"Фантастика 2026-194". Компияляция. Книги 1-18 - Мария Геррер

Стрелок ушел в шпиль за боезапасом. Где тельмахи он знает. Даргул же просто смотрит на теряющуюся в вышине часть шпиля. Веками он пытался туда пробиться.

— Забавно и иронично.

— Ты о чём, Нико?

Встаю рядом и также задираю голову вверх. Остатки уничтоженного летающего кильма убрали, но следы его крови ещё видны на стене.

— Если бы я знал, что ты ищешь, то сам бы тогда привел тебя на вершину. Чтобы ты увидел. Правда тогда и я был не в курсе, а что там наверху.

— Некогда смотреть, — отвечает бывший вестник. — Там действительно всё так плохо?

— Ты ведь в курсе, что воспоминания на церебрале нельзя подменить? В этом мире себя обмануть сложно.

Даргул только качает головой. Дим, который последнее время всё больше молчит, напоминает мне картину поверхности за хрустальным куполом. Темное безвоздушное небо, солнце и звезды, которые освещают пейзаж наподобии лунного. Цветущий мир уничтожен ядерным оружием неизвестной расы. Они хотели спасти свою расу от захвата Тенями. Только уничтожение целого мира из не спасло. Мы теперь и это знаем.

Ответа я не дождался. Просто бывший вестник не успел ответить.

— Враг! — раздаётся за спиной истошный крик.

Мы уже по привычке отпрыгиваем в стороны, чтобы избежать выстрела в спину. Поворачиваюсь и ищу глазами противника. И хорошо, что проваливаюсь в состояние слияния. Иначе орал бы матом от перспектив предстоящего сражения.

Четырёхметровый гигант, бронированный древний воин стоял на стене в полный рост и наводил на нас свои биопушки самого крупного калибра.

Глава 17

— Да как вы уже мне все надоели!

Этот крик души выразил всю глубину раздражения Трама. Бывший хранитель лишь взмахнул рукой, а мы все просто офигели от того, что случилось следом за этим. Да, слияние распалось, и Дим просто показал, как натягивает пару плачущих бобров на свечи и начинает часто стукать ими друг о друга. Похожие чувства были и у меня, но выразил я их словами.

— Ипутся кандибобрики!

— Этот мир совсем долбанулся.

Повернув голову в сторону вижу не только сказавшего это инсекта, который качает головой, но и крайне удивленного Даргула. Глаза круглые, челюсть отпала вниз, бровь дёргается, так что зрелище то ещё. Это можно было бы назвать даже забавным, но акульи зубы если кого и заставят улыбаться, то крайне сдержанно и несмело.

— Я не причём, — выражаю осипшим голосом свои мыли. — Сам удивлён.

И было чему удивиться. Гигантского воина, который дёргал всеми конечностями, просто кидало из стороны в сторону. Как теннисный мячик. И делали это два здания, которые отрастили щупальца. Дим аккуратно мне напоминает, что это опция местных биоконструктов по умолчанию. В этот сектор часть из них в прошлом перемещалась своим ходом. Но одно дело знать это из записей церебралов и совсем другое видеть воочию.

Наконец правая пара щупалец сделала мощный пас, вторая отбила подачу в сторону, а древний воин улетел в сторону шпиля перерождения. С громким хрустом ломающегося панциря и костей он воткнулся в стену, а потом сполз вниз с высоты больше полусотни метров. Влажный след, что оставался за ним на стене прямо говорил, что наш несостоявшийся противник нежилец.

— А так можно было? — наконец задал один из вечных русских вопросов Даргул. И я его понимаю.

— Если бы Танат так в приюте действовал, то Вальт с Лависом бы не ушли.

Трам усмехается и подходит к нам с добрым видом:

— В вашем последнем приюте старые конструкты. Это сейчас Танат их эволюционирует. Отчасти для изменений в городах ему и нужна биомасса. Но после столкновения с реликтом он и придумал эту защиту и сообщил нам. Даже не представляю, как вы с ним тогда справились.

— Цинично избили на пару с Даргулом и голову оторвали.

Наверное, я это слишком громко сказал, так как вокруг резко стало тихо. Если на своего лидера эти головорезы смотрели пусть с опаской, но уважительно, то меня они будто побаиваться стали. Некоторые даже шаг назад сделали.

— Я ещё боялась, что мы проиграли этому…

Майра только рукой мазнула, косясь на останки того, кого Трам назвал реликтом. Он явно что-то о них знает. Ведь несколько столетий, а может и больше, он был хранителем шпиля. Многого мог навидаться.

— Вы заставили истинного вестника попотеть, когда он противостоял вам. Большего я от вас не мог и просить.

Вот как многое разумные могут выразить взглядом. Именно так воскрешенные бойцы выражают своё удивление словам Даргула. Вот теперь я понимаю, почему за последние дни он не общался с некоторыми своими разами. Чтобы объединить эту армию под своим командованием, он создал образ, который внушал страх и повиновение. Маску умного, но немного сумасшедшего военачальника. Последнее, что они помнят, так это то, что он отправил на смерть