Фантастика 2026-80 - Мария Фир

— Тогда скажите своей лесной красавице, что в спальне для нее лично подан медово-ореховый торт.

Финли исчезла моментально. Грета только тяжело вздохнула — у лисицы настроение порой походило на лесной пожар. Непредсказуемое и неукротимое. Так что мэдчен Линдер давно привыкла к вывертам хвостатой подруги. Вот только сейчас творилось что-то совсем уж выходящее за рамки. Финли всегда уточняла, что она не животное, а зверь. Но при этом старалась не попадаться на глаза людям, а если попадалась, то вела себя как обычная лиса. Зато сейчас из нее во все стороны торчали совсем не животный характер и навыки. Да и то, что она продемонстрировала принародно свое умение исчезать… Все это ставило Грету в тупик.

— У тебя удивительный зверь, — обронил Алистер. — Ты ее научила телепортироваться?

— Нет, она самородок.

— Нам нужно поговорить. — Некромант коснулся руки Греты, и та выронила десертную вилочку.

Глядя, как серебряная вещица подпрыгивает на полу, мэдчен Линдер сама у себя спросила, стоит ли сердиться на Финли? Все же не лисица виновата, что у Греты руки растут не из того места и не той стороной.

— У вас уже гостит… — Она сделала соответствующую паузу и вскинула брови, позволяя некроманту договорить.

— Да, — кивнул он. — Сам не ожидал, на самом деле. Но одна слишком бойкая пожилая мора сегодня форсировала ограду и пробралась в особняк. И я, при всем своем опыте, нашел ее лишь благодаря везению.

— Везению по имени Дони? — невинно уточнила Грета.

— Дони наказан.

Мэдчен Линдер побледнела. Почему-то ей стало жаль противного призрака. Мальчик все же не заслужил… А чего он, собственно, не заслужил? Чем можно наказать призрака?

— Что же вы с ним сделали?

— Запретил покидать свой шкаф, — усмехнулся Алистер. — Призрак не чувствует боли и голода. Единственное, чем его можно припугнуть, — скука.

Наконец, десерт был съеден, и Алистер встал из-за стола. Музыка стихла, лица сидящих соискательниц обратились к нему.

— Приятного дня. Грета, за мной.

Идя следом за уверенным в себе некромантом, мэдчен Линдер ощущала себя не то дрессированной собачкой, не то счастливейшей из мэдчен. И, к сожалению, одно чувство от другого было неотделимо.

— Подойди ближе, телепортируемся, — бросил он.

«Телепортом» он назвал свой странный переход сквозь колючий, ледяной ветер. Грета спрятала голову на плече Алистера. И тихо охнула, когда помимо холода почувствовала легкую щекотку. И, едва они вышли в затененный коридор, спросила:

— Меня пощекотали, что это значит?

— Возможно, ты кому-то приглянулась? — подмигнул некромант.

Грета польщенно улыбнулась и не сразу поняла, что шли они через владения смерти. А значит, приглянулась она совсем не тому дерру, который может стать воплощением девичьих грез!

— Где мы? Это опять ваша половина? Куда мы идем?

— Да, сюда можно пройти только со мной. Мы идем в мой кабинет.

В коридоре преобладала такая же мрачная эстетика, как и на этаже соискательниц.

— Кто обставлял дом?

— Моя названая сестра. Ей нравилась эстетика смерти.

— О, мы увидим ее? — спросила Грета.

С тяжелым вздохом, Алистер покачал головой:

— Только если ее потомка. Впрочем, за поворотом ты сможешь увидеть ее портрет.

Пока Грета гадала, пытаясь высчитать возраст дерра Ферхары, они дошли до портрета. С большого полотна на мэдчен Линдер взирала чернокосая и зеленоглазая красавица. Полные алые губы кривились в презрительной усмешке. В волосах ее сверкала алмазами тиара, удивительно гармонирующая с бриллиантовым гарнитуром на тонкой гордой шее.

— Она была очень красива, — с искренним восхищением произнесла Грета и покосилась на некроманта.

Какова вероятность того, что он до сих пор любит эту статную красавицу? Оценив тоскливый взгляд Алистера, направленный на картину, Грета кивнула сама себе — высочайшая вероятность.

— Да, ты права. Идем, мы почти пришли.

До смешного узкий коридор привел к исполинским дверям. Двустворчатые монстры в три человеческих роста служили преградой на пути к кабинету.

— У вашего архитектора было все в порядке? — настороженно спросила Грета.

И, едва двери распахнулись, восторженно вскрикнула — они оказались на пороге огромного, невероятного зала, пронизанного солнечными лучами. Далекие колонны увивал плющ, а под ногами… А под ногами был изрядно растрескавшийся мрамор.

— Это специально так? — Грета присела на корточки и коснулась пола. — Надо же, гладкий.

— Это такой стиль, — рассмеялся Алистер. — Идем, двери на той стороне.

И Грета загадала: если на той стороне такие же исполинские двери, а кабинет мал и крохотен, то все будет хорошо. Отец откажется от своих притязаний, она помирится с бабушкой, выиграет отбор и станет лучшим специалистом. И тогда, возможно, некромант заметит ее не как неловкую дурочку, а как сильную, талантливую и интересную колдунью.

«Все равно красотой мне не взять, — вздохнула она про себя. — После той яркой и броской женщины я кажусь молью. Все у меня светлое да блеклое».

Глава 9

Когда двери открылись, рассмотреть кабинет удалось не сразу. Ведь прямо в Алистера полетело мощное проклятье. И сразу за ним — крепкий дубовый табурет.

— Бабушка! — крикнула Грета. — Прекрати!

— Все в порядке, — хмыкнул некромант и убрал щит. — Хотя табуретом в меня никто не бросал уже очень давно.

— А раньше бросали? — удивилась мэдчен Линдер.

— Видимо, было за что, — холодно произнесла мора ван Линдер. — Грета, я недовольна тобой.

— А почему это не тот кабинет, в котором мы были вчера? — невпопад спросила Грета.

— Потому что вчера это был мой личный кабинет. Я в нем работаю над своими проектами и редко приглашаю гостей, — улыбнулся Алистер. — А это парадный кабинет главы рода.

Парадный кабинет выглядел весьма и весьма представительно. Самое удивительное, что стены оказались облицованы драгоценным паутинным деревом арз-таэй — остатком эльфийской цивилизации. Ну, по крайней мере, так принято считать, и Грете нравилось представлять, что когда-то в горах жили невысокие, остроухие и зеленоглазые эльфы. По сей день там находят небольшие плато, на которых и растут арз-таэй.

Не удержавшись, Грета подошла к стене и положила руку на теплое дерево. Говорят, что ствол паутинного дерева не нужно делить на доски — вымоченное в солевом растворе дерево разматывается так, будто скручено из одного тонкого листа. Оно не горит, не тонет, его нельзя проклясть и пробить. Когда паутинных деревьев было больше, у боевых магов особым шиком считалось заиметь камзол с деревянными пластинами. Сейчас это уже из разряда невероятной роскоши.

— Грета, не время рассматривать стены, — окликнула ее мора ван Линдер.

— А когда ж еще такую красоту увидеть доведется? Проблемы-то нескончаемые. — Грета зачарованно погладила темно-медовую древесину и проследила пальцем едва видимую серебряную прожилку.

Паутинку прожилок было видно только под особым углом или в