"Фантастика 2026-163". Компиляция. Книги 1-22 - Алексей Иванович Ефимов

Лэйми шарахнулся назад, на лестницу... и вдруг вновь повис в чем-то неосязаемом, враз выпившем все силы и не дающем двигаться.

Он осознал, что это страх. Его только что решили убить – просто так, ни за что, – и это настолько не укладывалось в его представления о мире, что он оторопел. Он понимал, что должен бежать, пока это ещё возможно, но просто не мог сдвинуться с места – словно в каком-то сне, или, вернее, в каком-то кошмаре.

Охранник завернул за угол и они столкнулись буквально лицом к лицу – очевидно, он полагал, что чужак, скрывшись, удирал со всех ног, и на миг растерялся, едва не налетев на него.

Механически, совершенно бездумно, Лэйми перехватил руку с пистолетом, отводя её от себя вверх, и так же бездумно ударил парня босой ступней между ног. Тот беззвучно упал на колени, его рука дернулась и пистолет выстрелил ещё раз. Внезапный грохот и вспышка огня напугали Лэйми почти до смерти. Он вырвал оружие из обмякшей ладони и бешено, наотмашь, ударил рукоятью по стриженой голове. Тяжелое тело бесшумно ткнулось ему в ноги, едва не опрокинув юношу. Лэйми испуганно отскочил.

Какое-то время он совершенно не мог думать. Стена с частью двери застыла перед ним, как картинка, и он тупо смотрел на неё, не понимая, кто он и что с ним.

К реальности его вернул бешеный топот в коридоре. Внезапная победа превратила его страх в ярость и он сам вышел навстречу врагу. Мчавшийся парень – ещё крупней первого – немедленно остановился, и, вскинув пистолет (он уже держал его в руке) мгновенно выстрелил. Лэйми так же бездумно вскинул оружие и нажал спуск. Он стрелял первый раз в жизни и отдача больно рванула его расслабленное запястье. Охранник вдруг дернулся и нелепо изогнул руку, словно стараясь прикрыться оружием. Лэйми понял, что попал, и в бешеном исступлении нажал на спуск ещё несколько раз, – пока затвор не отскочил назад, а охранник не грохнулся навзничь.

Юноша замер, направив оружие на неподвижное тело. До него постепенно начало доходить, что сам он совершенно цел. Охранники промахнулись дважды, а он попал, хотя прежде ни разу не держал в руках оружия.

При этой мысли его страх совершенно исчез. Мягко ступая, не опуская пистолета, он пошел вперед и остановился над распростертым телом. В ушах у него звенело.

Охранник так и не выпустил оружия из рук. Рифленая рукоять была крепко зажата в его кулаке. Его куртка была разорвана в шести местах, но крови почему-то не было – лишь на левом плече расплылось темное пятно.

Лэйми присел и осторожно сжал толстое волосатое запястье, стараясь нащупать пульс, но не сумел, – прежде ему не приходилось этого делать. Во всяком случае, когда он, неловко перехватив пистолет, попробовал отыскать пульс у себя, результат был тем же самым. Потом он вспомнил, что пульс можно отыскать на шее, но боялся прикасаться к горлу охранника – вдруг тот уже покойник?..

Что-то вдруг сильно ударило его в спину; если при этом и был какой-то звук, он его не услышал. Обернувшись, он увидел второго охранника – тот сидел в проеме лестничной клетки и целился в него из другого, маленького пистолета. Половина его головы была залита кровью, но он выстрелил ещё раз. Лэйми увидел вспышку, потом словно раскаленный прут пронзил его тело насквозь. Боль была такой ослепительной, дикой, что его сознание даже не погасло, а оборвалось в одно мгновение, как лопнувшая струна.

Глава 7: Находки в темноте

Гитоград, 0-й год Зеркала Мира,

Вторая Реальность.

1.

Остаток этого вечера Найко запомнил весьма смутно. Лицо Охэйо было столь красивым, что казалось ему нарисованным, ненастоящим, – но оно было более чем живым, и от одного этого у него кружилась голова. Принц умел приводить окружающих в состояние полного ошаления – отчасти, это было его работой, отчасти – врожденным талантом. Это был, конечно, уже совсем другой человек. Внезапное появление старого друга он встретил с мальчишеской радостью, – совершенно искренней, – но Найко вдруг обнаружил, что просто не может смотреть ему в глаза. Очень яркие, они словно вбирали в себя его душу, превращая каждый взгляд Охэйо едва ли не в дар божий. При этом казалось, что они расстались лишь вчера. Они говорили о вещах, которые любому другому показались бы чушью: об их прерванных играх, о «кладе» – коробке с безделушками, которую зарыли под расщепленным деревом, и только потом – о вещах более важных: о том, как они жили всё это время. Найко понимал, что говорит в основном он один, но это его мало трогало. Когда он рассказал, как его пытались продать в рабство, Охэйо вдруг рассмеялся, словно заяц из мультика.

– Что в этом забавного? – спросил Найко. Его разозлило неуместное веселье друга.

– Приятно знать, что я настолько популярен, – Охэйо видел, как Найко возмущен, но это его явно не трогало. – Ты вряд ли понимаешь, насколько тебе повезло. Старина Хиббл редко упускает добычу.

– Ты его знаешь?

– Конечно. Он влиятельный человек.

– А тот, кому он звонил?

– Джак Овао. Один из самых крупных работорговцев. Его отец, Кен Овао, пытался похитить и меня, когда мне было всего лет двенадцать.

– И?..

– Я не сказал «пытался»? Его подвело не в меру крепкое здоровье: он умер лишь после семнадцати дней пыток. Иногда принадлежать к Правящему Дому бывает очень полезно. Вот с тех пор они меня и боятся.

– Но ты знаешь их всех, и не...

– Я давлю гадов, когда они лезут мне под ноги, но я не гоняюсь за ними специально: это мой город, но и их тоже. Я не лезу в их дела, они – в мои. Иное... слишком утомительно.

– Но ты мог бы...

Охэйо взглянул ему в глаза. Его лицо стало очень серьёзным.

– Прежде, чем парни из Тайной Стражи нашли меня, прошло три дня. Я не лишился невинности – она стоила слишком дорого – но плети я попробовал. И потом целый день провисел нагишом, на связанных руках, весь иссеченный в кровь – после того, как пнул этого ублюдка в промежность. Он едва не спустил с