Миры Доставки 1-14 - Юрий Иванович

— Братан, Кур Шен Ли! Ты чего такой смутной и печальный?

— Так ведь совсем полечиться не с кем, — пожаловался атташе. — Только вот недавно генерала встретил, так он только последние новости пересказал и бежать. Я ему вслед: "А по маленькой!?" Так он только рукой махнул. Что это с ним?

— Ха-ха-ха! — заржал во весь голос полковник, нисколько не стесняясь ещё нескольких подчиненных, которые крутились рядом, — Стареет наш командир, стареет! Раньше он никогда от таких предложений не отказывался!

— А ты откажешься?

— И не стыдно? — сквок из-за своего низкого роста не мог обнять гостя за плечи, но нисколько не стесняясь прижал за талию и поволок в дальний закуток своего огромного кабинета. — Вот! Я тебя давно жду!

Его лапища, словно сапёрская лопатка хлебосольным жестом указала на уютный столик, заставленный бутылками и многочисленной, но отменной закуской. Сам безмерно удивляясь своим актёрским талантам, атташе радостно взвизгнул и в порыве чувств чмокнул низкорослого горбуна в макушку:

— Есть счастье в этом мире, есть! — глядя, как водка плещет в чистую, вынутую из отверстия в стене рюмку, сделал существенное дополнение: — Особенно когда рядом такой надёжный товарищ!

Полковник так расчувствовался, что чуть не всплакнул:

— Эх! Как это здорово, иметь таких союзников! За дружбу! — они залихватски выпили, но если гость сразу стал закусывать, то хозяин кабинета лишь протяжно выдохнул и поинтересовался: — У вас там все такие классные ребята?

— Откуда?! У нас там ни пить не умеют, ни праздновать! Никакой культуры отдыха и наслаждения. Я до сих пор своему счастью не верю, что именно меня к вам послали. Хоть нормальной водки попробовал.

В следующий момент его рюмка опять оказалась полна, а сердобольный товарищ пробормотал с жалостью:

— Да ты пей, пей, не стесняйся. — Себя он тоже обнести не забыл. Выпили, закусили. Но после этого, полковник понизив голос, извинился: — Тут у нас дела, но ты можешь возле меня остаться и мы будем время от времени подлечиваться. А, как тебе?

— Да я с тобой хоть сутками готов! — с блестящими глазами выпалил Кур Шен Ли. И кивнул подбородком в сторону центрального стола, — Только как же с секретностью?

На что горбатый полковник только крякнул и поманил своим пальцем-сарделькой гостя за собой. Атташе успел соорудить огромный бутерброд, благо здешними традициями и обычаями подобное обжорство только приветствовалось, и пошёл следом.

— Господа, — рыкнул начальник штаба, опять встав за столом. — Предупреждаю о сохранении государственной тайны в отношении нашего чудо-оружия. Ни одного слова! Но, в то же время, наш союзник может и должен быть в курсе всей операции на Хаитане по розыску и поимке наследника Реммингов. В этом вопросе у нас перед ним секретов нет.

Остальные сквоки лишь понятливо кивнули, делая себе зарубку в памяти и можно было с уверенностью заявлять: и в самом деле не ляпнут ни слова лишнего. Пусть даже напьются до поросячьего визга и станут ползать не четвереньках, но тайну не выдадут. В этом уже не раз приходилось убеждаться, и попутно удивляться, как эти пьяницы умудряются контролировать самое важное в своей речи?

Но с другой стороны, всё равно некие словечки, намёки и фразы проскакивали, и опытному разведчику не составляло большого труда всё это проанализировать и привести в единую систему. А потом и сделать правильные выводы. Казалось бы чего проще, Кур Шен Ли считался одним из самых лучших в Пиклии, недаром именно его Де Ло Кле послал на такие важные переговоры. Только вот имелось одно важное и почти непреодолимое препятствие на пути к правильным выводам: к тому времени когда следовало начинать грамотно направлять разговор в нужное русло, опытный разведчик уже чувствовал себя последней свиньёй. Причем свиньёй очень, можно сказать смертельно пьяной. Только и оставалось потом прослушивать в тяжёлом похмелье записи с простейшего диктофона и с содроганием пытаться вспомнить: что это он так выпытывали и что это ему отвечают. Хорошо что ни король Моус Пелдорно, но его сторонники подобного услышать не могли, хотя атташе и сберегал эти записи на всякий случай, отправляя с помощью крабера на свой резервный номер в тайном месте.

Сейчас, можно сказать, впервые повезло так крупно. Непосильные издевательства над собственным организмом и несчастной печенью принесли первые плоды. Несмотря на равномерное поглощение прихваченного бутерброда, пиклиец весь обратился в слух, а глаза так и пытались считать с любого экрана мало-мальски полезную информацию. Тогда как его приятель полковник совершенно трезвым голосом стал отдавать распоряжения по связи и выслушивать несущиеся из динамиков доклады.

— Ну и что там у вас? Докладывайте!

Сквозь шум и грохот, который обычно сопровождают интенсивный бой, донёсся голос прямо с Хаитана:

— Мы уже на дне ущелья, но пока ни о каком поиске человеческих тел не может быть и речи. Это зверьё словно взбесилось! Прут изо всех щелей рядами и колоннами! Ведь бомбометание оказалось хуже, чем землетрясение средней силы. Помимо хищников порой продолжают валиться на головы крупные обломки со стен ущелья. У нас уже два трупа и восемь раненых.

— Да что б вашу…! — длинное и затейливое ругательство вырвалось изо рта начальника штаба. Но на том конце связи тоже не слишком то испугались:

— Господин полковник! Вы моих ребят знаете, мы везде пройдём! Но только не здесь! Только даром весь отряд положим. Требую дать нам отход и заменить силами десятого полка.

— Никак иначе?

— Никак! Разве что тут и останемся навсегда.

Сквок скривился, но больше торговаться не стал:

— Ладно, отходите! — затем переключившись на другой канал связи: — Десятка! Немедленно на борт и в ущелье на поиски принца!

— Есть! — через довольно короткое время доклад продолжился: — Уже в пути! Но если монстры сожрали всех имперцев до единого?

— Разыскать то место, где их жрали! Хоть что-то, но с них останется. Ну и обязательно — остатки флайера. По данным авиаразведки, крупных обломков так и не обнаружили. С вашими сканерами