"Фантастика 2026-191". Компиляция. Книги 1-41 - Александр Фрост

и на что именно была сделана ставка у этих «Белых тапочек». И это было действительно рискованно. Пойти против всех трендов, сделав упор на сильную сторону группы, которая заключалась просто в банальной серьёзности. Они не использовали никаких танцев или ярких эффектов. Не было ни скандалов, ни искусственной драмы. Только закрытие проломов и сражение с монстрами.

— Да такого же пруд пруди! — пробормотал он, качая головой. — Банальщина.

Они не пытались хайпить и не пытались выглядеть вычурно. Группа просто делала своё дело и делала его хорошо. По всей видимости, простые люди почувствовали это. И именно эта простота их и притягивала.

Он уже в десятый раз пересмотрел все присланные файлы и с пониманием хмыкнул.

— Да, это точно не случайность.

Но, что самое интересное, много ли было компаний, которые готовы были идти наперекор трендам? А если ещё взять, что компания Нитакой далеко не самая успешная, то риски возрастают в десятки раз.

— Да, Светуля… — произнёс он тихо. — Узнаю тебя. Только вот…

Павел Олегович упёрся локтями в стол, скрестив пальцы и приложив их к верхней губе. После чего он довольно улыбнулся.

Всё могло оказаться куда хуже, если бы не одно «но». Он знал о секретном оружии бывшей жены. Именно он стоял за всеми её успешными проектами. Всего лишь один обычный человек.

В этот момент раздался стук в дверь. Он недовольно оторвал взгляд от экрана и произнёс:

— Ну кто там? Входите!

Дверь приоткрылась, и в кабинет зашла секретарша. Молодая девушка чуть старше двадцати, с тёмными распущенными волосами. Изначально она собирала их в пучок, но ему больше нравилось именно так. О чем он ей сказал в первую же неделю её работы.

Она держала в руках планшет, готовясь записывать задачи. Поправила очки и произнесла.

— Павел Олегович, — робко обратилась она. — Вызывали?

— Да. Что так долго? — И, не дожидаясь её ответа, он тут же продолжил говорить: — Надо подготовить приказ об увольнении.

В этот момент девушка слегка растерялась, хотя уже знала эту процедуру наизусть. Это было пятое увольнение за неделю.

— Кого? — спросила она, и чуть прикусила губу, чтобы не сказать «кого на этот раз?».

— Ульянова. Я видел, она ходит с животом.

Секретарша на мгновение зависла.

— Не могу сказать точно.

— Зато я могу! — Повысил он голос. — Думаю, она уже на шестом месяце. Надо, до того как она уйдет в декрет, оформить её увольнение. Укажи… кажется, у неё уже было несколько прогулов из-за того, что она ездила в больницу. Так вот, сделай несколько выговоров задним числом и укажи, что она… укажи там что-нибудь! И добавь приписку, что она недостаточно квалифицированный работник. Все эти лишние траты мне сейчас вообще ни к чему. И премии можешь лишить заодно!

— Да, Павел Олегович. Сегодня к вечеру всё будет готова.

— К трем! — Раздраженно произнес он. — Можешь заняться этим вместо обеда. Чтобы документы уже сегодня были у меня на подписи. Поняла?

— Поняла. Могу идти? — спросила она, уже делая шаг к двери.

— Иди, — махнул он рукой и снова уставился в монитор. А потом добавил. — Ах, да. Надо будет ещё один приказ составить. На её место поставишь Иванова. Он как раз без семьи, с ним много проблем не будет. Всё, работать!

Когда девушка вышла, он недовольно продолжил ворчать:

— Живот она не заметила… четыре глаза и ни одним не видит.

После этого Павел Олегович снова уставился в свой монитор, но на этот раз он разглядывал там не группу ликвидаторов. На его экране крупным планом были фотографии сотрудника Светланы Сергеевны.

— Главгер Ультиматович, значит, да? Латыш или эстонец? Хотя, какая разница…

Хмыкнул он, снова откинувшись на спинку кресла.

— Что ж, дорогая, я лишу тебя твоего главного и, как ты думаешь, секретного оружия. Посмотрим, что ты сможешь сделать без него.

* * *

Анатолий устало перехватил коробку с лодкой, подошел к подъезду и набрал номер сорок восемь.

Пока шли гудки в домофоне, он снял шляпу, вытер пот и тяжело вздохнул.

В этот момент, гудки оборвались, послышался шум из маленького динамика, а затем домофон запиликал, подсказывая, что дверь открыли.

Толик поднял коробку с мотором, в очередной раз тяжело вздохнул и поплелся по ступенькам наверх.

Шаг за шагом, медленно, но он в итоге подошел к двери. Не успел он поставить коробку с мотором, как дверь открылась и на пороге показался Главгер и недовольно физиономией. Он оглядел с головы до ног рыбака, глянул на упакованную лодку и коробку с мотором и спросил:

— Где деньги, Толя? Я надеюсь ты не купил на них… это?

Анатолий виновато втянул голову в плечи и произнес:

— Я на электричку опоздал… И на финальном дне не участвовал, — с грустной миной произнес он. — Я знаю, что… мы все тут едим, но… Так вышло, что… Вот. Только это получил… Да и то, не за выигрыш.

Главгер грустно выдохнул, почесал затылок и посторонился, пропуская внутрь рыбака.

— Заходи… Придумаем что-нибудь.

Рыбак зашел внутрь, сгрузил вещи в коридоре и взглянул на Главгера.

— Я там… как бы… — начал он.

— Чай будешь? — устало спросил тот, не дав договорить.

— Буду… — кивнул Анатолий.

Они прошли на кухню, где Главгер выключил уже закипающий чайник, достал кружки и закинул в них по одному дешевому пакетику.

— Ты мог выиграть на этих соревнованиях? — спросил парень, покосившись на рыбака, который пододвинул к себе сахарницу и взял чайную ложку.

— Мог.

— Уверен?

— Да.

Главгер тяжело вздохнул, глянул в кружку, где пыль грузинских дорог постепенно окрашивала кипяток в подобие чая, а затем спросил:

— А хотел?

Анатолий стянул шляпу, расстегнул пуговицу на плаще и с чувством вины произнес:

— Если честно — не очень. Я просто… Дело хорошее сделал. Да и опоздал не специально. Там очередь была за билетами и только одно окно работало. А я с мелочью, вот кассирша и…

— Понятно, — вздохнул Главгер, подул на чай, пригубил и спросил: — А сам как думаешь? Дело стоило пятьсот тысяч?

Рыбак закинул сахар в чай и принялся размешивать, звеня ложкой о кружку. Он поднял взгляд и вздохнул.

— Это просто деньги, Гера… Просто деньги, — заметив как Главгер нахмурился, он принялся пояснять: — Там все как-то… Как-то не так. Все какие-то нервные, злые. Каждый урвать норовит, а рыбалка — это… Это философия.

— Угу… рыба шредингера в ванной у нас плавает, — кивнул с усмешкой Главгер.

— Выиграл другой человек… Ну, с которым мы болтали про рыбалку ночью, до того как таймер кончался. Он и подарил мне лодку с мотором.

Гера