Фантастика 2026-12 - Виктория Юрьевна Побединская

— Твоя клиентка?

— Ты меня понимаешь, — зло произнёс я. — Можешь говорить мне о том, что я занимаюсь глупым рыцарством или ещё какую-нибудь чушь. Но я хочу ей помочь, потому, что хочу это сделать. Потому, что никто и не подумал ей помочь за всё то время, что она пыталась добиться справедливости для себя и других детей из этого чёртового приюта.

Достав телефон из кармана, я открыл статью, которую нашёл ещё сегодня утром и бросил на стол перед ним.

— Хочешь знать, почему я так взвинчен? На, почитай. Это тебе для ознакомления с ситуацией.

Князь несколько мгновений сверлил меня взглядом, после чего взял телефон в руки и принялся читать.

— Она…

— Её подруга, — кивнул я. — Сделала это во время одного из визитов фонда. Информации об этом случае нет нигде. Я проверил.

Строго говоря не я проверил. Пётр. Он связался со мной пока я ехал сюда. Прошерстил всю информацию какую только можно было найти, но смог нарыть всего одно упоминание в сети об этом случае. Девушка покончила с собой прямо в приюте.

Разумеется, то, что информации нигде нет, очень характерный признак того, что это дело пытались замять. Тем не менее, до конца, видимо, так и не смогли. Это и историю о том, что Лиза ездила навещать погибшую подругу, дали пусть и не самую приятную, но всё-таки пищу для размышления.

— Что бы ты знал, я не брошу это дело, — сказал я глядя ему в глаза. — Думай, что хочешь. Называй меня, как хочешь. Это моё решение. И я не стану его менять вне зависимости от того, будешь ты говорить мне что-то или нет.

Князь поморщился и бросил недокуренную сигару в пепельницу.

— Как же с тобой сложно, дьявол, — почти простонал он. — Ты можешь быть хотя бы чуть-чуть…

Князь запнулся и раздражённо цокнул языком.

— Что?

— Быть поменьше похожим на своего отца.

Почему-то мне это сравнение не понравилось абсолютно. Хотя бы потому, что мне хотелось верить в то, что я сам себя делаю.

— Главное не кончить так же, как он, — ответил я. — Так, что? Я встаю и ухожу или…

— Не всё так просто в этом мире, Саша, — Князь вздохнул и протянул телефон мне назад. — Есть в этом мире люди… Если хочешь, то можешь называть их теневой аристократией.

Услышав это я едва не рассмеялся.

— А более глупого названия они себе придумать не могли? — спросили я, на что Князь просто пожал плечами.

— А они его и не придумывали. Почти никто из них, за исключением самых старых. Теневые аристократы в Европе. Завет трёх Драконов в Китае. Чёрный Лотос в Японии. Везде есть… нечто вроде организации, которая контролирует всех остальных. Торговля людьми. Наркобизнес. Заказные убийства. Отмывание денег. Торговля оружием. Контрабанда… да вообще всего на свете. Так или иначе, но начни разрабатывать одного мелкого выродка и в конце-концов придёшь к ним. Если, конечно, не сдохнешь раньше.

— А при чём тут «Счастливый Путь»?

— Без понятия. Просто мой человек знает о том, что Меркулов… скажем так, он имеет крайне неприятных «друзей» в Завете. Друзей, которые и предоставили ему возможность получить силу.

Так. Подумаем. Что я знаю о Регалиях. А Князь говорит именно о них. Они дают возможность передать силу одного человека другому. Но там есть свои ограничения. Если не ошибаюсь, то они индивидуальны и зависят от носителя Регалии. Вроде бы… эх, почему когда под рукой нет Лара, когда он так нужен. Этот бы точно всё быстро растолковал бы.

— Ладно, — я задумчиво сложил руки вместе перед собой и опёрся локтями о стол. — Допустим, что это так и у него есть сила. Я всё равно не понимаю, при чём тут приют и дети.

— А я тебе этого не скажу, — хмыкнул Князь и взяв сигару из пепельницу, принялся раскуривать её от зажигалки. — Но это и не важно.

— Что ты…

— Саша, нельзя просто так взять и «работать» с Заветом, — чеканя каждое слово произнёс он. — Это кабала. Буквально рабство. Они не какие-то дельцы, которые могут предоставить тебе одну услугу в обмен на другую и всё. О, нет. Если ты попросил их о чём-то, то можешь быть уверен в том, что будешь расплачиваться до конца своей жизни если не больше.

— Это в каком смысле?

— Есть варианты, к сожалению. Главное, что тебе надо знать — тебе нельзя приближаться к Меркулову. Если он связан с Заветом, то они рассматривают его исключительно, как свою собственность. Как нечто, что принадлежит им. А посягательство на свою собственность они не прощают. Никогда. Даже я со своими… возможностями, скажем так, стараюсь избегать их, как огня.

— То есть, если я не брошу это дело, то могу перейти им дорогу…

— Без «могу», Саша, — тут же поправил меня Князь. — Это обязательно произойдёт. Рано или поздно. Без разницы. Но случиться гарантировано. Поэтому я хочу, чтобы ты очень, очень хорошо подумал о том, что ты собираешься делать.

— Ясно.

Да ладно, какое там ясно. Ни хрена мне не ясно на самом деле. Очень хотелось бы, чтобы я после этого разговора встал из этого кресла с полным осознанием ситуации и планом действий в голове…

…только вот так не бывает. Всё, что я получил — подтверждение одной догадки и кучу новых вопросов и сомнений.

— Ясно, — повторил я, вставая из кресла.

— Что будешь делать? — поинтересовался Князь.

— Буду думать, — честно признался я. — Сначала думать, а потом уже делать.

— Тогда я советую тебе очень хорошо подумать, — проговорил он, зажав зубами кончик сигары. — Очень хорошо, Саша. Потому, что в противном случае другого случае тебе может не представится.

— Ты…

— Я помогу. Но не думай, что мои возможности в противостоянии с такими людьми достаточно широки, чтобы нивелировать возможные последствия.

— Я тебя понял.

Повернувшись к нему, я пошёл к двери, но на полпути остановился.

— Ещё один вопрос. Ты сказал, что они есть везде. Правильно ли я понимаю, что Браницкий…

— Он часть этой системы, — кивнул Князь. — Считай его чем-то вроде меньшего зла, которое сдерживает остальных от того, чтобы они не начали хозяйничать на нашей