"Фантастика 2026-43". Компиляция. Книги 1-21 - Павел Смолин

Парни быстро рассовали гранаты по карманам. Фрицы что-то притихли пока. Но их и осталось уже немного. Скольких гранатами пришибло в комнатах, пока не знаю, но оставшихся уже явно меньше десятка. Поляк, скорее всего, не обманул, было бы фрицев больше, они бы нам тут 22 июня давно устроили.

Очередь из МП простучала как-то странно, словно кто-то пытался стрелять через стену. Вано катнул «феньку» по коридору, где-то застучали сапоги и с грохотом что-то упало. Рванула граната, и Вано перекатом преодолел очередной дверной проем.

– Седьмой, там не все. – Грохот чего-то тяжелого перед разрывом гранаты напоминал падение шкафа или еще чего-то такого на пол. Возможно, какой-то хитрозадый фриц укрылся за каким-то предметом обстановки.

– Ну-ка кинь туда пару «колотух», – я указал Косте на лежащее рядом тело фрица.

Иванов быстро выхватил из-за пояса немца две немецкие гранаты с длинными рукоятками и, дернув шнуры, по очереди зашвырнул их в проем.

– Шайзе, – вскрикнул кто-то в комнате, а затем раздался сдвоенный взрыв.

– Чистим, пошли, пошли, – поторопил я своих бойцов и сам шагнул к проему. Обведя стволом комнату, заметил движение в углу, стрелять не пришлось. Сразу трое эсэсовцев лежали на полу, сильно посеченные осколками. Один еще подергивал рукой, это движение я и заметил. Да, если от первой «эфки» они укрылись, кстати, сейфом, то последующие за ней колотушки в количестве сразу двух все-таки достали фашистов.

Пока я осматривал эту комнату, в коридоре раздались выстрелы, и рация прошипела:

– Зацепили, суки, – голос Костяна.

– Восьмой, доклад, – потребовал я, а сам добил корчившегося в агонии фрица.

– Куда-то в брюхо получил, черт, больно, – Иванов выругался. Я выскочил из комнаты и увидел в трех метрах дальше по коридору сидящего у стены Костю, зажимавшего живот руками. Еще чуть дальше Вано с кем-то бодался, редко постреливая из автомата.

– Командир, там пара человек и все, я их закончу, выноси Костю.

– Уверен?

– Так дальше все, тупик. А тут остался кто-то старший.

– С чего это? – удивился я.

– Они кричали, что сдаются, Костя сунулся ему, и прилетело.

– Ты настолько немецкий усвоил? – еще больше удивился я.

– Так кричали: Нихт шиссен, капитулирен. Уж это-то и я понимаю.

– Значит, капитулирен, суки! – И я выдал такую тираду, что из комнаты тотчас вылетел пистолет и снова заголосили на немецком.

– Выходите, – крикнул я на немецком и направил ствол пистолета в дверной проем. Через полминуты послышались шаркающие шаги, и перед нами предстал цельный эсэсовский оберст.

– Во как! – крякнул я. – Вано, обыщи его. Костя, ты живой? – От Иванова ответа не было. Вано дернул на себя эсэсовца, оттаскивая его от двери, и принялся шмонать.

– Кто там еще остался? – обратился я к немецкому полковнику.

– Никого, все погибли, – ответил он и отвел глаза.

Взяв у Вано две последние «феньки», дернул кольца и швырнул их в комнату. Послышалась возня, а затем взрыв. Шагнув через порог, я увидел двоих гансов, пытающихся подняться из-за стола у окна. Два выстрела – два трупа. Никого, вот теперь точно никого.

Влетело мне по самые не балуйся. Пока мы развлекались с эсэсовцами, в штаб фронта прибыл Батя и устроил всем раз… за самодеятельность. Когда мы вернулись и отчитались о выполнении, ехидно спросил:

– Задание выполнено, говоришь? Ну-ну. А кто тебе дал такое задание? – И смотрит на меня, ну настолько вредным взглядом, что я как-то поплыл. Выручил комфронта.

– Товарищ Истомин, майор Новиков выполнял задание штаба фронта, мое то есть. По разведданным, добытых, кстати, именно группой майора, была опасность потерять не только город и все мирное население, но еще и огромную часть войск, что находится непосредственно в городе. Александр Петрович, вы же знаете, что такое вся эта зараза, что они там собрали. Тут был бы АД.

– Да знаю я все. Но товарищу майору строго приказано не лезть самому в пекло. Для этого есть специальные люди. Какого хрена лучший снайпер Красной Армии полез на штурм?

– Виноват, товарищ генерал. Разрешите получить взыскание? – спокойно произнес я.

– Ранение серьезное? – сменив гнев на милость, поинтересовалось начальство.

– Да почистили уже и заштопали. Одежды много на нас сейчас, она притормозила здорово.

– Сказали, кость задета?

– Да ну чего там задето, так, уперлась пуля в косточку, даже трещины нет, пройдет все.

– Ага, а работать теперь кто будет?

– Ну, я пока вторым номером у Митрохина побуду. Да и не думаю, что надолго выбыл. Как Костя, а то его сразу в госпиталь увезли, я даже спросить не успел?

– Неважно, что-то внутри порвало, он без сознания был, когда повезли. Но в Варшаве сейчас отличный госпиталь развернули, прооперируют там, как окрепнет, перевезут в Москву.

– Понятно, разрешите идти? Устал немного, товарищ генерал.

– Давай двигай отдыхать. Подойди к моему водителю, он тебя отвезет. Мне тут квартирку отвели приличную, там покормят, и ложись спать. Утром надо будет переговорить. Эх, как же не вовремя ты тут пулю поймал, что, удача отворачиваться начала? Ведь почти год без царапины, а где только ни были уже. Иди давай, чего смотришь?

И я ушел. Квартирку Истомину и правда хорошую подогнали. Соседи все наши, в смысле армейские, местных не было совсем. Квартира была в небольшом домике на окраине города. Такой аккуратный домишко начала века, апартаментов в нем было шесть. Два этажа и мансарда, вот на ней меня и расположили. Даже поесть не успел, только сбрую снял и рухнул спать. Проспал почти сутки, даже на перевязку не просыпался, так и перемотали спящего. Истомин был тут, когда я проснулся. Рука болела уже меньше, видимо и правда ничего серьезного. Чуть порвали мышцу ниже плеча, ну и кость ныла слегка. Ерунда, после того, что я «получил» в Америке, детский лепет.

– Ешь давай, все проспал, как хоть с голоду не помер? Ужин остывает, я уже закончил.

– Приятного аппетита, товарищ майор, – сказал я сам себе и усмехнулся, обведя глазами стол. Неплохо тут в европах кормят. Тут тебе и окорок вяленый, и колбаска домашняя. Сыр, огромная сковорода с яичницей, какие-то соленья в небольших низких вазочках. Вкуснотища.

– Выпей вина, какое-то хорошее.

– Товарищ генерал… – начал было я.

– Да молчи уже. Это красное вино, а не спирт, разницу чуешь? Причем правда хорошее и очень слабое, как сок. Но не кислятина немецкая, какую вы мне таскали раньше из штабов. Сладкое, красное вино очень полезно при потерях крови, а у тебя прилично вытекло. Вся одежда пропиталась, я тебе новую форму заказал, завтра с утра