Фантастика 2026-17 - Максим Мамаев

Очень действенный ритуал, способный на весьма глубоком уровне провести анализ магических действий — обычными методами искать следы в городке, где обладателей магии каждый пятый, сосредоточено немало разных магических производств, пусть и кустарных, да к тому же отгремела битва было занятием почти безнадежным… И ладно б драка чародеев попроще — после той свистопляски, что мы с вампиром устроили в небе над городом, взбаламутив волны эфира, астрала и самой маны, стандартные способы не годились. Либо привлекать специалистов нужного профиля, которых у нас не было — даже Петр, несмотря на своё бурное Канцелярское прошлое, больше диверсант и полевой агент, а не сыскарь — либо действовать чем-то реально могущественным. И так как первых под рукой не было, придется прибегать ко второму.

Ритуал Агнес, о котором я упомянул, гарантированно дал бы хоть какие-то результаты. Его создательница была вообще очень колоритным персонажем — маленькая, метр шестьдесят, зеленоглазая и русоволосая чародейка, которой было на момент моего скоропостижного отправления в этот мир уже девять веков, служила моей прошлой родине много веков. Великий Маг одних Сверхчар, что за восемь веков со взятия девятого ранга так и не смогла шагнуть дальше этой границы, была одним из самых необычных чародеев, которых я знал.

Не преследуя личного могущества, интересуясь деньгами лишь в ключе необходимости оплачивать свои сумасшедшие в финансовом плане эксперименты и исследования, плевать хотевшая на власть и политику и питающая отвращение к войне… Такой вот была Агнес — незаконнорожденная дочь какого-то затрапезного барона из тех земель, что позже стали именоваться Пруссией, а затем стали частью Германии, и пленницей-рабыней из Московского царства, что прошла нелегкий путь становления чародейкой, поссорилась со старшим братом, наследником барона, опасавшегося своей чрезмерно талантливой сестры, вынужденная бежать, много лет скитаться и попадать по всей Европе в разные неприятности и наконец обретшая дом на родине матери, она была безумно влюблена в магию как науку и искусство. Первые два с половиной века она жила в Европе, но затем у Папы Пия Четвертого лопнуло терпение после очередной её выходки (когда она пыталась оспаривать что-то там из очередных церковных энциклик, уверяя, что сие есть мракобесие) и чрезмерно уверовавшую в свою неприкосновенность чародейку едва не сожгли на костре… Тогда-то она и решила, что пора драпать на родину матери — и у нас она прижилась.

В войны и прочие потрясения, периодически сотрясавшие Русь, а иной раз и весь мир, её особо не втягивали — её гений как чаротворца и создателя новых ветвей магии, а так же той, кто помогал новым Высшим и Великим Магам с освоением их сил, был слишком полезен, что бы рисковать ей в бою. Это дуболомы вроде меня в мирной жизни либо сидят и обрастают мхом, либо так или иначе лезут в политику, нервируя правителей, а Агнес была другим делом. Одни её за это тайно презирали, другие уважали — но никто не лез. Ну а прозвище Любопытная пришло вместе с ней ещё со времен первых её шагов в магии…

Ритуал был на основе магии Астрала, в котором я был не очень силен, требовал очень точных расчетов, которые придется проводить перед применением, огромных затратов сил и, разумеется, ресурсов, куда уж без них. Причем часть ресурсов, что тут потребуются, я уже планировал использовать совершенно иначе. Ну да что теперь поделать? Зато Ритуал никакие возмущения в магическом плане, что здесь происходили, не сумеют от этих чар полностью сокрыть все следы.

За своих людей надо мстить. Сопли на кулак наматывать и исходить желчью попусту, как правильно заметила Ярослава, это не про меня. Но это не значит, что я что-то забуду или прощу — сколько бы не понадобилось времени, я однажды достану эту тварь. Не сейчас, так когда верну себе полную мощь — те, кто живет долго, и обиды тоже помнят очень долго… А, сука, мстительный и злопамятный. Настолько, что даже записывать ненужно — и так всё запоминаю.

— Ну, кое-что всё-таки есть, — вывел меня из раздумий голос Петра. — Тут одна команда отличилась, из числа вольных охотников — те, что к Роду напрямую не примкнули, но обосновались в Николаевске и занимались охотой на тварей, предпочитая добывать не слабую массовку, а отдельных, дорогих и сильных тварей. Захватили одного из кровососов… И я всё понять не могу, каким образом — с одной стороны, в их рассказе и словах очевидцев событий всё однозначно и сходится, но с другой… Не будь стольких свидетелей произошедшего и не используй я сыворотку правды и магию, что бы проверить их на ложь, я бы в такой парад совпадений не поверил. Они умудрились поймать мало того, что кровососа шестого ранга, так ещё и главного среди них, того, что командовал. И экипирован он был, надо сказать, не каждый Старший Магистр из знатнейших фамилий таким похвастать может… Не говоря уж о том, что при нем была свита. кою эти безумцы почти всю выкосили.

— Что за команда такая? — заинтересовался я. — У них свой Старший Магистр был?

— В том-то и дело, что нет, — развел он руками. — Говорю же — парад совпадений и невероятного, нереального везения. Две мары уровня Адептов, один волколак, что-то среднее между Адептом и Мастером — у них ведь четких рангов нет — полуночница четвертого ранга и два человека — едва взявший третий ранг молодой парень и чернокнижник в ранге Младшего Магистра.

— Ну-ка, веди меня к этим героям, — заинтересовался я. — Во первых, они, в отличии от нас, награду точно заслужили… А во вторых — таких кадров надо вербовать. Чую, лишними такие добры молодцы не будут точно.

И едва мы взмыли в воздух, как меня настигло телепатическое сообщение. Пришедшее совсем невовремя… Его Высокопревосходительство Павел Александрович Романов не поленился использовать могущественные чары и передать мне телепатическое сообщение, гласящее, что меня и моих приближенных ждут в его резиденции в тридцати километрах от разрушенной столицы губернии.

Ну, удивляться, что его люди где-то здесь устроили ухоронку, а то и не одну, с ретрансляторами Магии Разума — очень недешевыми и чаще всего одноразовыми предметами — не приходилось. Ну ничего, Хельгу я, конечно, очень хочу увидеть… Но вот по остальным не сказать, что бы очень скучаю. Так что дражайший