хотелось плакать — горько и беспомощно. Чтобы хотя бы таким образом выплеснуть боль от терзающих его пыток.

«Что же со мной творится? И почему в голове такая каша?».

— Ну всё, всё, хватит, — остановила сама себя Минерва после пары минут своих извращённых ласок. — Подожди меня здесь, сейчас я прогоню оставшихся негодников и отведу тебя в больничное крыло. А то негоже, чтобы профессора в таком виде заметили ученики.

Его коллега вернулась и правда довольно быстро, хотя с воющим болевым центром в мозгу и сопровождающими искалеченное тело судорогами время текло до ужаса медленно.

— Дэсине Долорум, — прошептала она чары. — Спи, Северус. Спи. Сомнус.

И опять Северус Снейп провалился в сновидение, теперь уже более глубокое.

* * *

Он быстро двигался по коридору Хогвартса, не обращая внимание на проходящих мимо студентов — зачастую расталкивая их, если они мельтешили в проходе.

— Ай! — пискнула девочка-второкурсница.

— Смотри куда прёшь, Снейп, — кричали ему сзади.

Но мысли его в этот момент были далеки отсюда.

«Лили. Где же ты… Что с тобой сделали эти уроды?!».

Он обошёл уже два этажа, врываясь в заброшенные кабинеты и осматривая всевозможные тихие места замка.

«Четыре часа… Как же всё это невовремя! Продержись, милая… Я найду тебя. Обязательно найду…».

Больше всего Северус боялся, что они утащат Лили за пределы замка. По школе давно гулял слушок, будто бы Мародёрам доступен проход в Хогсмид. Ну а к фанатикам у всего преподавательского состава в нынешние времена было довольно попустительское отношение, что совсем не удивительно — они были единственными, кто столь яро и так открыто поддерживал директора в противостоянии с Тёмным Лордом.

«Глупцы и бездари, позволившие Дамблдору запудрить себе мозги. Ничего, Лорд набирает обороты, сторонники слушают его речи о безопасности детей, а Министерство стремительно теряет лояльных себе волшебников… Директору явно осталось недолго коптить это небо».

Северус уже заходил на третий этаж, когда буквально краешком зрения заметил наверху лестниц-в-движении промелькнувшую физиономию.

«Люпин! А где он, там и Поттер с Блэком. И Лили!».

Он рванул вверх, перепрыгивая несколько ступенек за раз